Оттенок ночи (ЛП)
Когда, наконец, воздух стал чистым и пустым, а его запах остался только в воспоминаниях, Талия повернулась и посмотрела через пустую комнату на открытое окно. Она подошла к нему. Закрыла его.
Лука не вернулся — после таких слов никто бы не вернулся — слава Идайосу. Потому что она могла лгать себе достаточно легко, но лгать ему?
Пытка.
И сопротивляться желанию прикоснуться к нему, попробовать на вкус и представить, хотя бы на мгновение, что он может принадлежать ей?
Идайос сделал её достаточно сильной, чтобы пережить жестокие тренировки Ордена, но он не сделал её достаточно сильной для этого.
Глава 8
«Ты для меня мёртв».
Лука смог справиться с её гневом. Он смог вынести её презрение. Но это.
Это его подкосило.
И вот он сидел на другой крыше, совсем другой. Ему было достаточно холодно, чтобы он перестал дрожать. Это не предвещало ничего хорошего, но он мог с этим справиться. Он ещё не был готов идти домой, а исцеление от обморожения дало бы ему возможность чем-то заняться в течение дня. Ему нужно отвлечься, а боль всегда была хорошим средством.
Он не знал, почему оказался именно на этой крыше напротив «Ластеры». Он ни за что на свете не собирался заходить внутрь. Последнее, чего ему сейчас хотелось — это неодобрительного взгляда матери.
Он мог притвориться, что был здесь, чтобы присмотреть за ней, но Талия никогда бы не причинила вреда Исандре. Теперь, когда он знал, что в городе она, а не какой-то псих из Ордена, он мог вздохнуть с облегчением, по крайней мере, в отношении безопасности своей матери.
Что касается его самого…
Лука не хотел думать о том, что это значит для него, как это может похерить его. Он был совершенно уверен, что сможет это скрыть, что никто не догадается, что происходит. У них никогда не получалось.
Орден хорошо обучил его, и у него были годы, чтобы попрактиковаться.
«Бей сильно, или я ударю тебя ещё сильнее. Не отступай. Проглоти боль. Найди место глубоко внутри себя, где её можно спрятать».
Такая тренировка принесла свои плоды.
С выгодной позиции Луки ему был хорошо виден переулок «Ластеры», поэтому, когда дверь открылась, выпустив поток тёплого света, он без труда узнал силуэт мужчины, чьё телосложение и язык тела были ему так хорошо знакомы.
Иисусе. Почему он не удивился?
После того, как дверь с глухим стуком захлопнулась, Рис прислонился к стене рядом с ней. Вспыхнула зажигалка, её пламя ярким пятном полыхнуло в темноте, затем засветился кончик сигареты.
— С каких это пор ты куришь?
Рис вздрогнул, и сигарета выпала у него изо рта.
— Проклятье, чувак. Откуда ты, чёрт возьми, взялся?
Лука ухмыльнулся. Мало кто мог застать Риса врасплох.
В мгновение ока мужчина исчез, перенёсшись призраком наверх здания, чтобы снова появиться рядом с Лукой.
— О, чёрт, — пробормотал Рис, глядя на свою сигарету. Воздушный вихрь от переноса призраком погасил её. Он полез в карман за зажигалкой. Обхватив сигарету ладонями, он щелчком вновь разжёг пламя.
— С каких это пор ты куришь? — повторил Лука.
Рис выпустил струю дыма.
— С сегодняшнего вечера.
— Стоит ли спросить?
— Не-а, — Рис поднёс сигарету к губам и глубоко затянулся, отчего щёки его втянулись.
— Не похоже, что это твоя первая сигарета.
— Нет, мам, не первая. Но первая за долгое время.
Лука фыркнул. У него что-то сжалось в груди. Будь на месте Риса кто-то другой, он бы не сказал ничего, что выдало бы его присутствие, но разговор с Рисом совершенно отличался от общения с большинством людей.
— Как прошёл твой выходной? — спросил Рис. Когда Лука не ответил сразу, брови Риса поползли вверх. — Всё так плохо?
— Это сложно.
Рис сделал ещё одну затяжку.
— Почему всякое дерьмо всегда должно быть сложным?
Лука посмотрел на мужчину. Несмотря на непринуждённость на лице и во всём теле Риса, в нём чувствовались противоречивые признаки напряжения. Он нервно постукивал пальцами. Его взгляд беспокойно блуждал по городскому пейзажу.
