Распятая любовь (СИ)

Я протяжно вздохнул, набираясь терпения. Реакция жены была вполне предсказуемой. Она давно и очень толсто намекала, что нам нужно переехать в особняк.
И ей было похрен на то, что мы пока себе такие траты позволить не можем. Слишком уж на широкую ногу жили в Лондоне. Анжела же отказывать себе не привыкла ни в чем. Ей нужно было только самое лучшее: супер-люксовую косметику, брендовые шмотки, дизайнерскую обувь.
  
Причем скупала она все без разбора и особой необходимости: в нашей квартире отдельная комната отведена под ее гардеробную. Да и та скоро лопнет под ворохом новых покупок.
Что ж, кажется, настала пора немного приструнить женушку. Надо сказать, что если она хочет когда-нибудь переехать в такой вот дом, то ей придется унять свои хотелки. А то выписки с ее счетов меня конкретно так начали напрягать.
— Глеб, милый, — никак не унималась она. — Ну что ты молчишь? Я же права? Нам по статусу положен такой дом.
— Умерь свой энтузиазм, милая — прошипел я, подхватывая ее под локоть и направляя в сторону парадной лестницы. — А о нашем с тобой особняке поговорим вечером.
А особняк и правда был что надо. Три этажа, изящные очертания крыш и балконов, мощные колонны крыльца, террасы, обставленные горшками с растениями, уютными креслами и столиками.
Вокруг дома была ухоженная территория. Тщательно подстриженный газон, стоянка для машин, внушительных размеров гараж на несколько автомобилей. Слева дорожка уводила в огороженный сад, в котором сейчас все цвело, зеленело и благоухало.
Открывшая дверь женщина вежливо поздоровалась и провела нас в холл первого этажа, где нас уже ждали трое: высокий лысоватый человек в очках с внушительным животом, тощая как жердь седая женщина в глухом темном платье и широкоплечий мужчина довольно брутальной наружности. В его густых темных волосах то и дело попадались седые пряди. А от фигуры так и веяло уверенностью и солидностью. Это и был хозяин дома — Михаил Белозерский. Пробивал его фото по сети после первого разговора с Захаровым.
— Ну здравствуй, Миш. Давно не виделись, — Виталий с широкой улыбкой пожал руку мужчине.
— И тебе не хворать, старый черт. — хохотнул тот и повернулся к Лидии, поцеловал ей руку, отчего та как-то смущённо зарделась. — Добрый вечер, Лида. Надеюсь, беременность протекает спокойно?
— Более чем, — робко кивнула она и тут же схватилась за живот, счастливо улыбнувшись. — Малыш толкнулся.
— Весь в меня будет, — горделиво выпятил живот Захаров, обнимая жену за талию. — Будущий наследник империи.
— Что ж, рад за вас от всей души.
— Кстати, — Виталий повернулся ко мне. — Миш, это мой адвокат Бессонов Глеб Викторович и его прелестная жена Анжела.
— Здравствуйте, Глеб. Наслышан о вас. — рукопожатие Белозерского оказалось крепким. Почти стальным. Я даже украдкой встряхнул ладонь, а то занемела от его цепкой хватки. А это наводит на мысли о характере. В делах, по-видимому, Михаил такой же. Упрямый, несгибаемый, хваткий, умеющий брать за горло. Мне уже очевидно, что дело быстро не выгорит. — Анжела, чувствуйте себя как дома.
Мужчину в очках Белозерский представил как своего адвоката Игоря Ларина, а женщина оказалась его женой.
— Кстати, — завертел вдруг головой Захаров. — А где потерялась твоя ненаглядная? Неужели ты ей надоел и она сбежала?
— Не дождешься, — оскалился тот и обернулся. — Сейчас подойдет… О, вот и она!
К нам откуда-то из глубины дома приближалась высокая стройная женщина в элегантном черном платье-футляре, с изящно сидящим на талии поясом. Ее длинные каштановые волосы красивыми локонами струились по спине и плечами.
Окидываю женщину оценивающим взглядом. Красивая куколка. Ноги от ушей, талия, крутые бедра, которые платье обтягивает до неприличия плотно. У Белозерского губа не дура.
Любуюсь хрупкой фигуркой до тех пор, пока она не подходит ближе. И только мелодичный голос заставляет меня оторваться от созерцания соблазнительного тела и посмотреть хозяйке дома в глаза.
— Добрый вечер.
Всего два слова. Донельзя привычных и банальных. А меня от них корежит так, будто ломиком по черепушке огрели.
Резко дернув головой вверх, встречаюсь взглядом со знакомыми карими глазами. Которые при виде меня сначала широко распахиваются, а потом ехидно прищуриваются. Слегка приоткрывшиеся в немом изумлении малиновые губы быстро складываются в официальную светскую улыбку.
Твою ж мать! Лана, какого хера?
Мне хочется эти слова буквально проорать. Потому что меньше всего ожидал увидеть в этом помпезном обиталище свою бывшую жену.
А в том, что это именно она сомнений нет. Да, выглядит по-другому, ярко, стильно, элегантно. На лице броский макияж. Но не узнать ее невозможно. Я же не слепой.
И в тот самый момент, когда мне хочется схватить дурную бывшую за плечи и потрясти хорошенько, чтобы вызнать, какого черта она здесь оказалась, Лана преспокойно подходит к Белозерскому, позволяет ему себя обнять и целует в губы…
Причем это не банальный вежливый чмок, поцелуй получается глубоким. Выходящим за всякие рамки приличий. Да блять, он же сейчас ей языком до гланд достанет…
Пиздец… Какой же это лютый пиздец.
От автора: Ну что, девочки? Наконец пошла жара?
Огромное спасибо за ваши комментарии, они меня неимоверно радуют. Муз получает + 100 к мотивации. Не останавливайтесь, пожалуйста, мне очень приятно получать обратную связь))
  
