Безродный (СИ)
- А что, если их окажется больше, чем шесть? – раздался окрик откуда-то из глубины строя.
- Тогда быстрее работайте копьями и не подставляйте спины, - отрезал Беррен, - Генри. Твоя группа засядет у дороги. Ронвальд…
- Ну что, мужики, - махнул я своим бойцам, не дожидаясь, когда капитан распределит остальных, - Пошли.
Поначалу двигались молча. В воздухе висело такое густое напряжение, что хоть ножом режь. Все ждали, что вот-вот, сейчас на них из кустов бросится смердящая трупами клыкастая и когтистая тварь. И мы просто не успеем развернуться в боевой порядок и встретить её, как полагается. Но время шло. Врага всё не было видно. И людей наконец прорвало.
- Генри, а ты сам откуда родом будешь, - поинтересовался Ренли. Различать мужиков у меня получалось пока только по голосам, настолько похоже они выглядели, - Понятное дело, что не из наших краёв, но…
- Ниоткуда, - покачал головой я, отодвигая ветку куста. Дальше уже начиналось кладбище. Покосившиеся каменные обелиски стояли нестройными рядами. Некоторые памятники были выполнены из дерева, видимо для тех, кто победнее. Между ними пролегали узенькие тропинки. Земля вокруг захоронений была обнесена небольшим заборчиком, но сейчас он уже не мог стать серьёзной преградой. Местами доски сгнили полностью и трухой осыпались на землю, образуя широкие бреши. Кое-где подпорки покосились и заграждение готово было рухнуть от одного пинка. Ворота, когда-то перекрывавшие дорогу, ведущую к склепу в центре кладбища, теперь лежали на земле. Створки были разбиты.
На первый взгляд кладбище казалось заброшенным. Местные явно не посещали его уже очень давно. Но… То тут, то там виднелись раскопанные могилы и вывернутые памятники. А доски забора в некоторых местах были изодраны в клочья кривыми, но длинными и невероятно мощными когтями.
- Ждем сигнала, - скомандовал я, напряженно вглядываясь в густой лес, окружавший территорию мертвяков. Других групп пока видно не было.
- Так это, - продолжил меня донимать Ренли, - Как так, ниоткуда? У всех есть дом и семья. Не из воздуха же ты появился, а из мамкиного, значица, брюха, вылез.
- Мой дом находится очень далеко отсюда, - ответил я, справедливо рассудив, что такие слова, как Россия и Воронеж им всё равно ничего не скажут, - И я мало, что помню о нем. О родителях ещё меньше.
- Понятно. А сам-то ты кто будешь? Из наёмников, поди? – подключился к расспросам Олрин,- Или из разорившейся знати?
- Ни первое, ни второе, - покачал головой я, - Путешественник. А что касается меча… Мне повезло просто.
- Дважды, - хитро прищурился Ренли, - Не, друг. Ты нас за простаков то не держи. Один раз – ладно. Но когда дважды – сразу видно, человек ученый. Ты может это… Раньше в ополчении где служил? Или того, вообще в армии?
- Не помню, - снова отмахнулся я, уже потихоньку начиная ненавидеть эти расспросы. И почему, блин, каждому встречному интересно, кто я и откуда? Ну вот этим мужикам не насрать? Мы, может, видимся в первый и последний раз, но нет, надо обязательно начать лезть с этими дурацкими расспросами, - Память отшибло.
- Не, ну не хочешь, не говори… - начал было Ренли, но Олрин его тут же перебил.
- Если он из воинов, то такое вполне возможно. Если хорошенько дать дубиной по голове, то у человека начнёт ум за разум заходить. Тут не то, что мать родную – имя собственное забудешь. Да и в конце-концов, если не хочет говорить – не наше это дело. Главное, чтоб дрался хорошо.
Снова повисла напряженная тишина. Я напряженно вглядывался в лес, окружавший кладбище, надеясь увидеть хотя-бы намёк на присутствие других отрядов. Само то захоронение небольшое, и каждая группа должна была занять уже свои позиции. Но солнце уже перевалило зенит и потихоньку начинает клонится к закату, а сигнала всё нет и нет. Почему Беррен тянет? Что-то случилось? Неужели мертвяки добрались до остальных и теперь двигаются к нам. Но… Почему тогда их видно то не было? Нет, если бы твари выбрались из склепа и кинулись к остальным отрядам – мы бы наверняка заметили. Да и капитан успел бы дунуть в свой…
В густом, полуденном мареве, повисшем над кладбищем, раскатился тяжелый, заунывный вой боевого рога. Пора.
