Моя вина. Трилогия в одном томе

Уильям сделал еще один глоток кофе и повернулся ко мне.
– Ты готова, Ноа? – спросил он, глядя на меня.
– Как только ты завяжешь мне галстук, мы сможем ехать, – сказала я, и он улыбнулся.
Это был первый раз, когда я просила его о чем-то напрямую.
Не осознавая этого, я стала больше доверять ему и чувствовала себя уже достаточно комфортно, чтобы один на один находиться с ним в машине.
  
Слава богу, день прошел быстро. Дженна извинилась за то, что позволила мне так много выпить, хотя ей не за что было извиняться, так как это была моя вина, и только моя. Многие девушки, которых я даже не знала, подходили ко мне и спрашивали, каково это жить с Николасом Лейстером. Очевидно, я стала предметом разговоров в школе, и поэтому меня либо осуждали, либо хотели подружиться. Дженна сказала, что такова цена популярности, что я привыкну к этому, но мне хотелось спрятаться, чтобы меня никто не трогал. Наряду с просто влюбленными в Ника были еще и те, кто обижен на то, что я имела возможность проводить с ним время. Среди них, что для меня не было удивительным, была Кэсси, сестра Анны. Я не знала, что она задумала, но каждый раз, когда мы встречались, она что-то нашептывала окружающим, и все смеялись. Это было очень по-детски, но я не была в настроении для подобных игр. Я игнорировала ее и ее приспешников и провела день с Дженной и ее друзьями, которые, на удивление, мне понравились. Они все время строили планы и устраивали какие-то вечеринки без видимой на то причины.
* * *
Когда я вышла из школы, я не увидела машину мамы, которая должна была встречать меня, но заметила человека, который стоял, прислонившись к дереву, и пристально смотрел на меня.
Ронни.
Мое сердце бешено забилось. Если это он был автором писем, то я оказалась в глубоком дерьме. Он улыбнулся мне, когда увидел, что я смотрю на него, и жестом показал, чтобы я подошла ближе. Он стоял довольно далеко, чтобы причинить мне какой-то вред. Учеников во дворе было достаточно, чтобы чувствовать себя в безопасности. Где, черт возьми, была мама?
Я сказала себе, что должна покончить с этим как можно скорее, и направилась к нему настолько спокойно, насколько была способна. Когда он оказался передо мной, мой взгляд невольно оказался прикован к его темным, коротко побритым волосам и татуировкам, покрывающим его руки и ключицы.
– Чего ты хочешь? – спросила я его прямо, надеясь, что он не заметит напряженности в моем голосе.
Он рассмеялся.
– Не так быстро, красотка, – сказал он, шаря глазами по моему телу непристойным взглядом. – Ты выглядишь очень секси в этой форме богатой девушки, было бы интересно снять ее, – сказал он, отходя от дерева и глядя на меня свысока.
– Ты отвратителен, и если это все, что ты можешь мне сказать, то… – ответила я и повернулась, чтобы уйти, но он схватил меня за руку и потянул к себе.
– Думаешь, ты можешь унизить меня и тебе это сойдет с рук? – спросил он, приблизив свой поганый рот к моему уху.
Я пыталась вырваться, но он крепко держал меня. Тем не менее я решила все-таки дослушать, что он хотел сказать, чтобы понять, были ли эти письма от него.
– Ты неудачник, и на твоем месте я занялась бы чем-то другим, – сказала я со всем самообладанием, на которое только была способна, и резко вырвалась из его рук.
Его взгляд шарил по моей блузке.
– Ты защищаешься, как кошечка, и этого достаточно, чтобы вызвать мой интерес, но, если ты когда-нибудь еще раз откроешь рот и станешь нести всякую ерунду, я клянусь…
– Что? Что ты сделаешь со мной? – прервала его, оглядываясь назад и желая показать ему, что он не сможет и пальцем ко мне прикоснуться.
Он снова посмотрел на меня, но уже задумчиво и пытаясь держать себя в руках.
– Я сделаю с тобой все, это точно, но попозже, – улыбнулся он, словно болтая о погоде. – У меня есть кое-что для тебя, чего, я уверен, ты не ожидаешь.
И тут я поняла, что меня ожидает еще одно письмо. Это был он, это был Ронни с его угрозами.
