Безродный (СИ)

- Ещё одно, - сказал я, пытаясь вспомнить имя с записки. Эх, всё-таки зря её выкинул. Надо было попробовать положить кужда-нибудь. Ну да сейчас-то уже всяко поздно, - Вы не знаете человека по имени Роланд Алерейский.
- А чего ты от него хочешь? – нахмурился капитан. Кажется ему это имя о чем-то сказало. А может, просто пытается придать себе важный вид.
- У меня к нему дело.
- Ты же говорил, что потерял память, - хитро прищурился Одор, - Или всё-таки пиздел?
- Это единственное, что от той самой памяти осталось, - покачал головой я, - И то, благодаря записке, которую нашел после того, как очнулся.
- А как он выглядит то, хоть, - поинтересовался Беррен, - Имя такое мы слышим впервые, но может узнаем его в лицо.
- Говорю же. Я потерял память. Так что ни лица, ни рода, ни звания не знаю. Только имя.
- Тогда увы, - пожал плечами капитан, - Мы ничем не можем тебе помочь. Быть может, староста Деммерворта и сталкивался с таким, но путь в город сейчас закрыт.
- Ладно. Лясы поточили, теперь давайте делом займемся, - подвел итог беседы староста, грохнув металлическим дном кружки о столешницу, - Значит так, парень…
- Генри, - подсказал я.
- Значит так, Генри. Мы тебя спасли…
Да ладно. Да ла-а-адно… Готов поспорить на один из передних зубов, что знаю, как у нас дальше пойдет разговор. Это настолько очевидно… Хотя нет. Это просто наглым образом сперто из другой старой игрушки.
- И в благородство играть не будете, - продолжил за него я, - Выполню для вас пару заданий и мы в расчете. Заодно посмотрим, как у меня башка после амнезии прояснится.
В комнате повисло напряженное молчание. Тишину нарушал лишь приглушенный стук топора, да лай пса, доносившийся с улицы.
- Слушай, Беррен, - староста снова нехорошо сощурился, а рука капитана стражи сама собой легла на рукоять меча, - А может все-таки ритуал прошел удачно? Просто парень косит под дурачка?
- Вряд-ли, - покачал головой стражник, - Он бы тогда не бегал от трупоеда и не орал, как полоумный. Если, конечно, легенды не врут.
- Ладно, - кивнул староста, откидываясь на спину кресла, - Будем считать, что схватывает на лету. Правда ещё и незнакомыми словесами ругается, - он скользнул по мне взглядом, - Как ты там сказал? Мне-мо-зия?
- Амнезия, - поправил его я, отставляя опустевшую кружку в сторону, - Потеря памяти, если по-простому.
- Во как, - хмыкнул Беррен, - Видать, до ритуала, ты был из этих. Из ученых мужей. Впрочем, где, как не в книгах и свитках ты мог этой дурости набраться.
- Ключевое слово: «был», - подметил староста, - Ладно, это все замечательно, но мне ещё донесение в Деммерворт отправить нужно. Беррен, будь так добр, отведи его в казарму, посмотри, насколько хорошо он управляется с копьём или дубинкой, и объясни, что конкретно мы от него хотим. А потом, - Одор почесал подбородок, - Загляни ко мне. Нужно будет обсудить кое-какое дельце.
- Добро, - кивнул капитан, встал и направился к лестнице. Я ещё раз тоскливо глянул на полупустую тарелку, с очень вкусной похлебкой, на старосту, весь вид которого говорил о том, что далее лицезреть меня он не хочет, вздохнул и пошел вслед за стражником.
Путь вниз, как ни странно, занял ещё больше времени, чем у Беррена ушло на подъем. Капитан держался за перила обеими руками, пытаясь сохранять равновесие. Помощь предложить я снова не рискнул. В конце-концов, если ему будет реально надо – сам попросит.
После дело пошло бодрее. Немного постояв у подножия лестницы, мы пересекли общинный зал и снова оказались на улице. Солнце уже стояло в зените. По дороге между домами прогуливалось несколько мужиков. Крестьянка с полным ведром воды куда-то спешила. С псом во дворе играли двое детей.
- Эй, Зиф, - рявкнул капитан, - А ну ка голос!
Собака тут же залилась громким лаем, а дети бросились в рассыпную.
- То-то же, - хмыкнул Беррен, - Будут знать, как за уши его дергать. Ладно, Генри, пойдем. Тут недалеко совсем.
Казарма располагалась на самом краю деревни. Правда, идти действительно, оказалось совсем недалеко – поселение было совсем небольшим. Низенький, одноэтажный домик, с несколькими окнами и вытоптанной площадкой перед ними. На самом краю импровизированного «плаца», стояли несколько соломенных чучел. Одно из них яростно колошматил палкой какой-то светловолосый парнишка.
 
