Предатель. Моя сестра от тебя беременна (СИ)

Смогу ли я когда-нибудь снова доверять людям, если даже самые близкие, включая родителей, предали, наплевав на мои чувства?
Отражение ответа мне дать не способно.
Я стискиваю кулаки и выхожу из квартиры, полная решимости развестись громко и с размахом, ударив по самому важному. Репутации. То, что свекровь ценит сильнее всего и чем гордится.
А пока меня ждет собачий питомник. Так что вместо генеральной уборки, которую ждет Агафья Давидовна, я привезу ей в подарок щенка. В отличие от Глеба, я прекрасно помню о ее страхе и глубокой неприязни к собакам.
    
Глава 5
 
– Останови здесь, Глеб. Нужно продуктов купить, на даче выбор в магазине скудный.
Я киваю мужу около супермаркета на выезде из города, когда мне в голову приходит одна идея, но стараюсь об этом усиленно не думать. Опасаюсь, что он что-то заподозрит и отвезет меня обратно в город, что мне совершенно не нужно.
Накупив два больших пакета, тащить всё это приходится Глебу. Я же впервые прикрываюсь своей беременностью и не несу даже легкий батон хлеба. С гневом вдруг вспоминаю, что раньше все продукты в семью покупала я сама. Изредка со мной ходила свекровь, но лишь указывала мне пальцем, что ей нужно, а таскать же всё приходилось мне самой.
Это сейчас я удивляюсь, какой бесхребетной была, но теперь никакого раболепства с моей стороны более не будет. Мной руководит обида и злость, и сохранять хорошие отношения со свекровью нет нужды, ведь оставаться ее невесткой я не собираюсь.
– Сходи, пожалуйста, в аптеку, Глеб, и купи цитрамон. Что-то у меня живот разболелся, не осилю такую долгую дорогу, – прошу я снова мужа, когда он укладывает все пакеты на заднее сиденье машины.
– Может, лучше в больницу? Тебе нужно лечь на сохранения, ты же вроде говорила, что хочешь перед родами.
– Еще целый месяц, я не собираюсь так долго лежать в больнице.
Я машу рукой, напоминая ему о своей просьбе, а когда он скрывается внутри здания. быстро открываю машину, вскрываю упаковку с мукой и делаю то, что задумала. А к тому моменту, когда Глеб возвращается, уже чинно сижу на переднем сиденье. Пристегнутая и недовольная, что он так долго.
– Быстрее, сейчас всех щенков разберут, Глеб.
– Я предлагаю купить породистого, с родословной, а не какого-то бездомного бродягу.
Он морщится, ведь ему моя идея не по душе. Собак он не любит, так как это антисанитария и вонь в доме, поэтому я никогда не помышляла завести питомца. Вот только сейчас пользуюсь его невнимательностью и забывчивостью, ведь как оказалось, Глеб думает только о себе, поэтому не в курсе того, что у его матери аллергия на собак.
– Может, и жениться стоило на дочери подруги матери? – вспыхиваю я и смотрю на него с прищуром. – А что, она ведь не деревенская бесприданница, а вполне себе городская штучка. С образованием и отличной родословной. Даже документ имеется, они ведь аристократы.
Я виртуозно издеваюсь над Глебом, припомнив то, что он сказал мне в тот первый раз, когда я попыталась пожаловаться ему на его деспотичную мать. Он убеждал меня, что дело во мне, и я должна быть мягче, ведь даже Софа, подруга матери, с ее тяжелым характером отлично с ней ладила. Тогда мне было обидно это слышать, но я искала изъян в себе и старалась угодить свекрови лучше. Вот только она вампир, который сосал из меня энергию и кровь, наслаждаясь процессом, а хищники со своими жертвами не дружат. Но жертвой оставаться больше я не собираюсь. Настало время поменяться местами, и я воспользуюсь представившимся шансом на полную.
– Ты же не такая, Варя, что с тобой? Ты хорошая девушка.
Глеб пытается воззвать к моей совести, но его слова вызывают у меня лишь раздражение.
– Ты хотел сказать, покорная? Терпила, одним словом?
– Зачем же так грубо? – морщится он, но я отворачиваюсь к окну, не собираясь с ним спорить. Он твердолобый, так что это бесполезно, а сегодня силы мне еще понадобятся.
