Стон дикой долины
Стон дикой долины
Алибек Аскаров
Предисловие
Книга уводит нас в недалекое прошлое и рассказывает о переменах, с подчас трагическими последствиями, что привнесли в казахский аул реформаторские идеи конца прошлого столетия, названные «перестройкой». Посредством изящных шуток и острого юмора писатель, проявив дар тонкого психолога, раскрывает яркие, разнообразные типажи жителей аула, а забавные и комические события, переживаемые отдельными героями его повествования, исподволь указывают на глубокий кризис, охвативший общество того времени. Каждая строчка этого воистину талантливого произведения дышит искренней любовью автора к природе, людям Алтая и болью за судьбу небольших традиционных аулов, ведь писатель и сам уроженец этих удивительно красивых мест, сын казахской глубинки.
РАДОСТИ И ПЕЧАЛИ КАЗАХСКОЙ ГЛУБИНКИ
Все мы дети аула, родились и выросли в нем. В особенности много выходцев из аула среди тех, кто держит в руках перо, — среди писателей и журналистов.
Без Родного языка, языка матери, не может состояться ни один писатель, ни один журналист. Аул же — это сгусток, это первооснова языка. Если б не было аула, то не было бы ныне и нашего родного казахского языка. А без родного языка будут преданы забвению и Казахская литература, и Казахское искусство, да и вообще само понятие Казахского народа.
Пусть здравствует аул, достоинствами которого я не устаю восхищаться!
К сожалению, давно уже стало массовым явление, когда жители аула, особенно молодежь, перебираются в города в поисках лучшей жизни. Обретают ее, увы, не все. И к чему это приводит ? Пополняются ряды безработных и нищих, растет преступность...
А сколько в ауле было воистину бесценных матерей, родивших и воспитавших по десять и более детей, удостоенных почетного звания «Мать-героиня»! Где они теперь? Аул, издревле покачивавший колыбели, вливая в нацию свежие силы, поредел...
И хотя на протяжении тысяч лет казахи претерпели множество лишений от сонма черных сил, наш народ, возродившись, как воскресшая из пепла птица Феникс, вновь взмахнул своими мощными крылами и переступил порог XXI столетия. Слава Богу! Однако аул — основа нации — одолел этот рубеж с трудом. Ядро нации тает.
Тем не менее, душа аула живуча, его корни глубоки, как корни куста репея из повести Льва Толстого «Хаджи Мурат», которые не смогла вырвать из земли даже соха пахаря. Человек, желающий зримо представить этот образ, этот характер аула с помощью художественной литературы, пусть непременно прочтет произведение под названием «Стон дикой долины». Его автор — Алибек Аскаров.
Величавый Алтай — колыбель Тюркского мира. Рядом с крохотным аулом, который описал Алибек, археологи не так давно обнаружили стоянку древнего человека.
С тех пор как стоит на белом свете Алтай, кого только не породило и не упокоило его бесценное лоно. Поколения неразрывно сменяют друг друга. Будет горько, если эта цепь оборвется.
Крупный прозаик и умный художник, поэт Алтая Орал-хан Бокей ушел из жизни. Но он не остался без последователей. Когда я закрыл последнюю страницу романа « Стон дикой долины», невольно подумал: Оралхан, оказывается, не умер, его песнь об Алтае не прервалась.
* * *
Сначала распустили «Четвертую бригаду» в сто дворов. Из прежней сотни домов осталось только семь. Центром совхоза «Раздольный» был аул Мукур. Теперь и Му-куру грозит конец...
Я не собираюсь пересказывать содержание книги. Суть — в этих семи домах, в том, как через «Четвертую бригаду» писатель сумел отобразить облик казахских аулов по всей республике. Суть — в мастерстве этого отображения. Когда в своих поездках по стране я приезжаю в Тайсой-ганские пески далекого Атырау, попадаю в Сарысу или Талас, перед моими глазами всегда встает «Четвертая бригада». Естественно, рельеф земли, картины природы всюду разные. Но вот люди...
От кончика своего пера Алибек Аскаров как бы протянул во все четыре стороны света линии, напоминающие солнечные лучи, и охватил ими всю казахскую степь.
