Порочный контракт (СИ)

Если честно, в упор не помнила, чтобы паспорт прятала в рюкзак, но Машка лишь посмеялась и заявила, что у меня начинается ранний склероз. Даже витамины советовала пропить. И я поверила ей, решила, что переутомилась, пока сдавала сессию, и начисто забыла, что убрала паспорт в рюкзак.
Господи! Так он и не пропадал, получается? Она его стащила у меня, а потом сама же и подкинула обратно? И для чего же? Чтобы провернуть эту аферу? Ведь только она могла достать мои фото, да и все мои параметры Маша знала отлично. Мы не раз обсуждали свои размеры, особенно когда вместе проходили марафоны по правильному питанию.
  
— Выслушайте меня, Станислав, пожалуйста! Это не я на видео! Это подстава.
Я отчаянно пыталась рассказать мужчине свою версию событий. Показывала фото Маши, рассказала о случае с паспортом, особо напирала на то, что номер телефона и счёт не мои. Пробовала дозвониться до подруги, но абонент был отключен.
Только вот все мои доводы разбивались о стену. Горецкий просто не хотел меня слушать. Я предъявила свой паспорт, но и это не помогло. Подпись на первый взгляд была подделана идеально.
— Девочка, — прорычал он, стукнув кулаком по столу. — За лоха меня держишь? А вот на это посмотри…
Ткнул мне в лицо распечаткой, на которой было написано черным по белому, что незнакомый мне номер зарегистрирован на мое имя. Но как же так?
— И подпись твоя. Она абсолютно идентичная! А счет, видимо, для отвода глаз другой дала, да? Чтобы жертву из себя состроить и с бабками смыться? Так вот не выйдет! Или возвращай средства, или приступай к своим прямым обязанностям.
— Нет! — закричала я, вскочив и метнувшись к двери. Впрочем, два мордоворота, стоявшие снаружи, вынудили меня вернуться в комнату.
— Бежать бесполезно, Юля, — порочно протянул мужчина, вставая с кресла и перемещаясь в обычное. — Твоя афера провалилась, смирись.
— Я ничего не проворачивала, клянусь. — упрямо твердила я. — И подпись очень хорошо подделана. Экспертиза это подтвердит. Вы же можете проверить, умоляю вас. Вам это ничего не стоит.
В ответ же раздался заливистый смех… Горецкому было смешно, а вот я ощущала себя загнанным в угол зверьком.
— Никакой экспертизы не будет. Даже на надейся. Не знаю, на что ты надеялась, или кто тебя надоумил, но не срослось. Пора платить по счетам. Раздевайся!
От похоти, скользнувшей в темном взгляде, подкосились ноги.
— Пожалуйста, нет! — в ужасе смотрела как Горецкий подходит к двери, отсылает охрану и запирает дверь на замок.
— Не трясись, нам никто не помешает, — похабно ухмыльнулся, налил себе алкоголя из графина, выпил. И снова развалился в кресле. — Юля, я жду!!!
— Нет, нет, нельзя же так…
— Юлиана, прекращай выделываться, — прозвучал властный, циничный, насмешливый голос, от которого у меня по телу начали бегать мурашки. — Это тебе все равно не поможет. Раздевайся! Покажи уже товар лицом.
.
  