- Подъём парни! – рявкнул я, поднимаясь на ноги и перехватывая копьё одной рукой. Во второй был зажат колокольчик, - Бить мертвяков!
Мужики повскакивали сземли, хватаясь за оружие. Повскакивали и недоумевающе уставились на меня, мол, что дальше то, командир. Мда. С ними будет нелегко.
- Ренли, Олрин – на левый фланг. Эйст, Линвальд – правый. Идёте в трех шагах от меня и ждете, когда тварь подойдет на расстояние удара копья. Всё ясно?
- Да, - рявкнули все четверо и кое-как разбрелись по указанным позициям. Мы осторожно двинулись вперед, каждую секунду ожидая нападения.
Другие отряды вышли из зарослей раньше нас, но тоже продвигались медленно и стараясь не нарушать строй и не высовываться слишком далеко вперёд. Попасть в брюхо тварям не хотелось никому.
Но трупоедов, на удивление, видно не было. Тёмный зёв склепа оставался пустым, и лишь тьма густой пыльной завесой клубилась за ним. Не помогли ни колокольчики, ни рог, уже несколько раз оглашавший окрестности своим протяжным пением.
Кольцо постепенно сжималось. До склепа оставалось совсем немного. Беррен, отряд которого шел почти параллельно с нашим уже собирался снова подуть в боевой рог, но в этот раз его опередили. Опередил глухой, яростный рёв нескольких глоток, разлетевшийся по окрестностям.
Глава 18 «Мертвяки»
Из темного зева склепа выползло существо. Рослое, но удивительно тощее для трупоеда. За ним, скалясь и издавая озлобленные рыки, неторопливо показалось следующее. Подслеповато огляделось и, неловко перебирая всеми четырьмя лапами, поползло на звон ближайшего колокольчика. Потом на свет вылезли ещё два упыря. Ещё более тощего и «болезненного» вида, чем первая парочка.
- Роланд, Виг, Арнульф, Генри – это ваши, - рявкнул капитан, - Всем остальным стоять и ждать команды.
- Ну что, парни, - хмыкнул я, поудобнее перехватывая копьё и начиная звенеть в колокольчик, - За работу.
- Чагось?.. – переспросил белобрысый.
- Вперёд шагом марш! – рявкнул я, указывая на одну из тварей, двигавшихся как раз в нашу сторону. Мне она не нравилась. Не нравилась до холодного пота на спине, до трясущихся поджилок. Ослепшая, бледная, тощая, едва перебирающая костлявыми лапами, сука, тем не менее, упорно ползла вперед. Её движения были рваными, дёрганными. Словно у куклы, привязанной за ниточки, которой управляет чья-то чужая воля.
- Шире строй, - снова рявкнул я, когда до твари оставалось метров десять, - Держите ди…
Сука с удивительным проворством рванулась вперед и за два прыжка оказалась в полутора метрах от моего носа. Я отшатнулся, выронил колокольчик и попытался перехватить копьё двумя руками. Мужики оказались чуть проворнее. Два копья вонзились ей в правый бок. Но дальше произошло неожиданное. Тварь извернулась, вырвалась из хватки железных наконечников и, не обращая внимания на меня, бросилась к Эйсту и Линвальду. Парень попятился, споткнулся, упал на спину и вытаращил на трупоеда полные ужаса и отчаяния глаза. У Линвальда нервы оказались покрепче. Он шагнул монстру навстречу и попытался нанести удар копьём, но тот отпрыгнул в сторону, повернувшись ко мне спиной. Мой шанс.
- Давайте! – рявкнул я, вонзая копьё прямо в хребет твари. Наконечник прошел в нескольких сантиметрах от обтянутого кожей позвоночника и глубоко засел в мертвенно бледной плоти. Тут же ещё одно копьё вонзилось ей под рёбра. Сука заревела, обнажив кривые, но очень острые клыки и рванулась в сторону. Древко последовало за ней, буквально выскочив у меня из ладоней. Ренли попытался удержать своё, но упал и метр тащился за тварью по земле.
Трупоед отпрыгнул на безопасное расстояние и попытался выдернуть застрявшее в спине копьё. Не получилось. Лишь загнал его ещё глубже. Тварь взвыла от боли и ярости, повернулась и кинулась ко мне. Парни были разбросаны и ошеломлены её внезапной прыткостью, и не спешили идти мне на помощь. Я остался один на один с монстром.