Столичная красота против сибирского Валенка (СИ)
От его слов я пошатнулась, а рука ослабла и выронила телефон, благо Макс подхватил его в полете. Удивительно, даже запись не сбросилась, а я так перепугалась, что чуть не вскрикнула… Зато этот страх привел меня в чувства.
— Да мне по хрен, какого делового партнера ты нагнешь! Главное, чтобы он был настоящим и впоследствии ни у кого не вызвал вопросов, если вдруг Валенок начнет искать доказательства. Поняла меня?! Хочешь получить своего Нивирова на блюдечке, так шевели округлостями. — Новенький сбрасывает разговор — Идиотка, ты пойдешь как аперитив перед Валенком, а на десерт я съем кое-что действительно сладкое.
Макс не выдерживает и, не обращая внимания на то, что его многострадальный телефон уже по его вине летит на пол, срывается с места, чудом на него не наступив, и влетает в кабинет!
20.7
Прежде чем я успеваю сообразить, что происходит, Макс с размаху бьет Новенькому в челюсть и без разговоров метелит его кулаками так, что тот просто не успевает опомниться и поставить хоть один блок. Сначала удары приходились по лицу, затем под ребра, причем в таком темпе, будто Макс тренируется в спортзале на груше!
Не успеваю даже охнуть, не то что подбежать, чтобы остановить Макса, который в гневе оказался еще страшнее, чем Сережа, как вижу, что Новенький уже оседает на пол и мне становится страшно! Даже я, почти не разбирающийся в драках человек, понимаю, что несмотря на частоту ударов, каждый из них был точен и выверен. Вижу, что Новенький силится, но от боли не может вздохнуть.
— Макс, прекрати! — Пытаюсь обнять Макса сзади, но он, не оборачиваясь и не понимая, что это я, отталкивает и я впечатываюсь спиной в стену. Звук выбитого воздуха из моих легкий сливается с хрипом Новенького, который, наконец, вздохнул. Макс замирает и тут же оборачивается в мою сторону — в его глазах я вижу осознание и застывший страх. Из легких воздух выбило, но особо я не поранилась, равномерно приложившись спиной. Пытаюсь вздохнуть. Набрать полную грудь воздуха получается не с первого раза, но взглядом и жестами даю понять Максу, что в порядке. Макс стоит, боится сделать шаг ко мне. Он растерян, а его глаза полны раскаяния.
— Макс, можно я его сама накажу? — Спрашиваю, до сих пор опасаясь за то, как бы Макс не переусердствовал, вновь вспомнив о гадостях, которые мы услышали от этого предателя. Да и взгляд у Макса, только что мельком посмотревшего на Новенького, слишком опасно сверкнул.
Макс кивает. Молча поднимает тушу, устанавливая ее почти вертикально. Неуверенно стоящие ноги Новенького, то и дело норовят подкоситься. Макс заламывает его руки назад, явно заботясь о том, чтобы у Новенького снова появился повод взывать от боли, но тот лишь скулит.
— Бей. — Хрипло говорит Макс.
— Как ты мог? Я же тебе верила! — Я дала Новенькому пощечину. Не знаю, откуда у Макса находятся силы? Мои руки, видать, от нервов, совсем ослабли, и пощечина вышла слишком слабой и смазанной, даже без характерного звонкого звука. Да я по комару на своем лице обычно сильнее бью! Заглядываю в глаза Новенького, до сих пор надеясь найти там хоть каплю раскаяния, но он бросает на меня такой похабный и в то же время ненавистный взгляд, что моя природная скромность не совладала с яростью и обидой, бурлящей во мне, и я от всей души зарядила ему в пах! От моего удара он душераздирающе взвыл, нечленораздельно выдавливая из себя, видимо, маты. Немедля, с разворота, я въехала ногой ему прямо в ухо. Все в точности, как учил меня Сережа! Новенький бы точно не устоял, не придерживая его сейчас Макс. Я даже почувствовала удовлетворение, особенно после одобряющего взгляда Макса.
Новенький попытался дернуться, чтобы сбежать, но Макс сделал подсечку и тот, уже через долю секунды, корчась от боли, лежал на животе, придавленный к полу ногой Макса. Похоже, до него дошло, что с Максом лучше не дергаться и он замер, одной рукой баюкая ушибленное место.
