Спасение Веракко (ЛП)

Его взгляд был яростным, мышцы на шее напряглись от гнева, но она не почувствовала, что он направлен на нее. Через несколько мгновений он убрал ее ладонь со своего члена и молча покачал головой.
Лили посмотрела на него в ответ, невероятно расстроенная, прежде чем, наконец, провела пальцами по своему животу. Его внимание привлекло движение ее руки, когда она опустилась ниже, и он приподнял брови, как будто ему было больно. Когда она скользнула указательным и средним пальцами по своим гладким складочкам, он издал жалкий стон.
  
— Покажи мне, что тебе нравится.
Лили просунула два пальца во влагалище, затем вынула их и провела влажными кончиками по клитору. Ее бедра дернулись от этого прикосновения.
Веракко прищурил глаза.
— Дай мне посмотреть.
Она слегка повернула бедра к взгляду Веракко и оказала больше давления на круги, которые она рисовала вокруг клитора. Он одобрительно зашипел.
Лили, затаив дыхание, наблюдала, как его рука скользнула вниз, и он сжал свой член. Она громко застонала, и ее лоно снова сжалось. Этого недостаточно! Она была опустошена. Ей нужен был он внутри нее.
Она вложила палец другой руки в свою сердцевину, чтобы справиться с болью. Она прижала палец другой руки к своей промежности, чтобы унять боль. Твердые мышцы бицепса Веракко напряглись, когда он провел рукой вверх и вниз по своей длине медленными, плавными движениями. Она не могла отвести взгляд. Она никогда не делала ничего подобного с другим мужчиной, и уж точно не в присутствии мужчины.
— Лили, смотри на меня.
Она встретила серьезный взгляд Веракко. Быстрые движения ее пальцев стали более неистовыми. Она застонала, и его взгляд приковался к ее губам.
— Позволь мне использовать силу на тебе, — рыкнул он. Его предплечье чуть приподнялось, так что ее голова оказалась на сгибе его локтя. Он еще сильнее приподнял предплечье, прижимая ее голову к своему бицепсу и заставляя ее не отрывать взгляда от его лица.
Её ритм нарушился, и она посмотрела на него в недоумении.
Он провел своим заостренным языком по губам.
— Пожалуйста, доверься мне. Откройся этому.
Осторожно, она кивнула, готовясь позволить ему воздействовать. Её сердце снова загорелось, гадая, что он может сделать.
Глубокие, мягкие слова эхом раздались в её сознании.
— Представь, что мой член наполняет тебя, достигая всех тех мест внутри, до которых ты не можешь дотянуться.
Внезапно пальцы Лили стали больше, а ощущение наполненности — острее. Она выгнула спину, и ее глаза закатились.
— Смотри на меня. Ты хочешь, чтобы я видел, как ты кончаешь.
Глаза Лили широко раскрылись. Веракко находился всего в нескольких дюймах над ней, глядя ей прямо в глаза. Низкие стоны и вздохи теперь вырывались из неё. Электрический разряд пробежал между её клитором и её внутренними стенками с каждым касанием пальцев. Она могла почувствовать его руку, движущуюся быстрее за её бедром, прикосновение его костяшек заставляло её тело дрожать.
Бедра Лили начали дергаться беспорядочно.
— Кончи сильно, мивасси, — Это движение эхом отозвалось в ее сознании за долю секунды до того, как она распалась на части. Ее взгляд, все еще сосредоточенный на Веракко, наполнился слезами. Внезапно он зарычал, и его тело напряглось. Затем, без предупреждения, его губы прижались к ее губам.
Она застонала ему в рот, содрогаясь, когда последняя волна оргазма пронзила ее. Мгновение он оставался неподвижным, просто не отрывая губ.
Опасаясь, что он придет в себя и отстранится, она заставила его губы раскрыться. Когда им это удалось, она углубила поцелуй, проводя своим языком по его губам, пока он постепенно не ответил. Веркко втянул ее нижнюю губу в свой рот. Она почувствовала легкое прикосновение клыков и вздохнула, прикрыв веки. Этот звук, казалось, подстегнул его. Из его груди вырвалось звучное мурлыканье, которое передалось и его языку. Он наклонил голову, принимая поцелуй на себя.
Его остроконечный, сильный язык щёлкнул по её языку, снова вызывая тепло в её животе. Она провела языком по одному из его клыков, удивляясь тому, как они одновременно пугали её и возбуждали.
Веракко отстранился, тяжело дыша, и заглянул ей в глаза.