– Твои шуточки уже не такие смешные, как раньше, и поэтому ничего мне не мешает заявить на тебя, – ответила ему я, холодно и с притворным спокойствием наблюдая за ним.
Он расхохотался.
– Я всего лишь посыльный, – сказал он, проведя по моей левой щеке бумажкой. – Очевидно, я не единственный, кто хочет достать тебя.
Я стояла как вкопанная на месте, не понимая, что он пытался мне сказать. Если это не он был автором писем, то кто же тогда, черт возьми?
В тот самый момент, когда я протянула руку, чтобы схватить эту бумажку, рядом со мной появилась машина.
– Отойди от нее! – крикнул Николас. Он хлопнул дверцей автомобиля и направился к нам. Оттолкнув меня, он встал впереди.
Ронни не выглядел особо впечатленным, он улыбался, как идиот, которому сказали, что он выиграл в лотерею.
Я быстро, прежде чем Николас увидел письмо, сунула его в сумку.
– Какого черта ты здесь делаешь? – угрожающе рявкнул он.
Ронни наблюдал за ним несколько минут.
– Я вижу, что не ошибся… Ты тоже хотел залезть ей между ног, да, Ник? – сказал он, смеясь.
Николас шагнул вперед, но я поспешила схватить его за руку и потянуть.
– Не делай этого, – попросила я. Меньше всего я хотела, чтобы Николас снова подрался с этим ублюдком.
Ник посмотрел мне в глаза. Его лицо было злым, но одновременно и испуганным, было заметно, что он боялся, что тот мне что-то сделает.
– Послушай свою младшую сестренку, Ник, ты же не хочешь со мной драться, тем более здесь, – сказал он, оглядываясь, потому что мы, наверное, уже привлекли внимание.
– Постарайся сделать так, чтобы я больше не видел тебя рядом с ней, или, клянусь богом, ты больше никогда не увидишь дневного света, – сказал Ник, сделав шаг вперед.
Ронни снова улыбнулся, подмигнул мне и сел в свою машину.
Меня начало трясти, как только он исчез из поля зрения. Я даже не заметила, что стояла все это время, затаив дыхание.
Ник повернулся ко мне и взял мое лицо в свои ладони.
– Скажи мне, что он ничего тебе не сделал, – потребовал он, глядя мне в лицо.
Я покачала головой, пытаясь контролировать свои эмоции. Я не могла выглядеть слабой, даже перед ним.
Я сделала шаг назад. Руки Ника упали вниз.
– Я в порядке, – сказала я спокойным голосом. – Отвези меня домой.
Только оказавшись в машине, я смогла успокоиться. Дыхание стало регулярным, и моя нервозность проявлялась только в дрожании рук, на которые я села, чтобы скрыть ее. Я умирала от желания и страха открыть письмо. Хотя я и пообещала себе, что не буду его читать, потому что это потопит меня еще больше.
– Что он тебе сказал, Ноа? – спросил меня Николас после долгого молчания. Я не знала, что ответить.
– Он угрожал мне, – сказал я наконец.
Его руки крепко вцепились в руль.
– Как именно? – настаивал он.
Я покачала головой.
– Это не важно, важно, что он хочет отомстить за то, что я выиграла гонку, – сказала я, заметив, что мой голос немного дрожит.
– Он даже пальцем тебя не тронет, – поклялся Ник.
Я оценила его заботу, но в этом не было необходимости, я и сама умела за себя постоять.
– Конечно нет, – согласилась я, но было ли это правдой?
Когда мы вернулись домой, я пошла прямо в свою комнату. В гостиной сидел Уильям с адвокатами, и когда он увидел, что я вошла, то закрыл дверь, даже не взглянув на меня.
Первый раз за день я увидела маму, только когда вернулась домой.
Она выглядела уставшей, под глазами проступили темные круги. Увидев меня, она подошла ко мне и обняла. Какой бы ни была причина их размолвки, она, безусловно, оказалась более серьезной, чем я думала вначале.
  
– Ты в порядке, мам? – спросила я, внимательно глядя на нее, когда она, наконец, меня отпустила.
– Конечно, – не очень убедительно ответила она.
– У вас с Уиллом все в порядке? Ты можешь рассказать мне, – сказала я, пытаясь хоть что-то из нее вытащить. Она покачала головой и ответила мне самой фальшивой улыбкой, которой я давно не видела.