А не как Лёнька! (СИ)

Саша вздрогнул от прикосновения, а я – от того, что напугала его. Только сейчас вспомнила, что мы, вообще-то, обсуждали нашу с Лёней бесплотность и неспособность брать вещи.
Руку отдёрнула, как от огня, но Саша перехватил её и сжал мои пальцы всвоих, начал странно мять, словно прощупывая и словно не веря, что рука моя – самая обыкновенная, как у любого другого человека.
Лёнька не замечал того, что мы с Сашей смотрим друг другу в глаза и фактически держимся за руки. Он был занят тем, что оглядывал захламлённую комнату и бухтел, как он любит:
  
- «Примерно»! Ха! Лазурный – это весьма конкретный цвет, его никаким другим не заменишь, вообще-то!
Саша смотрел на мою руку, сжатую в своей, и мне казалось, что прикасаться ко мне ему нравится ничуть не меньше, чем мне нравились его прикосновения. Я даже подумала, что, может, сейчас он скажет что-то нежное и приятное… Так легко можно было подумать, глядя на его полуопущенные ресницы и чуть растянутые в улыбке губы.
И тут он тихо спросил:
- То есть, ты, как сенсорный экран – только живое прикосновение чувствуешь?
Я мысленно выругалась: такой момент испортил! А, главное, испортил не Лёнька, что удивительно, но от этого не менее обидно.
- Сам ты сенсорный экран! – обиделась я, отбирая у него свою руку. – Никого, кроме тебя я не чувствую. И меня никто не чувствует!
Я повысила тон, и потому Лёня услышал и решил тоже поучаствовать в диалоге:
- То есть, ты как сенсорный телефон, включающийся по отпечатку пальцев – реагируешь только на одного человека, - решил поумничать он, за что я тут же замахнулась на него кулаком, но он быстро и ловко увернулся: опыт, ничего не скажешь.
- Прекратите нести чушь и сравнивать меня с телефоном! – возмущённо отошла я к окну.
Лёнька стушевался: знал, что лучше в таких случаях не подходить.
А вот Сашка не знал, и потому подошёл сзади и встал за моей спиной, тоже глядя в окно. Я была настолько ниже парня, что ничуть не загораживала ему обзор.
- Извини, - сказал он так, словно сказал и правда нечто ужасное, а не просто сравнил меня с сенсорным телефоном. –Продолжай… В смысле, я хотел спросить: почему так? почему только я?
Услышав тяжёлый вздох Лёньки, в точности повторила его и ответила:
- Самой интересно, почему только ты… - обернулась и посмотрела в его глаза: зелёные, умные и добрые.
«Ммммм», - таким было моё первое впечатление о нём, и таким оно и осталось. Классный парень!
- Александр! – поторопил Лёня. – Маша ждёт!
- Чёрт! – опомнился парень, и зрительный контакт прервался. – Надо заехать в магазин, что ли… Цвет ещё такой дурацкий, хрен найдёшь!
И тут Лёнька проявил ещё одно своё качество, которое я в разных ситуациях относила то к хорошим, то к плохим. Он проявил злорадство:
- А вот нефиг было выбрасывать мойшмот! Я, в отличии от тебя, знаю, что такое лазурный цвет. И рубашка у меня такого цвета была. Новая. Ни разу не ношенная!
Ох, Лёнька! Он ведь это теперь будет всю жизнь помнить!
- Ты задолбал со своими шмотками, - отмахнулась я, хотя замечание было дельное и, если бы не вечное занудство друга, я бы его даже поддержала сейчас.
Он проигнорировал меня.
- Вот зачем ты выбросил? – набросился с обвинениями Лёнька на Сашу. – Вот мешали тебе? Да мы с Даринкой тут вдвоём жили, места всем хватало, а ты один, и тебе мои пожитки так мешали, да? Может, я б вернулся за ними? Мы не так и давно в коме!
Саша искоса посмотрел на него, как на сельского сумасшедшего, который несёт полную чушь, так что на него нельзя ни обидеться, ни разозлиться.
- Да не выбрасывал я ничего, - спокойно выдержав горящий Лёнькин взгляд, ответил Александр. – Я переехал неделю назад. Не до шмоток твоих было. Всё лежит, где лежало. Может, ты перепутал что-то? Или от комы у тебя какие-нибудь воспоминания наслоились…