— Осторожно. Ты можешь порезаться.
— Это уже случалось раньше? — Лили выдохнула, не в состоянии удержаться от улыбки. — Ты когда-нибудь случайно кусал кого-то во время поцелуя?
Его рука поднялась, откидывая её волосы с влажного лба.
— Я никогда раньше не целовал никого так, — сказал он тихо.
Лили замерла и прижала щёку к его бицепсу, мышцы которого вздрогнули от её прикосновения.
— Никогда? Ты даже не учился этому в школе?
— Поцелуи в губы нечасто практикуются на этой планете, — Веракко усмехнулся, затем убрал кусочек листа между ними, заставляя её снова лечь на бок. Её щеки вспыхнули. Он, похоже, приводил себя в порядок, поняла она.
Он обвил руку вокруг её талии сзади и прижал к своей груди. Она растянулась, свернулась калачиком в его объятиях, и едва не растаяла. Его тепло окутывало её, и странное урчание, всё ещё вибрировавшее в его груди, успокаивало её ещё больше. Запах кедрового дыма витал вокруг них.
Веракко убрал волосы с её шеи и глубоко вдохнул. Она почувствовала едва заметное прикосновение его клыков к чувствительной коже.
— Ты когда-нибудь… Нет, неважно.
— Когда-нибудь что? — он спросил, крепче сжав её за талию.
Лили прикусила губу. Действительно ли она хотела это знать?
— Ты когда-нибудь кусал людей?
Она почувствовала, как он засмеялся, его грудь затряслась.
— Всё ещё боишься, что я тебя съем?
Она провела пальцами вверх и вниз по его гладким предплечьям.
— Ты постоянно смотришь на мою шею и облизываешь губы. О чем мне ещё думать?
Он пробормотал что-то непонятное, и его горячее дыхание обдало её кожу под ухом. Гусиная кожа прошла по её рукам, и она сильнее прижалась к его груди.
— Мы так и делаем. Во время бракосочетаний. Или с парами, — Она подпрыгнула, когда он игриво щелкнул зубами у ее уха и прохрипел, — Или врагов.
Лили вздрогнула.
— Это больно?
Веракко расположился за ней и выдохнул с удовлетворением.
— Только если ты враг.
Не спрашивай. Не спрашивай. Не спрашивай.
— Веракко?
— Хм? — пробормотал он в её волосы.
— Ты меня трогаешь, и… и мы целовались. Разве это не нарушение правил?
Она почувствовала, как он напрягся, и мысленно ругала себя за то, что испортила момент.
Он вздохнул, казалось, с досадой, и снова прижался к ней.
— Да, но я не мог удержаться. Я хотел поцеловать тебя с того момента, как впервые тебя увидел. И всё это касание? Ну… — Он мягко вдавился бедрами в ее попку. Она ахнула, почувствовав полутвердую эрекцию, зажатую между их телами. — Это нужно для выживания. Ничего не поделаешь
— Правда? — она хихикнула, выгибая к нему попку и заставляя его зашипеть. — Я думаю, наша одежда, возможно, уже высохла.
Его рука вокруг её талии напряглась.
— Определённо нет.
Лили засмеялась и посмотрела на потрескивающий огонь. Старое воспоминание снова проскользнуло в её сознании, и она улыбнулась.
— Когда я была моложе, — начала она, поглаживая его руку, — моя семья отправилась в поход по Турции. Я встретила там мальчика по пути. Он был тем, с кем я разделила свой первый поцелуем.
Веракко обвил её плечи второй рукой, притягивая её ближе к себе.
— Зачем ты мне это рассказываешь? — его голос был почти рычанием.
Лили покраснела, понимая, что он может ревновать.
— В этой части Турции многие деревья, которые используют для костров, — кедры. Помню, в тот единственный раз, когда мы поцеловались, мне показалось, что каждая клеточка моего тела скрутилась в узел. Я не мог отдышаться или замедлить сердцебиение. В животе у меня было пусто и в то же время полно. Это было чудесно. Я никогда не чувствовала себя такой живой, нервной или возбужденной… — Мышцы Веракко напряглись под ее руками. Если бы она прислушалась повнимательнее, то подумала, что могла бы даже услышать, как его коренные зубы превращаются в пыль, но он молчал… — И единственное, что я помню той ночью, помимо самого поцелуя — который, кстати, был ужасным, — это запах горящего кедра. Когда я чувствую этот аромат, я сразу вспоминаю, как я тогда себя чувствовала. Это делает меня счастливой и взволнованной в лучшем смысле.