На золотом крыльце 4 (СИ)
Младшекурсники, которые изучали в основном программы 9–10 классов, торчали за партами и с завистью пялились на меня из окон учебных корпусов. У них там алгебра, геометрия, география и история магии, а у меня тут — минус семь, снежок под ногами, солнце светит, и птицы в лесу суетятся вокруг кормушек!
Я, кстати, сразу после того, как за ворота вышел, птичкам подсыпал кое-чего. Дрозды, снегири, воробушки, синички и прочие пернатые накинулись на крупу и семечки с отменным аппетитом. У меня даже настроение поднялось! Птички — это всегда хорошо.
Выйдя из лесу к Ингрийскому шоссе, которое шло вдоль Невы, я двинул по обочине, особенно не торопясь. Добираться пешком до «Рыбацкого дворика» было минут пятнадцать-двадцать, так что я собирался просто идти, смотреть по сторонам и дышать морозным воздухом пополам с запахами хвойного леса и неспящей-неумолкающей промзоны. Но насладиться прогулкой мне не дали. Завибрировал смартфон, и я с большим удивлением глянул на экран: звонил Афанасий Вяземский!
— Доброго здоровьичка, — ехидно поздоровался он. — Как там ваши косточки?
— Как там ваш желчный пузырь? — отбил удар я. — Афанасий, вы меня шокировали этим звонком! Где-то кто-то свистит на горе или умер в лесу? Вяземский о ком-то волнуется кроме себя любимого?
— Не знаю, кто там и где свистит, но я выбил для тебя оплату магической услуги по сносу заброшенного здания! — заявил он. — Четыре с половиной тысячи денег на дороге не валяются. Если б не постфактум оформляли, а сразу, с договором подряда — получилось бы гораздо больше. Короче, цени мою доброту, Титов.
— Ого! — сказал я. — Ни фига себе.
— Ага, — откликнулся Афанасий. — Как говорится — зайдите в контору, получите и распишитесь.
— Это с чего такая навязчивая благотворительность, Вяземский? Ты меня пугаешь!
— А с того, что если ты и не пойдешь к нам в клан, я лучше буду иметь тебя в союзниках. Я видел, как ты скомкал эллинг, вживую. И видел видос, где ты разводил мост. Думаю, даже величайший телекинетик-металлист всех времен и народов Магнус Эйзенхардт такое бы одобрил! Талантливый ты парень, Титов, хоть и бестолковый.
— Он что — кхазад? — я краем уха только слышал про этого Эйзенхардта, но меня всегда больше отечественная история интересовала.
— Магнус-то? Ага, — сказал Афанасий. — Инициировался в арагонском концентрационном лагере… Ну что — зайдешь?
— Зайду, — заверил я. — Только вот до магазина схожу, кое-чего прикупить выбрался.
— Тогда я еще поработаю, тут на Тосно попросили лед убрать, хотят провести ходовые испытания одного суденышка… Звони, в общем.
Я сунул смартфон в карман с ошарашенным видом. Надо же, кучно пошли! Два типа, которых я считал неадекватами, начинают вести себя адекватно! Неужели — дело только в моих возросших силах и появившемся на этой почве уважении? С Клавдием по совокупности факторов мы были, пожалуй, почти на равных. Афанасия я бы, наверное, уделал, если бы мы сошлись один на один…
Нужно будет посмотреть, как Вяземский ведет себя с новенькими: если пытается их чмырить, значит, дело и вправду только в грубой силе. Это было бы досадно.
* * *
Заходил в «Рыбацкий дворик» я с опаской. Прошлый мой визит сюда закончился покушением! Но теперь-то я был настоящим волшебником, пусть и с медицинской рекомендацией не применять магию как можно дольше…
— Здрасте, — сказал я ярко накрашенной женщине, которую запомнил с прошлого раза.
Сейчас она не выглядела такой уж уставшей, вполне себе бодро разгадывала сканворды.
— О! — обрадовалась она. — Челодой малавек!
И рассмеялась. Тоже — запомнила! Она ведь и в прошлый раз меня так назвала, эта земская продавщица.
— А что вас интересует? — спросила она. — Смотрю — рюкзачок наш носите? Подошел?
— О-о-о-о да, отличный рюкзак! — я подошел поближе, убедился, что никого нет, и спросил: — А есть опричные вещи, которые выглядели бы, как земские? Ну, одежда, обувь с самоподгоном, может быть — бронежилеты скрытого ношения, средства самообороны…
— Т-ш-ш-ш-ш! — тут же сообразила продавщица. — Есть кое-что, но не здесь. Подождите меня пять минуточек, никуда не уходите. Я сейчас!
