Бывшие. Я разлюблю тебя завтра (СИ)

Рамиль здоровается с мамой, снимает пальто и обувь.
– Покажешь мне свою комнату?
В тишине квартиры непривычно слышать мужской низкий голос.
Матвей смотрит на меня, я киваю.
– Иди покажи дяде. Сейчас на стол накрою и кушать будем.
Они уходят в комнату, а я с трудом добираюсь до стула. Во всём теле слабость, даже руку поднять сложно.
– Доча, это что такое случилось? – шепчет мама.
  
Молчу, качаю головой. Что ответить ей?
– Простила, что ли?
– Нет…он случайно нас…на улице заметил.
– Ох, ты батюшки. Ну ничего, ничего. Если так получилось, значит, надо было. Мне на свадьбе показалось, что Рамиль изменился. Так за тебя переживал, когда ты в обморок упала. Да и судя по твоему рассказу про брачную ночь, он ведь не домогался. Всё-таки доча не зря я за него молилась.
Закрываю ладонями лицо. От маминого шёпота только хуже.
А если он начнёт меня шантажировать сыном. От этих мыслей холодеет всё внутри.
– Ты посиди. Я сама на стол накрою, – уже громче говорит мама.
– Нет. Пойду посмотрю…что они там делают. Заставляю себя встать и на трясущихся ногах иду в комнату. А там Матвей уже показывает все свои игрушки. Повытаскивал из всех ящиков маленькие машинки, которые коллекционирует уже целый год.
– А вот это форд-мустанг! – гордо заявляет МАтвей. Я помню, за этой машинкой не один детский мир обошла ,Матвей так её хотел.
– Классная, – одобрительно кивает Рамиль. – У меня тоже есть коллекция машинок. Большая. Там все марки элитных машин.
Матвей округляет глаза.
– Они, наверное, целое состояние стоят? – восторженно шепчет сын.
– Ну недёшево, – соглашается Рамиль. – Хочешь увидеть?
– Конечно.
– Можем сегодня поехать ко мне. Я покажу. ДАже поиграть сможешь.
Матвейка начинает скакать в победном танце, но увидев меня резко останавливается.
– Ой, а мне наверно нельзя к вам.
– Почему?
– Мне мама не разрешает с незнакомцами в гости ходить, – бормочет Матвей грустно и опускает голову.
Рамиль встаёт с пола, на котором сидел и подходит ко мне.
– Отпустишь сына со мной?
– Одного? – мой голос дрожит от страха за Матвея.
А вдруг Рамиль увезёт его и больше не отдаст.
– Если хочешь, можем все вместе поехать. На несколько дней. Возьми Матвею вещи и себе. Я думаю, ему понравится дом.
Заглядываю Рамилю в глаза, пытаюсь понять, что он задумал. Может, хочет отомстить?
Но взгляд непроницаемый.
– Опять не веришь мне? – проводит большим пальцем по моему подбородку. – Я же обещал тебе, что не обижу больше.
– Сказать и сделать разные вещи.
– Но до этого ведь не обижал. Нам ведь надо поговорить. Не правда ли?
Опускаю голову. Не могу понять, почему чувствую себя виноватой. Ведь это всё из-за него, из-за Рамиля вот так произошло.
– Маам, маам. Ну можно? – продолжает канючить Матвей.
– Хорошо, – соглашаюсь я.
Матвей хватает свой рюкзачок и начинает складывать в него свои любимые машинки.
Рамиль улыбается, его рука ещё лежит на моём плече, а большой палец поглаживает шею.
– Ты дрожишь.
– Да, есть немного.
Поднимаю взгляд на него и вижу, как его губы приближаются к моим.
Сглатываю, но не отворачиваюсь.
Рамиль слегка прикасается к моим губам.
– Куда это вы уже уезжать собрались? Давайте сперва к столу. А то как-то не по-людски. Только пришли и уже уходите.
Рамиль отодвигается от меня. А у меня щёки горят, перед мамой стыдно. Она ведь никогда не видела меня с мужчиной. Отвожу взгляд.
– Ну и чего стоите. За стол же зову.
– Сейчас идём Мария Афанасьевна, – Рамиль успокаивает маму.
Когда она выходит, снова наклоняется, но в это раз к уху и шепчет:
– Ты не представляешь, как тебе идёт, когда ты краснеешь.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
  
