Бывшие. Я разлюблю тебя завтра (СИ)
– Помню. Но мы же не можем разъехаться по домам. Это будет странно. Мы должны переночевать сегодняшнюю ночь вместе.
– Хорошо, – соглашаюсь и заставляю себя успокоиться. Всё это время Рамиль вёл себя достойно. Может, он и правда изменился, и я зря жду от него каждую секунду подвоха. – Да, я бы отдохнула. Ноги устали.
– Тогда я сообщу гостям о нашем отбытии, и вернусь.
Киваю, улыбаюсь, а ладошки противно влажные от волнения и страха. И о платье не вытереть сразу пятна будут. Беру салфетку со стола и комкаю в руке, чтобы высушить ладони.
Рамиль возвращается, берёт меня за руку и ведёт на улицу к машине.
– Отель далеко? – спрашиваю его на ходу.
– Нет.
Действительно, отель оказывается буквально в десяти минутах от ресторана. На часах уже полдвенадцатого, когда мы заходим в номер. Просторный, в светлых тонах номер, а на кровати лепестки роз и два лебедя из полотенец. Через минуту после того, как мы заходим, в дверь стучат. Это принесли шампанское и клубнику.
– Надеюсь, у тебя нет аллергии? – спрашивает Рамиль, как только за сотрудником отеля закрывается дверь.
– Нет. Но пить шампанское я уже не буду. Хочу в душ сходить и лечь спать. Устала ужасно.
– Хорошо. Иди.
Рамиль снимает пиджак, расстёгивает ворот рубашки, заворачивает рукава, оголяя запястья и руки.
Резко отворачиваюсь, слишком пугают меня ощущения, которые испытываю, глядя на них.
– Здесь…есть во что переодеться? – спрашиваю сухо.
– Думаю, нет. Это же номер новобрачных, значит, подразумевается, что им вообще никакая одежда не понадобится, – отвечает Рамиль и откусывает крупную клубнику. У меня рот наполняется слюной.
– И как мне быть? Я не собираюсь разгуливать по номеру в чём мать родила.
– Могу предложить только халат.
– Хорошо.
На халат я согласна. Одну ночь я готова потерпеть.
– Я в душ.
– Хорошо. Или тебе спину потереть?
Его вопрос заставляет меня вскинуть голову. Я вглядываюсь в его лицо, чтобы понять способен ли он воплотить свои слова в действие и не нахожу ответа. Только жадный пронизывающий взгляд.
Глава 28
– Нет, спасибо. Я сама, – отвечаю как можно увереннее.
– Я просто предложил.
Качаю головой, не одобряя его “просто” и ухожу в ванную.
Скорей бы пережить эту ночь. Я знала, что будет сложно, но не думала, что настолько. А самое неприятное – я боюсь Рамиля, но не так, как раньше. Сейчас всё поменялось.
Он изменился.
Как будто другой человек. И мне не нравится, как он действует на меня.
Опираюсь ладонями о раковину, смотрю в зеркало. На меня оттуда смотрит бледная девушка. Изящные стрелки красиво подчёркивают глаза, а в них вижу тоску и растерянность. В душе сумбур из эмоций и чувств. Всё так перемешалось, что я не могу разобраться в себе.
Закрываю глаза и мысленно представляю Матвея.
Вот для кого я это делаю. Надо не забывать о своей цели. Мой сын не должен расти в нищете. Я хочу дать ему всё самое лучшее.
Платье снимается легко, молния на боку, единственная застёжка. Снимаю его, затем нижнее бельё и с наслаждением подставляю лицо под тугие капли воды. Хочу смыть с себя всю косметику и превратиться обратно в Лику, в ту самую, которую я знаю. Может, тогда мне станет легче.
Специально тяну время, в надежде, что Рамиль уснёт, и я спокойно смогу прикорнуть на краешке кровати. Но когда выхожу, он всё также в брюках и рубашке, сидит в кресле и смотрит на меня. Будто всё это время, что я была в ванной, он не вставал и ждал меня.
– Я думала, ты уже спишь, – выхожу из ванной под его пристальным взглядом. Вытирают волосы, проверяю, достаточно ли плотно запахнуты края халата.
– Что-то не спится, – отводит взгляд, смотрит на кровать.
Интересно о чём он думает. Раньше он чаще делился своими планами и мыслями, а сейчас стал более замкнутым. Только глаза иногда выдают его с головой, когда он забывает или не может сдержать эмоций.