— Ты в порядке?
Рис выпустил струю дыма, как заядлый курильщик.
— Просто думаю.
— Рис…
— О, не начинай, — проворчал Рис, стряхивая пепел с сигареты.
— Она наживается на твоей зависимости.
Взгляд Риса скользнул к нему.
— У тебя очень циничный взгляд на вещи. И я не зависим от секса. Просто мне это нравится, — он сделал ещё одну затяжку. — Почему ты такой ханжа? Я имею в виду, ты же вырос в таком месте, как это.
— Я не ханжа.
— Я знаю тебя, сколько, восемь лет? За все это время ты ни разу не был ни с женщиной, ни с мужчиной.
— Не все так выставляют напоказ свои похождения.
Рис ухмыльнулся.
— Верно. Значит, у тебя есть секрет.
Лука нахмурился, ему больше не нравился этот разговор.
Рис не стал продолжать и затянулся сигаретой, глядя в темноту. Затем он сказал:
— Мне нравится твоя мама.
— О, тебе лучше даже не думать о…
— Не в этом смысле. Я имею в виду, она великолепна и намного круче, чем ты думаешь. Она мне просто нравится. А «Ластера»… Там комфортно и удобно.
— Это всё притворство.
— Боже, ты настоящий циник, — Рис затушил окурок. — Слушай, у меня ещё одно свидание. Сначала мне нужно принять душ.
— Ещё одно свидание? Ты издеваешься надо мной.
— Ты мог бы присоединиться ко мне, — когда Лука отшатнулся, Рис рухнул на спину, заливаясь лающим смехом. — Чёрт, чувак, у тебя такое лицо!
— На самом деле это не так уж и смешно. Идея заняться с тобой сексом втроём просто не…
Рис рассмеялся ещё громче, перекатываясь на бок.
— Нет… Господи, нет!
— Тогда какого хрена…
— О, Боже, — Рис выпрямился, всё ещё улыбаясь и смахивая слёзы с глаз. — Герцогиня обещала мне маффины с шоколадной крошкой. После этого, вероятно, будет марафон «Секса в большом городе», хотя иногда она скатывается на «Дымок из ствола».
Как Рис мог перейти от борьбы с демонами и траханья с незнакомыми людьми к общению со старушкой, было выше понимания Луки.
— Ты меня беспокоишь, Рис.
— О, да? Разве не ты тут без всякой видимой причины отмораживаешь свою задницу?
— Ну, если ты так ставишь вопрос.
Рис посерьёзнел. Он иногда так делал, и вся его обычная шутливость мгновенно улетучивалась.
— Ты в порядке, чувак?
Это застало Луку врасплох, удивив честностью выражения его лица. По крайней мере, он так предположил, судя по тому, как Рис вздохнул и снова посмотрел на городской пейзаж.
— Серьёзно. Ты можешь пойти посмотреть «Секс в большом городе» с нами. Герцогиня, она довольно крутая. Она умеет заставить людей почувствовать… — Рис пожал плечами. — Как будто всё в порядке, понимаешь?
Чёрт возьми.
Рис и его квартирная хозяйка… Как, чёрт возьми, Лука раньше не понимал этого?
Он предполагал, что аренда жилья у человека для Риса была своего рода выходкой, возможностью быть непредсказуемым и причудливым, но эта человеческая женщина… Она была для Риса своего рода стабильностью. Она была чем-то хорошим, простым и заурядным в жизни, которая совсем не являлась такой.
И Рис предложил поделиться этим.
Для Луки это много значило, так же как и то, что Нокс прикрыл его прошлой ночью. Лука хотел бы быть таким мужчиной, который мог бы признать это, таким мужчиной, который мог бы принять подобное предложение.
Но он был из тех людей, которые говорят:
— Не сегодня.
Рис пожал плечами и встал.
— Эй, тебе виднее, чувак. Ты вернёшься завтра вечером? Кто-то должен держать Ронана подальше от моей задницы.
— Прекрати воровать у него остатки еды.
Рис ухмыльнулся.
— И в чём же тогда веселье?
Затем мужчина ушёл, и Лука остался один.
Он сидел в холодной темноте, пока небо не начало светлеть. Более чувствительный мужчина мог бы наблюдать за восходом солнца, мог бы позволить ему вызвать тошноту и убить себя. Более чувствительный мужчина сделал бы это двадцать лет назад.