Хроники Тириса. Книга 1 (СИ)

  
Хроники Тириса. Книга 1
   
Глава 1
 
Открыв глаза, я уставился в потолок. Ещё один день. Такой же, как вчера. Как позавчера. Как все дни последних пяти лет. Ни выходных, ни отпусков, ни праздников. Только сухой воздух, отдающий горьким привкусом фильтров, зелёные цифры на визоре и целая гора металла, которую предстояло прогнать через переработку.
  
— Каэль Ардан, отправляюсь в сектор Л-12, — произнёс я в эфир, как только шлем щёлкнул в пазах.
— Сектор Л-12, принято, — ровным, протокольным тоном ответила Лия Верес. И тут же, тише, только для меня одного, добавила: — Удачи сегодня, Каэль.
Всего несколько слов, которые ничего не значат. Но в голосе Лии всегда было что-то личное. Что-то, что заставляло задуматься. Наверно, если бы я не был упрямым ослом, всё могло бы сложиться иначе. Как у меня, так и у нас.
Добравшись до ангара, я запустил проверку систем «Северного Ветра» — моей гордости. Старенький лёгкий корвет, переделанный под добычу полезных ископаемых, много повидал на своём веку. Я копил на него с пятнадцати, когда впервые решил для себя, что путь семьи не для меня. Отец наотрез отказывался покупать мне нормальный корабль, так что пришлось работать, вызывая зубной скрежет у семьи и смех у всех, кто знал Арданов. Младший сын главы богатейшего рода землепашцев Агриса не гнушался любой работы, хватаясь за всё, что ради развлечения подсовывали мне конкуренты семьи. Мерваны нанимали меня чистить дроны, а Каллисы обслуживать роботов. Платили хорошо, так что отказываться я не мог.
Пять лет каторги, которые позволили мне к двадцати годам купить собственный корабль. Не Арданов — мой! И никто из братьев не посмеет протянуть к нему свои ручонки!
Тормозные замки отстрелились и «Северный Ветер» пошёл на взлёт. Двигатели гудели натужно, стабилизаторы реагировали с задержкой, и приходилось подправлять крен вручную, чтобы корабль не вело. За полтора года я привык к дребезгу и к тому, что мой корабль всегда требовал чуть больше внимания, чем мне того бы хотелось. Как только я вышел из атмосферы, активировал локальный прыжок и сбежал от Агриса на другой край системы.
На экране выросла добывающая станция. Вернее, то, что от неё осталось. Искорёженный памятник прошлому, висящий на орбите астероида. Большей части корпуса уже не было — торчали обугленные балки, перекошенные фермы, пробитые модули. Эту махину уничтожили тридцать лет назад и для империи Тирис она являлась бесполезным хламом. Проще забыть о существовании старой станции, чем транспортировать её в ремонтные доки. Но так было для империи. Для нас, жителей фронтира, добывающая станция была источником жизни.
Система навигации запищала от перегруза данных, поэтому мне пришлось сбросить скорость. Сколько раз я тут врезался, рискуя угробить и корабль, и себя — лучше не знать. Управлять корветом я учился по книжкам и видеоинструкциям, но ни в одном учебнике не было главы «Как пристыковаться к полуразрушенной станции на посудине с глючной навигацией».
— Фиксация, — пробормотал я и «Ветер» застыл, прикованный к станции. Первая часть ежедневного подвига завершена. Начиналась вторая, не менее весёлая.
Магниты на ботинках щёлкнули, когда я ступил на обшивку станции. Страховочный трос соединил меня и «Ветер», и я дважды проверил качество креплений. Если что-то оторвётся, выжить будет тяжело. Проверено на собственной шкуре. Никому не советую повторять тот ужас, который мне пришлось пережить год назад. Только чудо в лице дрона Мерванов помогло мне тогда выжить.
Я достал плазменный резак и проверил заряд. Объём полный, охлаждение рабочее. Пара индикаторов мигали красным, но я привык их игнорировать. Резак работал и ладно. Остальное неважно. Переработчик на корабле загудел в режиме ожидания. Он ждал, когда я начну подкидывать металл.
