"Фантастика 2025-188". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

***
– Ты опоздал на две минуты, – объявила Софи, как только я ввалился в полумрак её кабинета (без стука, конечно).
Я тихо закрыл за собой дверь.
– У меня сегодня день опозданий на две минуты. Да и на разговор у меня осталось минут восемь, не больше.
Софи покачала головой.
– У тебя есть двадцать пять минут. Секретарю снова стало плохо, и он поскользнулся на кафельной плитке в ванной, ударился, рассек себе бровь. Сейчас он обрабатывает рану. Это надолго.
  
– Э… – выдавил я. – Ну ладно.
Кабинет Софи оказался тесным и тёмным.
Никаких окон, цветов или картин на стенах. Посередине – дубовый стол с ножками в виде львиных лап, горящие свечи в двух многоярусных подсвечниках, кресло, пара стульев, стеллаж с книгами – ничего особенного. Зато низкие своды каменного потолка и без того мрачного кабинета, казалось, давили прямо на макушку.
Я глянул на Софи.
Интересно, какой у неё уникальный дар, какой мортем? И есть ли он, вообще?
– Есть, – ответила она. – Мортем у каждого из нас есть. И у тебя тоже.
– Вы можете не лезть мне в голову, Софи? – скривился я.
– Ты один из нас, Рэй Питон, но никак не хочешь этого признать.
Я сжал челюсти до боли в зубах.
– Увы. – Сказав это, Софи подошла ближе, на расстояние вытянутой руки, и подняла ладонь в перчатке к моему лицу.
В плотном кружеве вуали её глаза вспыхнули и погасли. Она коснулась пальцем моего лба. В ушах зашелестел её голос:
– Пока ты не поставил защиту, я скажу тебе кое-что. В твоих руках портал, я знаю. И ты уже решил, куда отправишься. Я одобряю и благословляю твой маршрут. Пусть он приведёт тебя к тому, что ты ищешь. А вот какие вести ты узнаешь, сказать сложно. Всё ещё может измениться…
– Вы видите будущее? – опешил я. Кажется, Хинниган говорил, что такое возможно.
Софи приложила к моим вискам обе ладони.
– Нет, не вижу, я только предполагаю. Тот ментальный чтец, что атакует тебя, очень силён. И пока я не могу определить, где он находится. Он постоянно меняет своё местонахождение. Это твой новый враг… куда более серьёзный, чем все остальные. Он использует твои страхи, он ищет твои слабости, а их у тебя немало, увы. Но силы и дерзости всё же больше. Чтобы выставить хорошую защиту против такого мощного чтеца, я бы посоветовала использовать один приём, который доступен чёрным волхвам. Когда чтец снова атакует, рань его тем же. Атакуй в ответ, зацепи его кодо, как делает харпаг, впейся в него, а потом выдай порцию ментального эрга, отбрось врага, и тогда он долго не захочет к тебе соваться.
– Ментальный эрг? – переспросил я.
– Именно, – сказала Софи, опустила ладони и отошла на пару шагов. – Атакуй меня прямо сейчас, и я покажу, как выглядит ментальный эрг.
Я попробовал сосредоточиться и провести тот же тип ментальной атаки, какой использовал против Чезаро. Но из-за того, что я не видел лица Софи, ничего не выходило.
– Давай! – Она сжала кулаки. – У нас мало времени! Ты должен научиться быстро.
– Я вас не вижу… чёрт…
– Значит, хочешь меня увидеть? – спросила Софи и, не дожидаясь ответа, подняла вуаль.
  