– Не знаю как ты, а я вымоталась за сегодня. Ужасно устала.
Откидываю край одеяла, забираюсь на постель ,устраиваюсь поудобнее. Волосы ещё влажные, но нет сил их сушить.
– Спокойной ночи, Рамиль! – закрываю глаза, но продолжаю лежать. Хотя, казалось, только коснусь головой подушки, сразу отключусь.
У меня обостряются всё чувства. В тишине слышу дыхание Рамиля, тиканье часов, как он встаёт. Обходит кровать, идёт в туалет. По шуму воды понимаю, что он тоже решил принять душ.
На какое-то время, видимо, всё-таки отключаюсь и вздрагиваю, когда чувствую, как под Рамилем прогибается матрас. Замираю от его близости.
Спи, Лика, спи, – твержу себе, но у меня сердце так о рёбра бьётся, что даже дышать больно.
Чувствую, как придвигается ближе.
Неужели не сдержит слово? А я ведь только верить ему немного начала.
Тяжёлая рука опускается на меня. Рамиль обнимает меня за талию, прижимает к себе, зарывается лицом в мои волосы.
– Ра..Рамиль, что ты делаешь? – шепчу прерывающимся голосом.
Страшно, просто кошмар.
– Обнимаю.
– Мы же договаривались, – пищу я тонким голосом.
– Я просто обнимаю. Не надо бояться малыш. Я не трону.
Теперь я вообще уснуть не смогу. Его близость действует на меня как адреналин.
– Расслабься, Лика. Я же чувствую, как ты напряжена.
– Я не могу расслабиться, когда ты рядом. Если ты не перестанешь, я на пол пойду спать.
Делаю рывок, когда вместо того, чтобы отпустить он сжимает меня ещё крепче.
– Отпусти.
Поворачиваюсь на спину. Лучше бы я этого не делала. Он нависает надо мной и прижимается своими горячими, требовательными губами к моим и повторяет то же самое, что делал в ЗАГСе. Целует так, что из головы пропадают все мысли, а в лёгких не хватает кислорода.
Рамиль делает небольшую передышку, даёт мне вздохнуть, но тут же целует снова, я даже не сразу замечаю, что его пальцы уже исследуют моё тело. Они скользят по моему животу, вниз к паху, но не трогают его, лишь слегка задевает. Ласкает внутреннюю часть бедра.
Когда он успел развязать мой халат?
Господи, да что со мной не так? Моё тело отзывается на его ласки, дрожит под прикосновениями, а когда он в очередной раз проводит рукой между ног, лишь слегка прикасаясь к коже, бёдрами подаюсь навстречу.
Стыдно. Ругаю себя, но этот голос звучит где-то там глубоко в сознании, что я его уже почти не слышу.
Рамиль своими прикосновениями высвобождает из меня тёмное и жаждущее. После него у меня вообще никого не было. И я никогда не мастурбировала. Это казалось мне чем-то грязным и чересчур порочным. Зато сейчас всё это вырывается наружу. Тело будто в огне, низ живота ноет, болит и жаждет прикосновений. Но Рамиль уже ласкает грудь, зажимает, прокручивает соски, которые итак уже настолько напряжены, что болят и становятся чувствительными, будто все нервные окончания собрались именно в них.
Я уже не думаю ни о прошлом, ни о будущем. Важен момент именно сейчас. Именно сейчас хочу продолжения, хочу избавления от жажды и желания.
– Лика, малыш, хочешь, я продолжу? – шепчет Рамиль, прерывая поцелуй.
– Нет, – мотаю головой, ещё пытаюсь сопротивляться, а на глазах слёзы от сладкой пытки.
Рамиль скользит пальцами по животу ниже, по складочкам лепесткам. Проникает внутрь пальцем. Из моей груди вырывается громкий стон.
Что он делает со мной?
А тело живёт своей жизнью. Бёдра двигаются навстречу руке. И Рамиль уже вводит два пальца. Трогает, ласкает, проникает, быстрее.
Ускоряется.
Я начинаю задыхаться. От быстрого ритма, от тех ощущений, которые, кажется, сейчас разорвут меня. Они накатывают как цунами, всё сильнее и сильнее, пока огромная волна не сносит меня в пустоту, в которой я плыву на волнах удовольствия.
Глава 29
Дрожь ещё пробегает по моему телу волнами, когда я осознаю случившееся.