- Ну, вот и пришли, - бросил капитан, - Заходи внутрь и располагайся на любой свободной койке. Это твой новый дом. По крайней мере, на ближайшее время.
  
Глава 4 «Ополчение»
 
Изнутри казарма оказалась весьма просторным, чистым помещением с несколькими койками, парой шкафов и тремя сундуками. У дальней стены расположились несколько стоек, к которым были прислонены длинные копья, с чуть потускневшими железными наконечниками. Рядом на некоем подобии манекена висела старая, пробитая в нескольких местах кольчуга, а на тумбочке неподалеку лежал круглый шлем с широкими полями. Шапель. Или, как её называли на исторической родине – капеллина.
- Вообще тут никто не живет, - раздался из-за спины голос Беррена, - У каждого, кто служит в страже, есть свой дом. А сюда мы поселяем посланников, или солдат из королевской армии, если они останавливаются в нашей деревне. Ну, а пока, тут поживешь ты. Не на улице же тебя пристраивать.
- Это точно, - хмыкнул я, - А…
- Выбирай любую, - ответил на так и не заданный вопрос капитан, - Как я и сказал – они все свободны. Ладно, коль скоро ты уже отдохнул и подкрепился – не будем тянуть. Оставь свои вещи в каком-нибудь ящике. Возьми копье, дубинку и выходи во двор.
Я неторопливо огляделся. «Моя» кровать бросилась в глаза сразу же. Деревянный лежак, расположившийся прямо рядом с небольшим прямоугольничком окна. Сейчас оно было закрыто ставнями, так что помещение освещала лишь небольшая жировая коптилка, оставленная на одной из тумбочек. Самое то. Если что – и проветрить можно, и на звезды полюбоваться, и вылезти наружу, если припрет.
Подойдя к лежаку, я открыл ближайший к нему сундук. Ничего, что могло бы пригодится. В остальных тоже каких-либо полезных вещей не оказалось. Разве что в одном из них я нашел кошелек с парочкой бронзовых монет, который забыл кто-то из предыдущих постояльцев. Перед глазами тут же всплыла подсказка:
Вы нашли кошель. Он используется для хранения денег…
Логично, черт побери. Кошелек используется для хранения денег. Наверное, без этой подсказки я бы подумал, что используется он для складирования э-э… отходов организма. И тут же туда бы их складировал.
В Эйденвальде используется пятиступенчатая система монет. Железная, бронзовая, медная, серебряная, золотая. Каждая последующая монета стоит сотню предыдущих. Однако следует помнить, что кошелек у вас не бездонный и деньги имеют свой вес. Так что не забывайте вовремя посещать лавки менял.
Хм. А вот это уже интересно. Конечно, со стороны разработчиков было бы логичнее сделать автоматический обмен, но раз уж это игра претендует на максимальную степень правдоподобия и полное погружение… Впрочем, я опять забываю, что «игра» это для тех, кто лежит сейчас в нейрокапсулах. А для меня это мир, в котором мне предстоит жить. И надеюсь, что долго и счастливо, а не до ближайшего бандита или трупоеда.
Вещей у меня не было,так что оставлять тут было просто нечего. Так что можно было возвращаться к капитану. Прицепив на пояс кошелек и взяв со стойки копьё, я ещё раз осмотрелся. Беррен сказал захватить ещё и дубинку, вот только ничего похожего рядом просто не было.
 
Немного побродив по казарме в поисках оружия, но так ничего и не найдя, я вышел на улицу.
Паренек, избивавший чучело уже куда-то исчез. Зато капитан уже ожидал меня, поигрывая той самой палкой, с небольшим железным наболдашником.
- Вот и ты, наконец, - он дружелюбно улыбнувшись кивнул мне, - Чего так копался?
- Дубинку искал.
- А, извини. Я забыл, что Вернон сейчас ей орудовал. Вот, - капитан стражи протянул мне импровизированную палицу. Перед глазами тут же всплыла подсказка: