Спасение Веракко (ЛП)

— Почему бы нам не высказать всё, что у нас на уме, ладно? — предложила она.
Веракко поднял тёмную бровь.
— Я прошу прощение за…
Лили подняла руку, останавливая его.
— Нет, не нужно извиняться. Ты не сделал ничего плохого. Просто я впервые за несколько недель почувствовала себя комфортно и сытой, и мы отлично проводили время, и я неправильно поняла ситуацию. Вот и всё, — сказала она, скрестив руки на груди, затем быстро их разжав. Почему она так смущается? — Я сделала шаг, ты не был заинтересован. Всё кончено, — сказала она, и её лицо, должно быть, стало ярко-красным. — Надеюсь, ты не против, но я хочу сегодня пойти одна. Мне нужно побыть в одиночестве.
  
Веракко стоял в молчании, его челюсть подёргивалась от напряжения. Казалось, он хотел что-то сказать, но не мог решить, стоит ли это делать.
Пожалуйста, скажи, что я была неправа. Скажи, что ты отверг меня по какой-то другой причине.
Он молчал. Лили начала уходить к реке, но его твёрдая рука на её плече остановила её.
— Лили, я… — он выдохнул. — Вчера вечером…
Её дыхание будто застряло в горле. Что?
Плечи Веракко поникли, и он сказал с печалью в голосе:
— Ты правильно поняла. Просто… я не могу.
— Ты не можешь? — спросила она, и её смущение начало уступать место любопытству. Он не сказал, что не хочет или не будет. Он сказал: «не могу».
Он сделал шаг назад, облизал свой клык языком, его взгляд заметно колебался.
— Ты не вариант для меня. Ты помнишь, как у нас строятся отношения? Как происходят браки?
Конечно, Лили почувствовала себя глупо, что раньше об этом не подумала. Его культура так отличалась. Хотя он сейчас не был женат, это не означало, что он мог что-то начать с ней. Он сказал, что его мать заключала контракты на брак. Разве у его народа нет случайных отношений? Без свиданий?
— Твоя мама, вероятно, уже нашла тебе пару, верно?
Губы Веракко сузились, и он кивнул в ответ.
— Я не хочу выходить замуж или что-то подобное, — сказала она, думая, что это снимет напряжение, но он лишь выглядел ещё более скованным. — Я просто имела в виду, что когда мы найдём Алекс, всё, что здесь происходит, не обязательно должно иметь значение в реальной жизни.
Почему она это говорила? Разве она настолько увлечена Веракко, что готова на случайные отношения с ним? Наверное, нет.
На его лице появилась маленькая грустная улыбка. Он поднял руку, будто хотел прикоснуться к ней, но затем сжал пальцы в кулак и опустил руку.
— Это бы значило что-то для меня.
Сердце Лили забилось быстрее, в животе разлилось тепло. Она попыталась понять немногое из того, что он ей рассказал, и пришла к неприятному выводу. Его мать должна была выбрать ему невесту. Веракко сказал, что его мать влиятельна. Она выбрала бы женщину, которой доверяет, и которая достойна её сына. Зачем ей выбирать Лили, инопланетянку, у которой нет чистой одежды? Может ли она вообще быть объектом контракта, как человек?
— Я поняла, — прошептала она, приглаживая своё запачканное, тонкое поло. Ей хотелось поспорить, объяснить, насколько ужасно, что он не мог сам выбрать, с кем ему быть, но если она что-то и усвоила, путешествуя с родителями, так это то, что культуру и традиции людей нужно уважать, даже если ты с этим не согласен.
Она сгорала от желания задать больше вопросов, но какой в этом смысл? Ей не нужны были браки, а если это всё, чего хотел Веракко, они были бы обречены с самого начала.
Всё это, наверное, к лучшему. Её жизнь уже достаточно усложнилась. Добавление запретной любви в уравнение казалось плохой идеей.
Думай о чём-то другом, сказала она себе, пытаясь подавить боль, которая уже начала проникать в её сердце. Это было глупо — она знала его всего два дня, но что-то в нём, в них, казалось, что это могло бы стать чем-то особенным. Знание, что ничего не может произойти, заставляло её чувствовать, что она потеряла кого-то, кого у неё никогда не было.
Она посмотрела на Веракко и увидела болезненное выражение, которое, вероятно, отражало её собственные чувства.
Её сердце сжалось. Это смешно! Два дня. Я знала его всего два дня! Соберись.
— Готова идти? — спросила она, стараясь звучать бодро.
Он кивнул, затем прочистил горло.
— Сегодня нам нужно идти через лес, — ответил он.
— Нет, нельзя! Почему? — выпалила Лили. Её захлестнула вина, когда она осознала, что тратит всю свою умственную энергию на переживание по поводу завершения несуществующих отношений с мужчиной, с которым она только и делала, что спорила, а не на поиски Алекс.
— Стриги, который меня сбросил… я смог обезвредить его, но сейчас он может быть уже в полном порядке. Если это так, нам нужно оставаться в укрытии, — объяснил Веракко.
— Мы не можем так поступить, Веракко, — твёрдо заявила Лили. — Я понимаю риски, но мы не можем видеть реку отсюда. Я отказываюсь перестать искать.
— Я отказываюсь позволить тебе подвергаться опасности, — сказал Веракко, скрестив руки на груди и нахмурившись.
Лили почти улыбнулась, видя знакомую позу. Чувство нормальности начало возвращаться к их отношениям. Она скопировала его позу.
— Я собираюсь следовать по реке, пока не найду свою подругу или город. Ты не можешь остановить меня.
Он поднял бровь.
— Я мог бы остановить тебя.
Лили прищурилась.
— Я бы не рекомендовала тебе даже пытаться.
Веракко некоторое время молчал, излучая напряжение всем телом.
У него было всё преимущество. Они оба это знали. Она, возможно, смогла бы нанести ему какой-то вред, если бы он попытался унести её, но в конечном итоге она утомилась бы гораздо раньше, чем он. Да и свей на его на стороне. У неё не было шансов выиграть в физической схватке, поэтому она сыграла единственную карту, которая у неё оставалась, надеясь, что оставшееся чувство тоски, которое она видела в его глазах, было искренним.
— Я бы никогда не простила тебя.
Глава 10
— Держись поближе к деревьям! Мы говорили об этом, — рявкнул Веракко.
Лили нахмурилась и вернулась к кромке леса. Эта женщина сведёт его в могилу раньше времени. Он решил, что они будут снова идти вдоль реки сегодня. Хотя, «решил» может быть неправильным словом. Скорее, он просто сдался при одной мысли о том, что она может перестать с ним разговаривать.
К счастью, он убедил её оставаться под укрытием у края леса, в то время как он шёл по открытой местности, ища следы Алекс. За последние несколько часов его внимание было так рассеяно, а эмоции так переменчивы, что даже ребёнок Свадеат мог бы легко воспользоваться его слабостью.
Искать Алекса, следить за Стриги, заботиться о безопасности Лили, спорить с Лили, когда она не осторожна, думать о Лили, размышлять, как быть с Лили, помнить про поиск Алекс. И так весь день.
Ему стоило промолчать этим утром, позволить ей думать, что он не заинтересован. Но он не смог вынести этой мысли. Вместо этого, он умолчал о некоторых вещах и сказал частичную правду, что эквивалентно полной лжи.
У него было столько возможностей оттолкнуть её. Он мог сказать, что уже подписал контракт на брак. Это бы сразу прекратило все вопросы о том, могут ли они быть вместе. Или он мог бы сказать, что не заинтересован. Или что он хочет быть с ней после окончания своего брака с Зиритой, и будет ли она готова подождать его неопределённое время? Если он понимал Лили так же хорошо, как думал, она бы немедленно остановила любые зарождающиеся отношения. Но он просто не мог сказать ей правду. Это означало бы навсегда закрыть дверь возможности быть с ней, и, к своему стыду, он был слишком эгоистичен, чтобы сделать это. Не сейчас. Не до того, как он обдумает все возможности.
  
Присев, он поднял ярко-синюю вещь, наполовину закопанную в песке реки.