Оглянувшись, я лишь тяжело вздохнул. Вокруг уже кипела работа. Дроны Мерванов резали панели целыми кусками и тащили их к своим переработчикам. Роботы Каллис ковыряли длинными манипуляторами отдельные узлы, выискивая остатки аппаратуры. Обшивка и балки их не интересовали. Фаррены держали свой фрегат чуть поодаль и раздавали короткие приказы, напоминая, что именно они защищают нас от пиратов и что мы должны быть благодарны им по гроб жизни. Правда, за полтора года, что я работаю на разборе станции, пираты ни разу в нашу систему не заходили. Но кого это волнует?
Я вернулся к своему участку. Всё выглядело так же, как вчера, позавчера, и месяц назад. У них — техника, деньги, люди. У меня — старый корабль, плазменный резак и руки. Каждый решает свои проблемы. Мои бездействием решить невозможно. Нужно работать.
Закрепив резак, я поставил сопло к обшивке и провёл линию. Плазма зашипела, металл начал поддаваться. Визор отметил температуру среза, удерживать угол приходилось вручную — автоматика на моём инструменте сдохла давно. Несколько минут работы, и край пластины пошёл трещинами. Я толкнул её ногой, она дрогнула и отошла от фермы.
— «Ветер», принимай, — приказал я.
Система управления кораблём была примитивной, но на простые приказы её хватало. Принять, отправить на переработку, складировать. Если бы я ещё и этим занимался, жизни бы не хватило, чтобы достичь результата.
«Ветер» послушно выдвинул захваты. Манипуляторы зафиксировали панель и потянули внутрь. В трюме загудел переработчик: сначала индукционный нагрев, потом масс-спектр. Визор вывел данные: 0,28 кг фазового сплава. Остальной металл спрессовался в серый брикет и был вышвырнут в пустоту.
Оставалось только грустно усмехнуться. Я давно установил для себя норму — двадцать килограмм фазового сплава за смену. Чтобы откладывать на будущее и относительно хорошо чувствовать себя в космосе без поддержки семьи, нужно держать этот уровень. Двадцать килограммов — это сотни плит, тысячи движений резаком, много часов упрямой, однообразной работы. И каждая секунда промедления приближала меня к провалу.
Через полгода мне исполнится двадцать два. Возраст, когда можно подавать заявку в боевую академию фронтира. Единственный шанс вырваться из тени братьев, перестать быть «младшим Арданом» и доказать, что я чего-то стою сам. Билеты, перелёт, подготовка — всё это стоит денег. И если я хочу поступить, мне придётся накопить самому. Отец платить не станет. Для него я уже давно сделал неправильный выбор. Так что каждый килограмм сплава был не только прожитым днём, но и шагом к свободе.
Первая плита дала меньше трети килограмма. Таких плит нужно нарезать и прогнать через «Ветер» больше шестидесяти, если повезёт — семьдесят. Я знал, что на участке Л-12 сделать норму мне не удастся. Никогда не удавалось. Слишком мало фазового сплава было в этой обшивке. Но другие участки станции были для меня закрыты, так что приходилось молчать и продолжать упорно работать. Я не землепашец!
Сзади мелькнул свет прожектора. Обернувшись, я увидел, как дроны Мерванов тащат сразу три панели, зацепив их большой сетью. Их переработчики заглатывали лом, не успевая даже охлаждаться. Всего за час Мерваны добывали фазового сплава в два-три раза больше моей выдуманной нормы. Я сжал зубы и снова включил резак. У них дроны, а у меня упрямство. Посмотрим, кто кого!
Станция трещала, металл плавился, плазма резала ровно. Я толкал куски к «Ветру», и он терпеливо их принимал. 0,31… 0,27… 0,34. Цифры ползли медленно, нехотя, но я давно привык подходить к делу обстоятельно, не гонясь за сиюминутным успехом. Нужно больше плит!
  
— Ардан, сдвинь «Ветер»! — в эфире послышался голос одного из Мерванов. — У нас сеть идёт, ты мешаешь.
— Сектор Л-12 закреплён за мной, — ответил я. — Панель моя.
— Слушай, не бузи, — прорычал он. — Скажи «да» и сделай, как надо.
«Как надо» — это как ему надо. Не мне.
— Сектор мой, — повторил я. — Корректируй дронов. Залетят ко мне — отправлю в переработчик. Лишним мне точно не будет.
В эфире послышалась ругань, но Мерваны сами отключили оператора. Я был в своём праве. Тратить драгоценное для меня топливо, чтобы сделать удобно ленивому оператору — последнее, что я хочу сегодня делать.