Макс молча огляделся и взглядом попросил дать трубку телефона, находящегося на столе.
— Кирилл, кто сегодня дежурит. — Ровный и привычно спокойный голос Макса, совершенно не вписывался в происходящую картину. Макс стоял на побежденном противнике, будто на обычном полу и даже бровью не вел. Будто не его лицо только что было искажено всепоглощающей яростью. — Живо сюда. Да, сам. Прихвати пару надежных ребят. Вам камеры для чего? Мне некогда слушать извинения. Я в кабинете директора по рекламе.
20.8
Через минуту в кабинет вбегают запыхавшиеся мужчины. Меня будто не и не заметили, сразу кинувшись к генеральному. Тот незнакомец, который сразу подошел к Максу, полагаю, Кирилл. Охранников, застывших в ожидании приказа, стоило им поравняться со мной, я уже встречала, когда работала в этом офисе, но по именам не знаю. Охрана сидит у нас в дальнем кабинете за серверной.
— Наручники на это.
— Что случилось? Вы ранены? — Увидев кровь и с беспокойством оглядывая Макса на предмет повреждений, спросил Кирилл.
— Это должна была доложить тебе охрана. — Макс перевел холодный взгляд на парней.
— Димыч сегодня за мониторами. — Послышалось даже, на мой взгляд, невнятное оправдание.
— Кирилл проверь, чем занимается этот… Димыч и уволь. — У парней округлились глаза, но они лишь подобрались, с готовностью ожидая дальнейших распоряжений.
Наручники на Новенького были одеты, и он покорно оставался лежать. Даже не пытался оправдаться или просить прощения.
Макс как хищник прошел вокруг жертвы и неожиданно резко присел рядом, грубо схватив Новенького за волосы на затылке задрав тому голову.
— Намотать на кулак, говоришь… Мразь. — Бросил Макс в лицо дерзко смотрящему на него Новенькому.
— И ты под нее попал. — Прохрипел тот и в его голосе послышалась издевка.
Макс опасно сверкнул глазами и с размаху приложил голову новенького об пол, так что я испугалась за целостность черепушки.
— С**а, ты мне нос разбил! — Слова прозвучали не очень разборчиво, но я расслышала.
— Хорошо связать. Здесь есть комната без окон?
— Подсобка, серверная и туалет. — отчитался один из охранников.
— Подсобка пустая?
— Нет, там хлам всякий, швабры. Ее как склад под бытовую химию технички используют.
— Туалет. Подходящее для него место. От объекта не отходить. Не разговаривать. Рот заклеить. Будет дрыгаться, успокаивать без церемоний. Увести.
После приказа Макса двое парней под ручку, а точнее, почти волоком потащили Новенького из кабинета.
— Заблокировать доступ к просмотру записей с видеокамер даже для внутренней системы безопасности. Любой проникший в систему будет уволен. Завтра утром я лично займусь этим вопросом. — Отдал он приказ оставшемуся с нами Кириллу.
— Так может его в милицию сразу? — Спрашиваю Макса.
— Обязательно, но эта сволочь отправится туда с полной сопроводительной документацией. — Сдерживая ярость, сквозь зубы ответил Макс, после чего повернулся к Кириллу. — Личные вещи изъять и положить до моего возвращения в сейф. Смену без меня не сдавать. Буду до начала рабочего дня. До того момента в офис никого не запускать и не выпускать. Идем. — Это уже мне.
— Макс.
— Быстрее, пока я не закончил, то, что начал. — По мне пробежал холодок. — Макс не шутил.
20.8 Куда мы едем
Забыв о том, зачем сюда приехала, спешу за Максом, торопливо покидающим кабинет.
Не обращая внимание на грязные руки и одежду, Макс сел за руль и с минуту сидел неподвижно, явно успокаиваясь, после чего достал сотовый. Экран все-таки треснул, но телефон работал. Он что-то там печатал, а я лишь следила за невероятно быстрыми движениями пальцев.
Сижу, молчу и наблюдаю за Максом. Чувствую себя виноватой. Из-за меня теперь у него могут быть проблемы.
— Все. Я активировал допзащиту на информацию. В случае попытки взлома программа отследит и уничтожит злоумышленника. — Ответил Макс на мой немой вопрос.
— Теперь можем ехать?