Спасение Веракко (ЛП)

Она положила голову ему на грудь.
— Я не могу дождаться, чтобы увидеть город.
С большим усилием Веракко убрал руки от Лили и повернул её, чтобы она смотрела на него.
— Нам нужно поговорить, прежде чем идти в город. — Он провёл рукой по затылку.
Лили медленно кивнула и взглянула на него с тревожными глазами.
— Я согласна.
— Я не уверен, что тебе стоит идти в Митрандир. Думаю, Треманта будет лучшим местом для тебя сейчас. — Эта мысль приходила к нему неоднократно прошлой ночью, но он её игнорировал, зная, что это означало бы разлуку с Лили на короткое время. Но чем больше он об этом думал, тем более благородным казалось это решение. — Я не знаю, как мой город отреагирует на людей. Возможно, они даже не знают о вашем существовании, а королева Треманты предоставляет людям определённую свободу, которые моя мать, возможно, не позволит. Как, например, право не быть со мной, подумал он, морщась, как будто нож пронзил его живот.
  
Глаза Лили забегали туда-сюда, обрабатывая информацию, прежде чем вернуться к нему. Её лицо озарила застенчивая улыбка.
— Но что насчёт тебя? Ты пойдёшь в Треманту со мной?
Веракко чувствовал, как пульс стучит по всему телу.
— Да. В конечном итоге. Мне просто нужно сначала уладить кое-что с моей матерью.
Её глаза засветились.
— Ты пойдёшь со мной? Значит, мы можем встречаться? — взгляд Лили стал вопросительным. — Но я думала, что твоя мать должна выбрать тебе жену из твоего города. — Её плечи поникли, но затем её взгляд снова стал решительным. — Ты думаешь, что когда-нибудь будет возможным для меня договориться с твоей матерью? Я бы хотела только притворяться, что мы пытаемся завести ребёнка, разумеется, и мы могли бы продолжать продлевать контракт, если это разрешено, но это могло бы быть способом встречаться. — Лили посмотрела на него, смущение очевидно на её лице. — Я знаю, что мы уже об этом говорили… Я просто думала… после прошлой ночи, может быть, ты подумал о другом решении? — Она приподняла брови, надеясь.
— Что если бы я сказал тебе, что мы могли бы быть вместе навсегда, как пара? — сказал он нерешительно, отслеживая каждое выражение лица Лили.
Её брови внезапно поднялись, затем сдвинулись. Её выражение стало отстранённым, когда она задумалась, пробормотав «пара» под нос.
Веракко мог слышать, как его сердце стучит в ушах, ожидая с затаенным дыханием её ответа.
— Ээ… — она прикусила нижнюю губу. — Неделю назад я бы сказала, что ты сумасшедший, но… — Она неуверенно кивнула, покачивая головой из стороны в сторону. — Может быть, если бы мы могли сначала встречаться.
Чёрт.
— Лили, мне нужно кое-что тебе сказать.
Она сузила глаза.
— Что именно?
— Я соврал раньше, когда говорил, что означает смена цвета моих глаз. — Она осталась молчаливой, поэтому он неохотно продолжил: — Когда глаза клеканиана меняют цвет, это означает, что они узнали потенциального спутника.
— Это не связано с твоим здоровьем? — Она покачала головой в замешательстве. — Тогда почему ты сказал, что это связано?
— Ну, в тот момент, я не хотел напугать тебя. Ты уже была так насторожена по отношению ко мне.
— Напугать меня? — Лили изучала его, скрестив руки на груди, её запутавшееся выражение становилось все более подозрительным. — Веракко, скажи, что ты пытаешься сказать. Я не понимаю. Ты думаешь, что я твоя пара? Что это означает? Я думала, что это означает пожениться на всю жизнь. Но мы не женаты, так как же мы можем быть парой?
— Когда клеканиан распознаёт потенциального спутника, потенциально единственного человека во Вселенной, предназначенного для него, его глаза изменятся, — объяснил он, пытаясь мысленно заставить её понять, что они значат друг для друга. — Затем, когда они полностью узнают друг друга, на руках появляются знаки.
— Единственный человек во вселенной…? — Лили моргнула, затем её губы приоткрылись. — Родственная душа. — Она произнесла это спокойно, но её глаза светились каким-то неизвестным чувством. — Ты думаешь, что я могу быть твоей родственной душой, потому что твои глаза стали чёрными?