Я хихикнула: да, Лёньку сложно вывести из себя, но у Саши пока прекрасно получалось. Мой друг не отличался взрывным характером, но сейчас был поистине зол. Даже интересно было на него такого посмотреть, так что я молчала, не перебивала и не переманивала внимание на себя.
- Ничего у меня не наслоилось, - холодно процедил сквозь зубы Лёня. - Мой шкаф пуст!
- Он и был пуст… - пожал плечами Саша, глядя на Лёню с жалостью, словно и правда счёл его сумасшедшим, но не спешил расстраивать этим открытием.
Я оглядела комнату. Вроде бы из моих вещей и предметов ничего не пропало, а значит, Александр не врёт: он въехал сюда недавно, ещё ничего не успел убрать, и явно даже его Маша здесь ещё не появлялась, потому что вряд ли бы ей понравился мой розовый комод, набитый женскими нарядами…
А вот Лёнькино и правда пропало практически всё. Он был довольно скромен и обходился минимумом вещей, но все они пропали…
Это могло означать только одно:
- Это всё Егор! – осенило меня, и я даже легко вспомнила имя хозяина квартиры. – Он же как раз по комплекции как ты,Лёньк, вот вещи и забрал! И гитару, наверно, тоже забрал! И продал! – про «продал» вышел перебор, потому что именно это слово выбесило Лёню ещё больше.
- Вот сволочь! - разозлился мой друг и тут же предложил: - А поехали к нему? Стрясём с него мою рубашку и гитару. Гитару Александр пока у себя придержит, а рубашка ему как раз пригодится! А?
Лично мне идея понравилась. И потому что Егор козёл, и потому что Саша мне симпатичен, хочется подольше побыть рядом с ним хоть под каким-то предлогом.
- Я не поеду, - заупрямился Саша. – Как это выглядеть будет, сами-то подумайте!
- А как будет выглядеть, если он припрётся и обчистит теперь уже твою квартиру, а? – спросил Лёня. – Никто не застрахован от такой вот фигни, - и он показал на себя, а я хмыкнула, подтверждая, что Лёнька- фигня, и от него никто не застрахован. – Вот тебе приятно будет, если ты окажешься бесплотным, и тут же твои вещи уведут? А у нас аренда уплачена, между прочим, до конца месяца. Мы можем вернуться и всё потребовать, просто пока он этого не увидит и не поймёт, так что нашими руками будешь ты!
- Меня Маша ждёт. - Сухо отрезал парень.
С этим было сложно спорить, и потому я согласилась, но напомнила:
- Маша тебя в лазурномприкиде ждёт, чувак.
И Лёня поддержал меня:
- Да-да. И проще всего добыть этот прикид – забрать мою новую рубашку у Егора! Уверен, он её ещё не носил – она для особенных случаев!
Саша оглядел Лёньку как-то оценивающе, и я только сейчас подумала, что наш новый знакомый выше моего друга и шире в плечах. Вряд ли у них одинаковый размер рубашки, но зато я знала в Лёньке одну особенность, о которой было самое время сообщить:
- Саш, не парься, он всегда носит рубашки чуть большего размера, чем надо!
- Не правда. – Коротко прокомментировал Лёнька.
- Правда, - точно также коротко парировала я, и мы уставились друг на друга осуждающими взглядами.
Тем временем Саша о чём-то всерьёз задумался, почёсывая подбородок и глядя в пол. Я тоже посмотрела в пол, но взгляд невольно заскользил по босым ногам и волосатым голеням.
Лёнька откашлялся, привлекая внимание, и Сашка, опомнившись и заметив, что я пялюсь на его ноги, поспешно схватил с моей кровати свои светлые джинсы и принялся надевать их. Да, за всей суетой мы все как-то забыли, что один из нас до сих пор не надел штаны…
- Ладно, - согласился, наконец, Саша. – К Егору у меня и правда теперь есть вопросы. К тому же он по пути, так что заедем!
Лёнька, прежде, чем радоваться, напомнил:
- Про гитару спросишь?
- Спрошу, - вздохнув, согласился Саша, ловко выуживая из-под кровати носки.
    
5
 
Мы покинули нашу общую арендованную жилплощадь.
- Вы можете ходить сквозь стены, но тащитесь со мной по лестнице? – за порогом квартиры Саша заметно повеселел, словно если мы с Лёнькой и были глюками, то теперь стали как бы не лично Сашиными, а общественными.
- Мы ж не маги, не телепортируемся, - пояснил Лёнька с умным видом. – Мы чисто так, невидимые и бесплотные, а ходить приходится, как и всем…