Предатель. Моя сестра от тебя беременна (СИ)

Ее взгляд сразу же скользит по моему животу, и я на удивление вижу в ее глазах не неприязнь, а радость и ликование. Эмоции более уместные, если бы я и правда была беременна от Андрея. Даже неловко разочаровывать такую женщину.
– Это не то, что вы подумали. Я не девушка вашего сына, – опережаю я Андрея и сама объясняюсь с его матерью. – Приятно познакомиться, я Варя. Варвара.
  
На лице Веры всё еще сохраняется отпечаток тревоги и печали из-за пережитого разговора с Родионом, но она отлично держится, несмотря на произошедшее, и довольно быстро берет себя в руки. Улыбается мне немного разочарованно и пихает сына в бок.
– Меня зовут Вера Трофимовна. Я мать этого великовозрастного оболтуса, который всё никак не остепенится и не порадует меня внуками, как вы уже поняли, Варя. Или лучше Варвара?
– Варя, так мне больше по душе.
– Жаль, что вы не его девушка. Я уж было обрадовалась.
Она качает головой, а у меня сердце сжимается, что всё это не правда. Было бы здорово, если бы всё сложилось по-другому. Повезет той женщине, которая станет ее невесткой. Видно, что даже свекровью она была бы понимающей и доброй. Может, конечно, это лишь первое впечатление, но вот Агафья Давидовна сразу же показалась мне строгой и вечно всем недовольной женщиной.
– Андрей мне помогает переждать не лучшие времена, так что пока что я лишь стесняю его и заставляю жить в сарае, оккупировав его автодом.
Я пожимаю плечами, переглядываясь с Андреем, который еле сдерживает смех, а в глазах прыгают бесенята. Он явно любит мать, но судя по напряжению, которое охватило его, когда она заговорила о его браке, говорит о том, что его беспокоит ее тяга поскорее получить внуков.
Я не могу ее осуждать за это, ведь я пока не стала матерью. Кто знает, может, я тоже в ее возрасте буду переживать, что взрослый сын до сих пор холост.
Я едва сдерживаю собственную улыбку, когда понимаю, что Андрей не женат, и у него нет детей. Слова его матери – самое яркое тому подтверждение, которому точно можно верить.
Как только я ловлю себя на мысли об этом и облегчении, тут же стираю радость и напоминаю себе, что я чужая жена, которая ждет от неверного мужа ребенка. Не хочу обманываться и на что-то надеяться, ведь Андрей никогда не посмотрит на меня. Такой мужчина, как он, может выбрать себе любую свободную и ничем не обремененную женщину. А я не из их числа.
– Дорогой, съезди в магазин и купи нам тортик к чаю. Я когда была беременна, меня всегда тянуло на сладкое, – вдруг произносит Вера Трофимовна и отсылает сына, который и не возражает.
Она как-то странно смотрит на меня, словно просто хочет найти повод остаться наедине, а у меня по позвоночнику проходит дрожь. Возникает странное чувство, что она знает обо мне гораздо больше, чем я могла предполагать.
– Пройдем в дом? Холодает, а тебе нельзя простужаться в твоем положении. Ты ведь не против, что мы на ты перейдем? Можешь звать меня Вера.
Она берет меня под руку, помогая взобраться в автодом, и я соглашаюсь, не видя в этом ничего плохого. А когда мы входим внутрь, и она закрывает дверь, напускная радость исчезает с ее лица. Она становится печальной и даже горбится, когда садится на диванчик. Думает о чем-то, а затем переводит взгляд на меня, когда я ставлю чайник и сажусь напротив нее.
– Варвара, – тянет Вера мое имя. – Ты случайно не жена Глеба? Ее ведь тоже зовут Варвара.
Меня словно обдает кипятком. Самый неожиданный вопрос от нее, какой я могла ожидать. Она ведь видит меня впервые. Много лет не общалась ни с кем из Бахметьевых, а значит, мы с ней никак не могли пересечься. Или… Или я чего-то не знаю?
  