Он выдохнул с досадой:
— Я чувствовал, что ты моя пара с первого дня, но был так сбит с толку, потому что мои глаза не менялись.
— Но ты заставил меня думать, что ты не можешь быть со мной по какой-то причине. Если ты думал, что я могу быть твоей парой, почему не сказал мне? — её голос стал обвинительным, и мышцы Веракко напряглись.
Он начал мерить шагами песок.
— Сначала я не сказал, потому что думал, что это не имеет значения. Ты меня не очень-то любила, и я не узнавал тебя, поэтому решил, что, вероятно, воображаю это притяжение, которое чувствовал к тебе. Но потом всё между нами изменилось.
Веракко заметно нервничал. Ему хотелось, чтобы она поняла хаос, кипевший в его голове. Его причины не говорить ей казались разумными, но теперь, произнося их вслух, он понимал, что это были просто трусливые оправдания. Он не сказал ей, потому что не хотел, чтобы она узнала о его помолвке и стала относиться к нему по-другому.
— Я думал, что, может, если появятся отметки, и я узнаю, что ты моя пара, всё решится само собой, и контракт не будет иметь значения. Но они не появились, а мои чувства к тебе только усилились, и…
Она подняла руку.
— Подожди, что? — Она облизывала губы, и её грудь стала подниматься и опускаться всё быстрее. — Ты… Ты хочешь сказать, что ты женат? — её глаза распахнулись, и Веракко отшатнулся от ярости, вспыхнувшей в её взгляде.
Его кожа покрылась редким холодным потом.
— Нет, не женат. Обручен. Но… — он добавил быстро, когда её дыхание стало более частым, — этот контракт будет недействительным, как только я объявлю, что признал тебя.
Лили начала мерить шагами песок, её глаза полны ярости и недоверия.
— Всё это время? Ты лгал мне всё это время?
— Я технически никогда не лгал… — слова Веракко застыли в его горле при её внезапном испепеляющем взгляде.
— Технически? — Лили выплюнула это слово. — Технически! Ты позволил мне верить, что я недостаточно хороша, чтобы быть с тобой.
— Я никогда не говорил такого. Ты… — Веракко попытался протянуть к ней руку, но она тут же отпрянула. Неужели она думала, что они не могут быть вместе из-за какого-то её недостатка? Веракко почувствовал себя виноватым.
— Ты, может быть, этого и не сказал, но это был вывод, который я сделала, исходя из того, что ты сказал и не сказал мне! Ты сказал, что твоя мать, королева, будет вести переговоры о твоей свадьбе. Ты сказал, что я не вариант для тебя и ты не можешь встречаться. Что ещё я должна была думать? И всё это время ты изменял своей девушке? — Лили закричала и снова начала мерить шагами песок. Её руки размахивали в такт её словам. Её брови слегка приподнялись, как будто только что возникла новая мысль. Она повернулась к нему, кипя яростью. — Ты втянул меня в это. Прошлой ночью… Я бы никогда… Почему ты просто не сказал мне?
Веракко пытался найти объяснение, но ничего не пришло в голову. Он смотрел на её лицо и вздрогнул. Она была в ярости, но в глубине её взгляда он видел боль. В начале она не осознавала это, но боль от его предательства теперь стала явной.
— Я встречался с Зиритой всего несколько раз. Этот контракт теперь ничего не значит, — он отчаянно старался убедить её. Как заставить её понять?
Она остановила своё метание и сделала несколько шагов в сторону, по её щеке пробежала слеза, обжигая его изнутри.
— Ладно, ответь на один вопрос. Что если бы твои глаза не изменились? Что тогда бы произошло?
— Я… — Веракко замолчал, сжав челюсть. Разве не над этим он размышлял последние три дня? До того, как он узнал о смене цвета глаз, он не знал, что будет делать.
  
Лили кивнула, её подбородок задрожал. — Это то, о чём я думала. Ты бы женился на ней, правда? Когда бы ты мне сказал правду? Когда мы пришли бы в город? Прямо перед свадьбой? Ты бы тянул время до последней минуты, чтобы выиграть время для себя? — Она покачала головой и отошла от него вниз по склону дюны. — Одно я знаю точно. Если это то, что делают родственные души на этой планете, мне это не нужно.