Глава 34
 
Всю дорогу в машине Матвей возбуждённо рассказывает обо всём, за что цепляется его глаз. Рамиль же хранит молчание, периодически краем глаза ловлю на себе его быстрые взгляды, но когда поворачиваюсь к нему лицом, он уже снова смотрит на дорогу.
Стройные стволы сосен подступают к дороге. Снег в лесу ещё лежит в отличие от города. И появляется ощущение, что мы не на несколько километров уехали от Москвы, а попали параллельный мир, где не осталось людей, так здесь пустынно и безлюдно. По дороге навстречу проезжает всего одна машина. Сам дом стоит припорошённый снегом, ночью был снегопад, и напоминает сказочный дом дедушки Мороза. О чём и заявляет сразу же Матвей.
– Ты здесь живёшь? – у него даже глаза округляются.
Рамиль кивает.
–Ты наверно очень богатый. Мама мне показывала большие дома, которые бывают у богатых. А твой дядя Рамиль ещё лучше тех домов.
Иногда мне хочется спрятать лицо в ладонях, когда слышу, как обыденно Матвей выдаёт все мои тайны.
– А хочешь, чтобы этот дом и твоим стал? – ошарашивает Матвей Рамиль.
Сынишка смотрит во все глаза на него, понимаю его чувства. Рамиль сейчас для него выглядит настоящим волшебником. Богатым и могучим.
– А как это сделать? – понизив голос спрашивает Матвей, словно боится выдать тайну.
– Ничего. Он уже твой. Мы ведь с твоей мамой поженились.
Матвей изумлённо смотрит на меня. Я с укором смотрю на Рамиля.
Вот кто его просил об этом говорить. Мы так не договаривались. Он действует нечестно, через ребёнка. Низко и подло, но я ничего не могу сейчас предъявить ему, не при Матвее.
А Рамиль видя мой взгляд пожимает плечами. Мол, так получилось.
Как останемся наедине, выскажу ему всё.
– Мама! Ты женилась на дяде Рамиле, значит, он теперь мой папа?
– Не женилась, а вышла замуж, – поправляю сынишку.
Как я ему буду через год объяснять, что мы расходимся? Не знаю. Но сейчас лучше об этом не думать. Иначе я совсем сойду с ума.
Рамиль паркует машину перед домом. Помогает выбраться Матвея. Следующие полчаса сын с Рамилем осматривают дом. Стараюсь им не мешать, наблюдаю со стороны, как Рамиль реагирует на сына. Я хоть ещё и не подтвердила ничего, но, мне кажется, он уже сам обо всём догадался. Он не сводит с Матвея глаз, смотрит, изучает. А у меня в душе странные ощущения. Откуда там взялась вообще тепло и нежность к Рамилю. Но именно это я и испытываю, когда вижу, как он слушает Матвея, отвечает на вопросы.
В гостиной Рамиль вынимает из шкафа деревянный ящик.
– Это моя коллекция. Будешь смотреть?
Матвея не надо спрашивать дважды. Он уже лезет внутрь и восторженно рассматривает уменьшенную модель машины.
– Круто! Это же Порше.
Я понимаю, что потеряла сына надолго. И хоть мне не хочется уходить, заставляю себя идти на кухню. Если нам предстоит провести здесь несколько дней, то надо хотя бы запастись едой. Для Рамиля я бы не стала готовить ,но здесь мой сын. За него я в ответе.
Осматриваю холодильник, шкафы. Продуктов хватает, чтобы накормить роту солдат. Да и готовить здесь можно, всё что угодно. И мясо, и рыба, и креветки, и разнообразные фрукты. Он как будто готовился. Просто не верится, что он вообще здесь что-то готовит. А зачем тогда столько продуктов. Ладно, пусть будет так. Не хочу сейчас об этом думать. Надо просто взять и приготовить. Занять свои руки хоть чем-нибудь. Да и Матвея покормить.
Решаю сильно не мудрить с рецептами, а сделать что-нибудь привычное, что точно будет есть сын. Он любит пюре картофельное с куриным мясом. Так и делаю, чищу картошку. Жарю мясо. Делаю подлив.
– Как вкусно пахнет, – в дверном проёме появляется Рамиль, следом в кухню влетает МАтвей, подбегает и тянет руки, чтобы обнять.
Прижимаю его, целую в щеку.
  
– Мама, ты себе не представляешь, какой Рамиль классный, – шепчет мне на ухо сын.
Поднимаю глаза и встречаюсь взглядом с Рамилем. Он стоит поодаль, скрестив руки на груди, и наблюдает за нами.
– Представляю, малыш. Ты голодный?