Глава 18
 
Тишина давит, но я не нарушаю ее. Продолжаю смотреть на Веру Трофимовну во все глаза, слышу, как колотится сердце, и чувствую, как потеют ладошки от стресса и неожиданности.
– Что-то ты побледнела, Варя, – обеспокоенно говорит Вера и кидается к столешнице, хватая оттуда бутылку воды.
Я делаю несколько глотков и постепенно успокаиваюсь, когда вижу, что женщине нет особого дела до меня, и она не довлеет надо мной, как коршун. Просто ждет, когда мне станет лучше, готова сразу же кинуться мне на помощь.
Постепенно стук сердца в ушах утихает, и я расслабляюсь, чувствуя себя в безопасности.
– Что-то я переутомилась, не стоило на озеро сегодня ходить, вот и бросает меня то в жар, то в холод.
Я снова смотрю на мать Андрей и бывшую возлюбленную свекра, и при близком рассмотрении оказывается, что выглядит она гораздо моложе свекрови. При этом ни пластических операций, ни каких-то еще хирургических вмешательств я не вижу. Это естественная красота, которая дана не каждой женщине, ведь генетика – штука непредсказуемая. В молодости она наверняка была и вовсе роковой красоткой. Ничего удивительного, что Родион Павлович когда-то потерял голову. Судя по морщинам вокруг глаз, Вера отличается добрым нравом и не склочным характером, что кардинально отличает ее от Агафьи Давидовны.
– Сейчас холодает, уже пора и пальто носить. А тебе в твоем положении, Варя, вообще нельзя простужаться. Ты не подумай, я не настаиваю, ты взрослая и тебе самой решать, просто я когда Андрюшей была беременна, вот так простудилась, пришлось получать уколы даже. Это уже потом узнала, что нельзя было. Я была тогда молодая и глупая, только из училища выпустилась, а когда спохватилась, уже поздно было. Всё переживала, родится ли ребеночек здоровый, корила себя, что не следила за собой и не одевалась теплее.
Она качает головой, а я прижимаю руки к животу. В отличие от нравоучений свекрови, она хоть и рассказывает о своем опыте, но с возмущением я ее слова не воспринимаю. Просто чувствую, что она желает мне добра и не пытается указать мне на мои ошибки, чтобы показать, какая она умная, а я бестолковая.
– Обычно я стараюсь не допускать таких ошибок, но в последнее время столько всего навалилось, что я сама не своя. Сами видите, я живу в автодоме практически незнакомого мужчины.
Последнее я говорю со стыдом, так как понимаю, как это странно выглядит со стороны. Вот только Вера ничего не говорит против этого, а наоборот поддерживает меня, пытается даже успокоить.
– Ну что ты, Варь, я вообще рада видеть, что мой сын такой отзывчивый. В такие моменты понимаешь, что правильно воспитала своего ребенка. О лучшем сыне и мечтать нельзя.
Ее взгляд становится немного грустным, свой первоначальный вопрос она вообще не повторяет, проявляя тактичность. Поняла, что отвечать мне не хотелось, и решила не настаивать. Видимо, это и сподвигает меня поделиться с ней наболевшим.
– Вы правы, Вера Трофимовна. Мой муж – это Глеб Бахметьев, сын Родиона Павловича. Точнее, будущий бывший муж. Я подала на развод онлайн.
– Технологии, – кивает задумчиво Вера и снова смотрит на меня. – Хорошо все-таки, что Глеб купил участок именно около этой семьи. Видимо, это было провидение свыше. Он оказался в нужном месте в нужное время, чтобы помочь беременной женщине. Но почему ты разводишься с Глебом? В детстве он был… То есть… Ты прости за мою бестактность, просто…
Она мнется, видно, что хочет понять, слышала ли я что-то из ее разговора с Родионом, и я решаю ничего не утаивать.
– Я знаю, что вы были женщиной Родиона Павловича когда-то. Таисия Семеновна несколько дней назад рассказала о том, как подставила вас когда-то. Вы не бойтесь, я Андрею ничего не скажу, это ведь не мое дело.
Конечно, с одной стороны, я проявляю женскую солидарность, а с другой, просто не хочу становиться причиной раздора в их семье, где явно царят хорошие отношения. А раз Вера много лет назад все-таки не сделала аборт и родила дочь от Родиона, он явно не отстанет, попытается увидеться с ней. Не знаю, какое решение примет Вера, но что-то мне подсказывает, что Андрею эта идея не понравится. Но она взрослая женщина и перед сыном отчитываться не обязана.
  
– Спасибо, – выдыхаю с облегчением Вера.
– А насчет Глеба… Не знаю, каким он был ребенком, но вот взрослым… Муж из него хороший не получился, – с горечью говорю я, не понимая, почему вот так спокойно делюсь с незнакомой женщиной своей бедой и болью. Может, сказывается то, что наши судьбы чем-то похожи. Пусть она и не была никогда официальной женой Родиона, но ее когда-то предали, как и меня сейчас.