Она вылезла из-за прилавка, улыбнулась мне жизнерадостно и скрылась за плотной черной занавеской в углу. Я на всякий случай скинул с плеча рюкзак и стал делать вид, как будто усиленно в нем что-то ищу. На самом же деле я нащупал рукоять дюссака и контролировал окна и входную дверь: тихий гул электрокара на улице, который раздался одновременно с побегом продавщицы, заставил меня заподозрить неладное.
Эфирные нити едва ли не звенели от напряжения, я мог обрушить все здание, или проткнуть подъехавшую машину несколькими бетонными опорами, которые в беспорядке лежали у соседнего забора, но, конечно, не делал этого. Я ж не психопат-убийца!
Мне было жутко интересно, я ждал развития событий. И дождался!
И минуты не прошло, как послышалось цоканье каблуков по очищенному от снега крыльцу, потом я почувствовал необыкновенный свежий запах, в котором смешался мед, ароматы цветущей поляны, вешние воды, пряные травы и что-то еще, прекрасное и нечеловеческое.
— Elen sila lumenn omentielvo! — проговорил голос, который мог принадлежать только высшему существу, не иначе.
Я, честно говоря, офигел, когда увидел, КТО оказался в этом Богом забытом рыбацком магазинчике. Это был просто вынос моего бедного молодого мозга, а еще — эндокринной и нервной систем сразу. Сказать «красавица» — ничего не сказать. Наверное, вот именно в этом случае сильнее всего подходил термин «секс-бомба», хотя такие клише меня всегда бесили.
Высокая блондинка с точеной талией, идеальными длинными и сильными ногами, высоким упругим бюстом, аристократическим изгибом шеи, абсолютно симметричными, невероятно правильными чертами лица, пухлыми алыми губками и бездонными зелеными глазами. Волосы ее были убраны в затейливую прическу, из одежды — только зеленое короткое облегающее платье и босоножки на золотом шнуре, который обвивался вокруг ее голеней и выше — почти до колена. Коленки я рассмотрел хорошо: длина платья была экстремальной, и вырез — тоже.
И ушки. Острые, очень характерные… Передо мной в изящной позе стояла авалонская эльдарка, совершенно точно. И, осознав это, я на секунду прикрыл глаза — и нырнул в Библиотеку. Секунды мне хватило, чтобы загнать всю юношеско-подростковую гормональну дичь прямиком на антресоли, стукнуть себя раз двадцать по виртуальным щекам виртуальными же ладонями и вынырнуть обратно.
Вообще-то я Элю люблю! Плевал я на все эти ножки и сиськи! Пусть хоть голая тут ходит! Тоже мне!
— Nai sinda ná ni, ar nai ná ni úva, nányæ, — откликнулся я.
Это должно было звучать как «Видеть вас одно удовольствие, не видеть — другое!», но получилось довольно криво. Я не особенное большой специалист в авалонском диалекте эльфийского, больше на ламбе умею, который наши русские галадрим и лаэгрим используют.
— Давайте будем говорить по-русски, Михаэль, — пропела нимфа. — Меня зовут Инвитари Лауранна, магический атташе консульства Королевства Авалон в Ингрии. Я здесь для того, чтобы позвать тебя домой, юный маг. Светлые Лорды предлагают тебе место подле себя, готовы наделить тебя землей, подобающим титулом, положением в обществе, возвысить над другими людьми.
Она говорила уверенно, так, будто никаких сомнений в моем решении не существовало в природе. Меня только что типа облагодетельствовали с ног до головы, я должен припасть к ее стопам и плакать от счастья. Авало-о-о-о-он, какое счастье! Какая радость! Да? Нет!
— Так, ять! — сказал я и сунул руки в карманы.
Я смотрел на нее и никак не мог понять — на что они вообще рассчитывали? Нет, то есть, в общем и целом — оно было понятно. Фактически — я маг-сирота, очень перспективный и безмерно одинокий. Мне восемнадцать лет, не женат, родня себя никак не светит, ни к какому клану не принадлежу, нигде на службе пока не состою. И от вида сией распрекрасной особы (реально — сексуальная фантазия какого угодно мужчины на максималках), я должен был просто в осадок выпасть. А от предложения стать авалонским эсквайром и вовсе — улететь на небеса от счастья. Прекрасная женщина, земельный надел, Авалон — тройной удар!