Безродный (СИ)

- Молчишь, - ехидно ухмыляясь, продолжил я, - Ну, так-то лучше. Впредь обращайся ко мне уважительней. Как к дорогому гостю. А теперь, будь добр, метнись кабанчиком и принеси мне пожрать. И не хмурься так, - я дружески похлопал его по плечу, - Жизнь продолжается. А ты не обеднеешь от пары горшков жратвы. Тем более, казна старосты ведь покроет все затраты.
Трактирщик посмотрел на меня, сплюнул на пол и скрылся за дверью. А у меня перед глазами вновь выскочил целый каскад сообщение:
Навык «дипломатия» достиг 6го уровня. Получено 20 опыта.
Получено достижение «яйки в кулаке». Теперь вы можете получать еду в «Танцующем кабане» совершенно бесплатно дважды в день. Только не забудьте вымыть руки. Серьёзно – не забудьте.
До следующего уровня персонажа осталось 115 очков опыта.
Вернулся трактирщик, и с грохотом поставил передо мной горшок, поверх которого лежала краюха хлеба. В большую деревянную кружку, расположившуюся рядом, налил обычной воды. Я хотел было поинтересоваться, мол, ничего получше не нашлось что-ли? Но немного подумал и решил, что дальнейший срач просто того не стоит. Сгреб «добычу» и направился за тот столик, где меня звали распивать «мировую».
По дороге в голове проскочила неприятная мысль. А что, если Норан, решив хоть как-то ответить на мой наезд, наплевал в котелок? Этакая мелкая, почти бессильная, но очень поганая месть, напрочь отбивающая весь аппетит. Ну… Проверить это, увы, нельзя, так что лучше об этом просто не думать.
Я уселся на свободное место, внимательно осмотрел содержимое горшка и, не обнаружив на поверхности хоть что-то напоминающее чужую слюну, мысленно поплевал через левое плечо и принялся за еду.
- Ну, - мужик легонько толкнул меня в плечо, протягивая кружку с пивом, - Мировая?
- Мировая, - говорить с набитым ртом было не очень-то удобно, но уж больно этот айнтопф был вкусный. Особенно с голодухи. Я принял у него кружку, пригубил пиво и передал следующему. Тот принял её, поднял вверх и заголосил на всю корчму.
- За мир! И чтобы разногласия больше никогда не вставали между нами!
- За мир! – рявкнуло два десятка глоток. А кто-то из них громогласно добавил, - За Генри!
- Да! Генри – мужик правильный! – поддержал его ещё один мужик из-за соседнего столика и все вновь подняли кружки.
Получено 20 очков уважения в Медовище. Получен уровень уважения «Свой в доску».Теперь кметы могут вам оказывать незначительные услуги за простое «спасибо», а ваше мнение стало много значить для них.До следующего уровня уважения осталось 80 очков.
Похоже, сегодня госпожа удача решила нарушить традицию и в кои то веки решила повернуться ко мне лицом, а не задницей. Хотя… Зная чем обычно всё это заканчивается, думаю, следует вести себя поосторожнее. Обычно ништяками закидывают перед большим и злым боссом, который тебя рвёт, как тузик грелку.
Народу в корчме становилось все больше. То и дело хлопала дверь, и очередной кмет садился за какой-нибудь столик, где ещё оставалось свободное место. Не было видно только парней из стражи и ополчения. Оно, впрочем, и неудивительно. После того, что они выкинули сегодня днём, в лучшем случае, им стоит рассчитывать на многочасовой дроч на плацу и коллективную чистку выгребной ямы. В воспитательных целях.
Я сидел, лениво ковыряя деревянной ложкой остатки похлёбки и прислушивался к разговорам. К моему удивлению, почти никто не обсуждал утренние события. У всех на устах была Иона, и то, как её бабки в очередной раз пыталась сосватать.
- Так вот, - рассказывал молодой плечистый парень, лет двадцати на вид, - Иду я, значит, в поле работать, а навстречу мне Иона со своими бабками. К колодцу тащатся. Сука, как будто караулили. Значит, иду я, а они ко мне подходят и говорят: Бернард не поможешь ли ты бедной девушке с вёдрами. Сам видишь какие они здоровые. Надорвётся бедная.
Мда. Небогатый у этих бабок ассортимент подкатов. Хоть бы что новое выдумали, глядишь бы и прокатило.
- А ты? – спросил кто-то из слушателей.
- Да мне некогда было – жатва же в самом разгаре. К тому же она богами проклята, как детоубийца. Притронешься к такой и сам запаршивеешь.
 
