Будешь моей (СИ)

— Стой, — женщина резко мою правую руку перехватила и поднесла к лицу. — Как же так? Не уберегла, — закачала головой она. — Я же всё делала… Вот что значило то видение…
— Бабушка? — я нахмурилась, с непониманием взирая на свою воспитательницу.
— На тебе метка оборотня, Эльвира. Ты стала женой оборотня.
— Что? — я выдернула руку из крепкой хватки бабушки и поднесла запястье к лицу, рассматривая след от укуса и пытаясь принять информацию, сказанную бабушкой.
  
— Ты перестала пить таблетки? — устало спросила бабушка, поднимаясь без моей помощи с пола и отходя к окну.
— Да, — прошептала виновато и опустила глаза в пол. — Прости, бабуля… Я тогда была на тебя зла… Я чувствую себя хорошо, правда, — поспешила заверить её.
—И тебя теперь чувствуют хорошо, — с горечью в голосе прошептала моя воспитательница. — Твоя покойная мама была оборотнем.
— Что?
— Я сорок лет прожила в клане оборотней, — бабушка обхватила себя руками за плечи. — Мои родители были оборотнями, а я родилась полукровкой, неспособной обращаться. Всегда была слабее сверстников, чем вызывала насмешки. А в десять лет оказалось, что у меня дар — у меня появились видения. Я видела прошлое и будущее, едва коснувшись руки любого. А ещё я видела истинных. Тех самых, что предназначены самой природой. С того дня каждый оборотень пытался коснуться меня, чтобы я сказала, где искать нареченную. Когда мне исполнилось восемнадцать… — бабушка тяжело сглатывает, — вожак соседней стаи на моих глазах убил всю мою семью за мой отказ стать его женой. — Его истинная умерла давно. Он сам убил её младенцем. Меня забрали в его клан. Против воли я стала его женой. Спустя год я родила твою маму, — слышу тепло в голосе бабушки. — Моего маленького ангела, который не позволил мне сойти с ума. Моя девочка, ради которой я жила. Виктор души в ней не чаял. Исполнял любые прихоти Ангелины. Даже меня трогать перестал. Но едва ей исполнилось восемнадцать… Виктор решил отдать дочь замуж за вожака соседней стаи. Чтобы расширить границы. Ангелина сбежала. Мою девочку искали три года. На глазах Ангелины тот, кому она была обещана в жёны, убил её истинного. Мой ангел не смогла этого пережить. Умерла от тоски через три дня. Так и осталась преданной лишь одному мужчине. Ты с Сеней остались сиротами. Женщины клана помогли мне сбежать с вами. Показали травы, которые запах полностью скрывают. И я смогла скрыться. Приучила вас с детства пить их, чтобы ни один оборотень не учуял ваш запах. Чтобы вы не повторили моей судьбы. И судьбы моей дочери.
Повисла тишина. Я смотрела на прямую спину бабушки и не знала, что говорить.
— Он никогда меня не обидит, — выдавила я. — Только с ним я буду счастлива.
— Если твой дед найдёт нас, то он убьёт мальчика. Как убил мужа Ангелины.
— Он никогда не найдёт, — уверенно сказала я. — Бабуля, — я подошла к женщине и крепко обняла, — всё будет хорошо. Всё обязательно будет хорошо. Я никогда не знала, что мама погибла так… И про папу… Мне так жаль… — я прижалась лбом к её плечу. — А это получается, что в нас с Сеней есть кровь оборотней?
— Нет. Ангелина была слабым оборотнем из-за меня, поэтому вы обе родились людьми.
— А у тебя был истинный? — едва слышно спросила я.
— Нет, — бабушка повернулась ко мне лицом и приподняла уголок губ в едва заметной улыбке. — Я его так и не встретила.
— А ты только оборотням помогаешь найти или…
— Всем, — бабушка провела пальцами по моей щеке. Я чувствовала, как в душе печёт от боли за родителей. И даже представить не могу, каково бабушке сейчас. Она выглядела спокойной. Может, боль с годами притупилась?
— И мне?
— Нет, — покачала головой. — На родных и на саму себя это не распространяется. Но когда Максим приходил, его истинной я увидела тебя.
— Ба, — я улыбнулась счастливо, — он такой замечательный.
— Ещё какой, Эля. Ещё какой…
— Ты не бойся, всё обязательно будет хорошо. Хочешь, я снова начну пить таблетки, чтобы скрыть запах?