Глава 31
 
Помешательство
 
— А вот и мое сокровище. Знакомьтесь, это моя жена Лана, — с омерзительно счастливой улыбкой Белозерский поворачивается к нам. Его лапы при этом вольготно лежат на талии моей бышей жены. Сука.
С трудом удерживаю на лице бесстрастную маску, хотя внутри все так и клокочет. Грудину буквально распирает от эмоций, а мозг вскипает от нахлынувшей лавины вопросов! Нет, ну это же просто нелепость какая-то.
Моя бывшая женушка, вместо того, чтобы продолжать прозябать в своем затрапезном домашнем мирке, вдруг переехала в столицу и выскочила замуж. Да не за обычного мужика, а за этого финансового воротилу. Это как вообще? Что за ванильная мыльная опера?
Да блять. Где они вообще смогли пересечься? Ну вот где? Не на ноготочки же он к ней ходил? Гребаный принц на черном мерседесе.
— Лана, дорогая, с Виталием ты уже знакома.
Блядь. И этот старый похотливый лис туда же. Улыбается ей, целует руку. А сам глазами пожирает, сукин сын… Как будто Лиды ему мало…
— А это его юрист Бессонов Глеб Викторович и его прелестная супруга Анжела.
Лана разворачивается к нам и я вижу как по ее губам скользит пренебрежительная улыбка. Что делать в этот момент, не представляю. Тут даже диплом юриста не помогает. Сказать: 'не стоит утруждаться, мы знакомы; или сразу в лоб заявить, что она моя бывшая жена? Только кому это сейчас нужно? Деловая встреча сразу же превратится в пошлый водевиль.
Благо, Лана решает все сама, избавляя меня от мучительных размышлений.
— Приятно познакомиться, Анжела, — кивает она моей жене с выверенной холодной светской улыбкой. О, я такие хорошо знаю. За этой вежливостью, как правило, скрываются острые лезвия ножей. Только Лана где этому трюку научилась? — Здравствуйте, Глеб… Викторович.
И вот вроде все вежливо, но имя мое произносит так брезгливо, словно оно гнильцой отдает. Буквально выплевывает по слогам. И как-то презрительно поводит оголенным плечиком. При этом стоически делает вид, что видит меня в первый раз. Забавно. Прошлым нашим светить не хочет перед новым мужем, значит? Или так пытается показать, что я для нее никто и звать меня никак?
  
И ведь даже руки не подала, сучка. Просто чуть кивнула и теснее прижалась к мужу, положив голову ему на плечо. Тот по-хозяйски переместил руку ей на живот, притягивая ближе к себе. Козел безрогий.
У меня же возникло ощущение, что все это какой-то дурной спектакль, в котором я вынужден принимать участие. Что все вокруг сговорились, чтобы меня свести с ума своим розыгрышем. Даже Анжела.