В питомнике, о котором мне когда-то говорила одногруппница, много щенков, но выбираю я того, который сразу отчего-то невзлюбил Глеба. Облаял его, когда тот наклонился, и чуть не укусил за палец.
– Ты это назло мне, Варя? – догадывается муж и хмурится, но карточку из портмоне достает, не противится моему выбору. Видимо, надеется, что я перебешусь и успокоюсь, и наша размеренная доселе жизнь потечет, как прежде.
Всю дорогу до дачи свекров мы молчим, только песель лает из своей переноски, которую мы купили еще в супермаркете, а я раскрываю упаковку сосисок и прямо в машине через прутья кормлю щенка. Вижу, как дергается Глеб, запрещавший есть в салоне, так как был любым приверженцем чистоты и педантом, и это доставляет мне удовольствие.
Двухэтажный дом, принадлежащий свекрам, лишь с большой натяжкой можно назвать дачей. Одно название, что расположен в дачном массиве. Кирпичный, с белым фасадом и новенькой кровлей, он выделялся среди остальных домов в округе, и свекровь всегда этим гордилась, считая остальных дачников плебеями, смотрела на них свысока.
Я же, выйдя из машины, смотрю на дом другими глазами, не так, как раньше. Вот куда уходят все деньги Глеба, ведь родителям дети обязаны помогать. Слова свекрови, уверенной, что сын принадлежит ей.
Первым делом Глеб заносит переноску во двор, и я открываю ее, выпуская черно-белого щенка порезвиться на цветочных клумбах свекрови. Пока же Глеб возвращается за продуктами, я замечаю, что соседи, жившие слева, уже съехали, а на их участке стоит автодом. Старый дом снесен, а на его месте вовсю идет стройка нового. По слухам, этим участком теперь владеет какой-то бизнесмен из столицы, но никто его еще никогда не видел.
Решив позже утолить любопытство, я возвращаюсь в реальность и вижу идущего к дому мрачного Глеба, которому весь сегодняшний день не по душе.
В этот момент щенок поднимает лапу и помечает одну из клумб, вызывая у меня улыбку, а затем я иду вслед за мужем, желая поскорее увидеть свекровь.
– Явились! Чего так долго? – “гостеприимно” встречает нас Агафья Давидовна, но былой оторопи я не испытываю.
Расправляю плечи и прохожу внутрь, не удостоив ее ответом.
– Что-то у вас грязно. Вы тут уже несколько дней живете, а срач развели такой, будто сдавали дом строителям с соседнего участка, – выговариваю я медленно и с расстановкой, чувствуя, как легчает на душе, когда я возвращаю свекрови ее же собственные выпады.
– Ты что себе позволяешь, хабалка?! – рычит свекровь, следуя за мной по пятам.
Я же хожу по дому, выбирая место поудобнее. Свекра не видно, но я и так знаю, где он сейчас пропадает. На углу тут есть местное СТО, где часто собираются местные мужики, а Родион Павлович любитель залить себе под воротник.
– Глеб, срочно езжай домой, я забыла кран в ванной выключить! – говорю я резко мужу, и свекровь моментально забывает, что хотела мне сказать.
– Что? Кран? Мы же соседей затопим! – кричит она. – А у нас новый ремонт, он будет испорчен!
Агафья Давидовна причитает и отправляет сына в город, беспокоясь за новую плитку и свою репутацию, ведь нареканий со стороны соседей у нее никогда не было. Я же пользуюсь моментом и звоню по одному номеру, называя цифры машины Глеба. По дороге домой его ждет неприятный сюрприз, и я надеюсь, что деморализую его на время, чтобы он не появлялся на даче.
Когда же свекровь возвращается, я стягиваю с ее дивана покрывало и стелю его в коробку, которую нашла в кладовой.
– Ты что делаешь?! – в панике произносит свекровь, едва не хватаясь за сердце. – Это же вещь, а ее беречь надо!
– Это для моего Агаши, он тут будет спать, – невозмутимо отвечаю я и пожимаю плечами.
  
– Для кого?
– Для щенка, которого мне Глеб подарил. Вы его, наверное, не заметили во дворе, но жить он будет дома. Я ему и коробку уже подготовила. И не спорьте со мной, Агафья Давидовна, он теперь член семьи. Агаша Глебович.
Я гордо вздергиваю подбородок, а сама едва не умираю со смеху при виде обескураженного и униженного лица свекрови.