— Элечка, запах это то, что помогает всякому найти своего истинного или истинную. Неважно человек или оборотень. И для Максима важно чувствовать твой запах. Оборотни просто всегда чётко понимают, что нашли свою пару. Их зверь помогает не упустить её. И острый нюх.
— Но ведь я человек, как меня найдёт этот… Виктор? Как он поймёт, что я его внучка?
— Родственную кровь легко почувствовать.
— Я обещаю, что буду очень осторожна, бабушка, — обхватив лицо бабушки, уверенно сказала я. — Рядом с Максимом мне ничего не страшно, — поцеловала поочерёдно её в щёки. — Мы ещё и твоего истинного найдём, бабуль. Он точно тебя в обиду не даст.
Бабушка засмеялась и махнула на меня рукой, после чего повернулась к окну и отодвинула занавеску, глянув вниз.
— Твой Максим пришёл, беги скорее.
— Да? — выглянула следом и увидела парня, сидящего на железных перилах. Расплылась в улыбке, чувствуя, как тепло разливается в груди.
— Беги, Элечка. И метку нужно закрепить, Эля, иначе будет плохо. Я сегодня у Маши переночую, — я с подозрением покосилась на бабушку, не совсем понимая, про что она говорит.
— В каком смысле закрепить? Заново укусить?
— Нет, девочка моя, — тихо засмеялась бабушка. — Подарить свою невинность своему истинному.
Я залилась краской до кончиков ушей.
— Бабушка, у Сени сегодня операция… Ой, — я махнула рукой и убежала в коридор одеваться.
Выбегаю из подъезда и замираю у двери, вдруг почувствовав, как меня одолевает нерешительность. Смотрю на парня исподлобья, нервно дёргая молнию на куртке. Максим сидит на перилах и не сразу меня замечает. Только после резкого порыва ветра напрягается и резко оборачивается, впиваясь взглядом в моё лицо. Задыхаюсь от эмоций, когда вижу в голубых глазах восхищение и нежность. Улыбаюсь стеснительно и опускаю глаза, чувствуя, как заливаюсь краской смущения. Я не вижу, скорее чувствую, как подходит ко мне Макс. Затаиваю дыхание, когда горячие пальцы проходятся по пылающей щеке и аккуратно приподнимают лицо за подбородок вверх. Едва слышно выдыхаю, сталкиваясь взглядом с любимым голубыми глазами.
— Здравствуй, Эля, — произносит едва слышно, неотрывно глядя в глаза.
— Привет, — на выдохе, завороженно смотря на карие крапинки в голубом океане взгляда.
— Я скучал, маленькая.
Снова губы растягиваются в стеснительной улыбке. Поднимаю руку и кончиками пальцев касаюсь гладкой щеки. Провожу, наслаждаясь теплом кожи, после чего соскальзываю большим пальцем на губы Максима.
— Я всю ночь думала о том, что произошло и что увидела, — шепнула едва слышно. — А утром узнала, что мой любимый парень поставил мне метку.
Максим дёргается, явно не ожидая от меня таких слов. Напрягается и вглядывается в моё лицо. Вижу, как хмуриться начинает. Он ждёт, что продолжу говорить, но я молчу, ловя каждую эмоцию на родном и таком любимом лице.
— Кто тебе сказал? — всё же задаёт Макс вопрос, перехватив мою ладошку и прижав к своей груди.
— Бабушка. Сегодня я узнала не только о том, что по вашим законам стала твоей женой, но и, что моя бабушка и мама были оборотнями. Бабушка полукровка. Ты мне не сказал ничего вчера, — укоризненно говорю я.
— Чтобы ты снова испугалась, напридумывала невесть что в своей хорошенькой головке и стала меня избегать?
— Ты плохо слушаешь меня, Максим, — улыбнулась уголком губ, хотя всё тело сковало напряжение. — Я сказала, что метку мне поставил любимый парень.
— Любимый? — склонился низко, обхватив моё лицо обеими ладонями и почти прикоснувшись губами к моему рту.
— Несомненно, — смело шепнула в ответ. Разве стоит бояться своих чувств?
  
— Моя птичка, — надломленный голос, после чего губы накрывают мои. Из груди вырывается непроизвольный стон, коленки подгибаются. Чтобы не упасть, руками обвиваю крепкую шею, сцепляя пальцы в замок. Привстаю на носочки, льну всем телом к Максу, жалея, что слои одежды не дают почувствовать жар любимого тела. Жмурюсь, млея от того, как язык парня напористо исследует мой рот. Как широкие ладони сжимают меня, вжимают в тело любимого.