В ауле Мукур есть полупустая, почти захудалая школа. Она вот-вот закроется. До сих пор у нее, оказывается, не было имени. И этот вопрос неожиданно поднимает библиотекарь Даулетхан, который пишет трехтомную «энциклопедию» этого маленького селения. Он опубликовал в районной газете статью с предложением присвоить школе такое-то имя.
Пустяковое, казалось бы, событие, однако, не приведи Аллах, крошечный аул тут же раскололся надвое. Мукур и его окрестности — это место обитания двух родов: ка-маев и каргалдаков. И в споре за имя школы эти два рода сцепились в нешуточном противостоянии. Едва не началась скандальная война. В конце концов все успокоились, когда школе присвоили имя Калинина.
Мне сразу пришла на ум одна татарская пословица: «Если дерутся две утки, пирует курица».
Общее явление для современных казахских аулов.
Там, где ссорятся два казаха, всегда возникает какой-нибудь «Калинин». И зло это преследует нас с незапамятной старины. Говорят, человек, обжегши язык горячим молоком, дует даже на холодную воду, чего не скажешь о нас: не раз обжегшись вредными последствиями нашей казахской родов-щины, мы упорно продолжаем ее придерживаться.
Словесная вязь Алибека вышита драгоценной нитью. В его прозе ощущается влияние Калихана Искака и Оралхана Бокея — его алтайских братьев и коллег по перу. Но он совсем не повторяет их. У него совершенно иные картины...
В нынешний ночной сорокоградусный мороз иней рисует на окнах Астаны причудливые узоры. И хотя стекла в окнах одинаковые, морозный орнамент всюду разный.
С помощью созданных только им плетений и орнамента слов Алибек заставляет тебя смеяться и плакать. Настоенный, тонкий юмор. И в то же время пронзительное горе и страдания, от которых ноет сердце. Через красивые шутки, легкий комический рассказ автор раскрывает и показывает глубокую трагедию.
Именно так должен увлекать своего читателя подлинный писатель. Это мое собственное впечатление. Возможно, кто-то посчитает по-другому. Но лесть — привычка, мне не свойственная. Таким уж создал Бог.
Алибек Аскаров — крупный чиновник. Тем не менее, собственную книгу он выпустил небольшим тиражом в 2000 экземпляров. Хотел бы сказать в качестве критики: если среди казахов, имеющих многомиллионную читательскую аудиторию, действительно ценные книги распространять в виде жалкой слезы из глаз слепого, то можно оставить свой народ темным.
Разговор ведь не просто о книге. Книга — это основа культуры. Так повелось еще с тех пор, как человек придумал азбуку.
Книги сжигали лишь средневековые инквизиторы и безбожники конца двадцатого столетия. Да что там жечь — один наш горе-премьер переплюнул всех, издав в свое время приказ о массовом закрытии библиотек.
Сокращение выпуска книг на казахском языке, сокращение казахских программ в средствах массовой информации, сокращение тиражей казахских газет и журналов — все это сродни тому, что подрубить исподтишка топором корень казахской нации.
* * *
Когда мне исполнилось шестьдесят, Оралхан Бокей с какой-то необыкновенной учтивостью шутливо спросил: «Посмотрите-ка вниз, агай, меня там видно?..» Я был польщен таким почтением, и слова моего младшего братишки часто-часто приходят мне на память.
Успехи и достижения последующего поколения писателей — моих младших братьев по-настоящему меня радуют и приносят истинное наслаждение. После того как я прочел роман Алибека Аскарова «Стон дикой долины», у меня было такое приподнятое настроение, будто я взлетел в седло благородного иноходца.
А Алибеку я пожелал бы, чтобы его следующая книга вышла не двухтысячным тиражом, а, как в прежние времена, массовым — пятьдесят, сто тысяч экземпляров.
Шерхан МУРТАЗА, народный
писатель Казахстана, лауреат
Государственной премии РК
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Четвертый аул, приютившийся в глубине гордого Алтая, — один из прелестнейших, овеянных благодатью райских уголков нашей земли.