Глава 3.3
 
Я, конечно, не ждал ничего приятного — Софи человеком не была.
Но то, что я увидел, укладывалось в голове только отчасти. После того, как передо мной предстал демон Кай, совсем близко, у самого лица, я думал, что меня уже ничем не удивить.
Но Софи удивила.
Удивила настолько, что я не сразу смог определить: омерзительная она или завораживающе прекрасная.
На меня смотрело существо с полупрозрачной сероватой кожей, настолько тонкой, что считывались все выпуклости и изгибы черепа, далеко не человеческого, более вытянутого в районе лба и заострённого у подбородка.
В огромных глазах с белыми длинными ресницами тлело что-то наподобие адского пекла, оранжево-алое, мерцающее, а ровно посередине этих зеркал преисподней мерцали светлые точки-зрачки, подвижные и любопытные. Они то вспыхивали, то гасли.
Вместо носа на лице Софи зияли две аккуратных вертикальных прорези. Они живо реагировали на движение воздуха и подергивались, как у животного, будто Софи постоянно принюхивалась.
Губы, брови, ресницы, зрачки — совершенно белые — придавали лицу чёрного волхва ангельский вид. Но вот адское пламя глаз вызывало не просто трепет, но ужас и понимание: это существо древнее и могущественное, мудрое и яростное.
Гладкую кожу лба резал символ — знак закрытого глазного века. Он тлел таким же оранжевым светом, плотным и тягучим, будто нарисованным горячей лавой. А от середины нижних век вниз, до самого подбородка, шли две оранжевых полосы. На кончиках ушей блестели мелкие костяные зазубрины.
Я не моргая смотрел на Софи и всё же приходил к выводу, что она больше прекрасна, чем отвратительна. Да, она была прекрасна. Похожа на античную богиню, воплотившуюся в теле земной женщины.
— Атакуй меня, Рэй, — сказала Софи и смолкла, ожидая, пока я приду в себя, но всё же потом добавила: – Никак не можешь насмотреться? Думаешь, я не зря ношу вуаль? Среди волхвов меня считают красавицей. Санкта София – имя моего первого перерождения.
Она улыбнулась, и я впервые увидел, как она улыбается.
Колкая дрожь пронеслась по поджилкам, потому что до меня вдруг дошла одна важная вещь: а ведь чёрных волхвов на Земле всегда одно и то же число. Из века в век оно не меняется. Даже если их физическая оболочка умирает, волхв перерождается снова и снова. Неужели она, и вправду…
– …богиня? – закончила мою мысль Софи. — Я бы не советовала слишком глубоко в это вникать, Рэй. Но я бы с удовольствием узнала, кем же являешься ты сам, и каково имя твоего первого перерождения. Надеюсь, не Люцифер?
Не знаю, говорила она серьёзно или издевалась. По её нечеловеческому лицу было сложно это понять.
– Атакуй же меня, адепт. У тебя мало времени, – снова напомнила она.
Я перевёл взгляд на белые губы Софи, потом – на огромные дьявольские (или всё же божественные?) глаза и выдавил:
— Сейчас… секунду. Мне нужно сосредоточиться.
И чтобы сосредоточиться, мне понадобилось не меньше двух минут.
Софи ждала.
Я атаковал её точно так же, как сделал это с Беном Баумом: перенаправил энергию кодо во взгляд, позволяя ему раздвинуть мякоть мышц и кожи жертвы, пронзая кость её черепа, плавно следуя за её мыслями, по каплям собирая их и раскладывая на картины.
— Отлично, — прошептала Софи, почувствовав мою атаку.
Несколько секунд она позволяла мне читать её собственные воспоминания.
И то, что я увидел, плохо поддавалось описанию.
Сначала вместо сцен из жизни Софи я почувствовал жар пламени с едким запахом горелого мяса, оно охватило меня с ног до головы, и посреди кабинета я стоял с ощущением, что меня прямо сейчас сжигали на костре. Потом услышал сдавленные крики и хлюпанье, будто кто-то бил ладонями по воде.
И только после этого перед моим внутренним взором понеслись вереницы картин.
Одна за другой.
И вряд ли я отныне забуду хоть какую-то из них.
Люди, распятые на стене городской ратуши, прикованные металлическими штырями к каменной кладке над кострами, истекающие кровью, вопящие и горящие заживо, сотни людей, цепь полуистлевших и стонущих тел, полыхающая арена пыток и смерти.
Прилюдная казнь времён Великой родовой битвы.
Конец давней эпохи…
Женщины и мужчины, старики и дети – все они горят. И я горю вместе с ними, давлюсь криком, неистово напрягаю руки, приколоченные штырями из дериллия, рву их в прямом смысле слова, стягиваю с мясом и ломаю кости запястий, чтобы выбраться из этого ада.
  
И выбравшись, соскользываю вниз, на горы трупов, а в голове пульсирует одна и та же мысль: «Будьте прокляты… будьте прокляты, бесславные предатели…».
В следующую секунду я вижу перед собой морду харпага, безволосую и безносую, с бездонными чёрными глазницами, с маленьким круглым ртом, слышу, как в пасти с хлюпаньем перекатывается язык. На лбу харпага белая отметина, на длинном пальце — перстень. Я узнаю его…