- Это да!
- Верно говоришь!
- Ну вот, я и отвечаю, мол, простите, бабушки, но некогда мне. Отец ждёт на поле уже битый час. Ну и пошёл. А они мне вслед: «Да чтоб у тебя хрен отсох и яйца отвалились!» И начали всем встречным и поперечным рассказывать, мол у меня божьим попущением эти самые яйца гниют!
- Вот суки! – крикнул кто-то с противоположного конца зала, - Они поди ещё и порчу навели!
- Да наводят, как пить дать наводят. У Селена, который своего сына не захотел женить на этой поганой девке, давеча последняя корова исдохла, - ответил ему мужик, предложивший мне мировую, - Не иначе, как сглазили они его, да проклятие какое наложили!
- А мне она рассказывала, - послышался в общем гомоне голос кузнеца, - Что Генри мужеложством занимался. Оклеветала доброго человека и чуть не рассорила меня с ним!
- Ведьмам только того и надо, чтоб смуту и ссору среди людей наводить!
- Генри, - сосед толкнул меня плечом, - Это правда?
Мда… Не хотел я участвовать в этой вакханалии, но ради спасения собственной репутации, похоже придётся. Слишком много труда было вложено в её приобретение, да и терять её сейчас опасно. Особенно, после того, как у меня появился новый «враг» в лице Норана. Тем более, ну что с ними может случиться? Кметы побухтят немного, начнут их сторониться ещё больше и перестанут верить словам этих склочных бабок. И правильно. Так глядишь, и ссор в деревне будет меньше.
Я встал, выдержал паузу, дождавшись, когда умолкнут последние шепотки, а все взгляды устремятся на меня.
- Люди. Я жил среди вас уже некоторое время и многие из вас меня знают.
- Знаем, - кивнул кузнец, - Ты хороший мужик, да ещё и храбрый в придачу. Об этом многие говорят.
- Так вот, пред всеми богами говорю вам, что ладную девку помять я и сам не прочь. Но к Ионе мне просто противно притрагиваться. Эта распутная детоубийца навлекла проклятие богов на себя и весь свой род. И теперь, она пытается переложить его на кого-то другого, путём ещё большего распутства и разврата! Она просто плюёт на наши обычаи и открыто издевается над богами!
- Паршивая шлюха!
- Еретичка!
- Я, как и вы, просто не хотел гневать богов и тем более, не хотел запаршиветь. А её бабки решили оклеветать меня за то, что я не поддался на их обман!
Я закончил, сел и отхлебнул воды. Говорить приходилось громко и в горле порядком пересохло. Зараза. Надеюсь я не перегнул палку. Но вроде у меня получилось поговорить с крестьянами на понятном им языке, и, даже убедить их в своей невиновности.
- Люди, - громко сказал кузнец, поднимаясь со скамьи, - Вы всё слышали! Они обманывают добрых людей, а потом клевещут на них! Они наводят сглаз и порчу. Губят скотину! Они запятнали свою совесть детоубийством. Прокляли себя, весь свой род, а теперь пытаются навести на нас гнев богов! Я больше не хочу терпеть их рядом. Сука, да я с ними за милю бы срать не сел. А вы готовы мирится с тем, что эти выродки живут рядом с нами? Жрут нашу еду и отравляют воздух своим смрадом?
- Нет! – рявкнул один из мужиков.
- Никогда! Пусть сдохнут! – грохнул кружкой о стол второй!
- Да это ведьмы! Все трое. Устроили тут шабаш и навлекают на наше село всяких нечестивых тварей! – заорал третий.
- Мертвяки! Это их рук дело! Это из-за них наши парни рисковали жизнью! Из-за них погибли Бран и Иствар! – поддержали его с противоположной стороны зала.
- Дело говоришь. Ведьмы! На костёр их!
 
- На костёр!
- Сжечь! Сжечь надобно во имя богов!
Люди начали вскакивать со своих мест. Толпа, скандируя «Ведьму на костёр!» ломанулась к выходу из таверны.
Крестьяне, которым не дали выплеснуть гнев на бандитов, нашли себе нового врага и решили ему устроить самое настоящее аутодафе. А я, сам того не желая, принял очень активное участие в этом жестоком и варварском ритуале. Обрёк пускай склочных, но глупых, несчастных женщин на мучительную смерть.