Глава 6
 
Оглушительный звук клаксона и яростный рев мотора вырвали меня из тягостных воспоминаний. Резко подорвавшись с кровати, я бросилась к окну, пытаясь рассмотреть двор и улицу.
Облегченно выдохнула, поняв, что это не Стас вернулся, а всего лишь чужая машина проехала мимо на высокой скорости.
После нашего обеда в ресторане Стас отвез меня в особняк и оставил одну, но при этом выдал инструкцию. Не терпящим возражений тоном заявил, чтобы я ждала его в кабинете в десять часов. Даже указал какое платье и белье должна надеть.
Я же, получив немного свободы, решилась выяснить с кем имею дело и полезла рыться в сети. Благо, доступ в интернет и правда был открыт. Мужчина явно был уверен в моей покорности.
Горько усмехнулась. Ну еще бы, как не будешь послушной, когда альтернативой маячит бордель и нет на свете никого, кто протянул бы руку помощи.
Что же мне выдала сеть? Станислав Горецкий, тридцать пять лет, холост. Владелец сети букмекерских контор и нескольких казино в игровой зоне. В активах его семьи также известная сеть туристических агентств.
А еще кое-где упоминалось, что он имеет обширные связи как в политических кругах, так и в около криминальных. Насколько эта информация соответствовала действительности, сказать я не могла, но уяснила твердо одну простую вещь: — с Горецким мне не тягаться. Если захочет, то разделается со мной за пять минут. И никто слова против не скажет.
Так что все бесполезно. Ни мольбы, ни сопротивление не помогут. А побегом я и вовсе подпишу себе приговор.
Внезапно вспоминаю Машу и в душе вскипает волна гнева, обиды, непонимания. Как она могла так со мной поступить? Как долго вынашивала этот ужасный план? Я же считала ее подругой. А Маша?
Наверное, за глаза называла меня доверчивой идиоткой. Быть может, я такая и есть. Я ведь и правда не видела в ней коварства, фальши, склонности ко лжи. Что ж, кажется, мне преподнесли надежную прививку от излишней доверчивости. Вряд ли я после всего случившегося смогу кому-нибудь довериться полностью.
Раздавшийся звук смартфона внезапно вклинился в мои мысли. Вздрогнув, пару секунд помялась, а потом схватила гаджет. На экране высветились две строчки:
Буду через сорок минут. Одевайся и жди меня в кабинете.
Дала себе пару минут на то, чтобы собраться с духом, а потом пошла одеваться. Одежду по шкафам распихивала я сама, не став напрягать Валю. Все равно руки надо было занять чем-то. Так что быстро нашлатребуемое платье красного цвета и комплект белья к нему.
Пока одевалась, думала о Маше. Интересно, где она сейчас? На островах? В Европе? Что намеревается делать с этими проклятыми деньгами? Смеется ли, думая обо мне?
Интересно, ейхотя бы капельку стыдно за свой поступок? Что-то сомневаюсь.
Напоследок причесав волосы, постояла перед зеркалом. Настраивалась на грядущую экзекуцию. До этого дня я считала себя миролюбивым человеком и никому не желала зла. Но сейчас мне так и хочется пожелать, чтобы эту гадину настигла кара. Пусть ей воздастся за все содеянное. Пусть. Пусть. Пусть.
Твержу эти слова как мантру до тех пор, пока не слышу скрежет ворот и шум въезжающих во двор машин.
Мой «хозяин» вернулся. А значит, пора поторопиться. Если не хочу нажить себе лишних проблем.
В кабинете ощущаю себя неловко. Хожу из стороны в сторону, присесть не решаюсь. Страшно. Зато наконец осматриваю помещение. Вчера как-то не до любования интерьером было. А сейчас хоть нервы успокою.
Комната была просторная, с тремя большими окнами. У окна стоял огромный стол. Наверное, дубовый. На столешнице царил идеальный порядок. В левом углу лежала стопка бумаг и стояла подставка с письменными принадлежностями.
Все ровно, ни один листок не выбивался из пачки, ни одна ручка не кренилась в сторону. Видимо, Горецкий педант. Да еще какой.
Свободные стены были заставлены стеллажами с книгами, а посередине помещения расположился массивный мебельный гарнитур, состоящий из дивана и двух кресел.
В целом же кабинет выглядел мрачным. Слишком темные обои, тяжелые портьеры и тюль, много темных оттенков в интерьере. Этот кожаный гарнитур сменить бы на что-то более легкое и светлое. Вид был бы совсем другим.
— Тебе идет…
— Что? — увлекшись своими размышлениями, пропустила появление Горецкого.
Его хрипловатый баритон словно ножом вспорол мое сознание, заставляя дрожать. Обернувшись, чуть попятилась, не зная как себя вести дальше.
Вернее, чего от меня хочет Стас, было предельно понятно. Но не раздеваться же так сходу?
  
— Это платье тебе очень идет, — мужчина вальяжно проходит к широкому кожаному креслу, опускается в него. При этом не прекращая меня рассматривать.
И от этого взгляда я буквально цепенею. В животе стягивается плотный болезненный узел, грудь распирает от недостатка воздуха.
— Раздевайся, — следует уже привычный приказ. Интересно, а по-другому с женщинами он общаться умеет? — Только красиво… Покажи мне себя полностью…