Придворный Медик. Том 4 (СИ)
Очень уж запоминающаяся внешность. Ухоженный, гордый. А взгляд-то какой… То и гляди насквозь меня просверлит. Благо я знаю, как строить с ним разговор.
Мот много интересного поведал мне этой ночью.
— Господин Булгаков, — старший дворецкий сдержанно улыбнулся и отвесил поклон. — Чем могу вам помочь? Я думал, что вы уже ушли на работу.
— Какая тут может быть работа? — пожал плечами я. — Для начала нужно убедиться, что моим личным вещам ничто не угрожает. Этой ночью выяснилось, что вы направили ко мне служанку. Выдали ей магический ключ от моих покоев. Как-то странно получилось… Разве вы не должны были предупредить об это меня?
— Павел Андреевич, я лишь хотел, чтобы Светлана всё подготовила к вашему переезду. Не думал, что вас это оскорбит. Считаете, что я зря проявил инициативу? — он, не отрываясь, смотрел мне прямо в глаза.
Умелый лжец. Должно быть, жизнь во дворце научила его правильно врать. Держится уверенно, глаза не бегают, даже пульс не изменился. Сходу и не скажешь, что он говорит неправду.
Тут даже лекарская магия бессильна.
Однако одна чёрная мышка нашептала мне, что на самом деле произошло вчера вечером. Светлана не должна была оказаться в моих покоях. Как я и думал с самого начала.
— Инициатива, как говорится, наказуема, — усмехнулся я. — Скажите честно, Аркадий, вы случайно не в курсе, почему к чепчику моей служанки было прикреплено это?
Я показал старшему дворецкому крохотный металлический диск. Разумеется, это был жучок. Именно так и выглядит отслеживающее устройство. Я с такой аппаратурой уже много раз взаимодействовал.
До сих пор удивляюсь, как много опыта я получил от общения с бандитами.
— Дайте-ка посмотреть, — Аркадий потянулся к жучку, но я тут же одёрнул руку.
— Нет-нет, не трогайте. Вы и так знаете, что это такое.
— С чего вы это взяли, господин Булгаков? Не понимаю, в чём вы меня обвиняете, — решил прикинуться жертвой Аркадий.
— Странно… А ведь я точно слышал ваш разговор с императорским лекарем. Он сказал вам установить за мной слежку. Могу даже вспомнить, сколько купюр он вам передал
— А… — попытался что-то вставить Аркадий
Но я тут же его перебил.
— Кроме того, я знаю, что Светлану вы чуть ли не из кровати выдернули. Заставили её убирать мои покои посреди ночи. А перед этим прикрепили к её чепчику жучок. Тот, что сейчас находится в моих руках.
— Я вас не понимаю, — напрягся Аркадий. — У вас просто воображение разыгралось. Я уже десять лет здесь работаю, и ещё никогда…
— Хватит. Не оправдывайтесь.
Вот и пульс изменился. Да и сам дворецкий начал всё чаще отводить взгляд. Он в панике. Должно быть, не понимает, откуда я всё это узнал. Меня ведь не было в тех комнатах.
Скорее всего, старший дворецкий думает, что я умею становиться невидимым.
Пусть именно это заблуждение и укоренится в его голове. Меньше будет пакостить. Как же всё-таки просто его подкупил этот Захарьин. И самое главное — за что он мне мстить-то взялся? За то, что я, в отличие от него, смогу спасти великую княжну?
Да, не хватало мне только ещё одного горделивого идиота.
— Вы, видимо, решили, что я тут новичок. Совсем ничего не понимаю, да? — улыбнулся я. — Это не так, Аркадий. Советую вам запомнить раз и навсегда — у меня тут везде есть глаза и уши. Я знаю о каждом вашем шаге. Больше не смейте использовать Светлану в своих целях. И да, советую вернуть деньги господину Захарьину. А то как-то нехорошо получается. Пётр Вениаминович вам заплатил, а я раскрыл ваш заговор всего за одну ночь.
— У вас нет никаких доказательств, — принялся обороняться старший дворецкий.
— Вы так думаете? Что ж, утешайте себя этим, если хотите. Но я вас никому сдавать и не собираюсь, — улыбнулся я. — Пока что. Посмотрим на ваше поведение.
Я повернулся к старшему дворецкому спиной и направился к выходу из дворца.
— Ах да! — не останавливаясь, крикнул ему я. — Светлану оставьте. Пусть переселяется. Меня дома не бывает целыми сутками. От служанки не откажусь. Только убедитесь, что на этот раз в её одеждах не будут сокрыты отслеживающие устройства. В противном случае одной беседой в следующий раз мы с вами не обойдёмся.
Аркадий так и остался стоять за моей спиной. Судя по замершей жизненной ауре, он не сдвинулся даже после того, как я покинул императорский дворец.
Всё? Наложил в штаны? Молодец. Нечего было лезть. В первый же день уже насовали жучков! Совсем сдурели.
Я поручил Моту обыскать мои покои. Уж с этим он точно справится. От кота-оборотня ни одно устройство не скроется.
— Павел, ну ты… Ну ты даёшь! — вместо приветствия воскликнула моя медсестра Анастасия. — Все только о тебе и говорят. Я лично не видела, как это произошло, но коллеги рассказали, что ты несколько врагов империи на празднике обезвредил! А ты точно лекарь? Мне уже что-то с трудом верится…
— А что тебя так удивляет? Лекари тоже должны уметь за себя постоять, — переодеваясь в белый халат, ответил я.
Анастасия продолжила что-то галдеть насчёт слухов, которые успели обо мне состряпать. Но я отвлёкся на стук в окно. Едва слышимый. Череда коротких ударов. Два, один, три.
Это Грима. Её сигнальный стук. Что-то хочет мне сообщить.
— Настя, ты лучше сбегай в регистратуру, забери накопившуюся документацию. Наверняка у нас появились новые запросы, — произнёс я.
Ковалёва вынужденно покинула кабинет. Я впустил к себе Гриму.
— Что опять стряслось? Только не говори, что в моих покоях уже кто-то хозяйничает!
— Нет, господин, — помотала головой ворона. — Вы просили меня кое-что разузнать насчёт той старушки, что сейчас сидит у вас в очереди. Помните?
А-а… Та самая. Пожилая леди в чёрном одеянии. Вознюкова Тамара Сергеевна. В прошлый раз она жаловалась на холод в теле. Я сделал вывод, что симптомы возникли из-за пониженного давления.
— Я выяснила кое-что, — продолжила Грима. — Знаю, почему этой даме так плохо. Это связано с её покоями. С тем, что хранит там эта барахольщица.
Я выслушал Гриму, а затем позвал саму госпожу Вознюкову. Женщина, хромая и морщась от боли, прошла в мой кабинет, уселась на кушетку, а затем скинула с себя сапоги.
— Вот, господин Булгаков, — чуть ли не плача, простонала она. — Посмотрите, что творится! Помните, я ведь говорила вам, что меня совсем измучил этот холод в ногах!
М-да… Холод в ногах — это мягко сказано. Стопы Тамары Сергеевны сильно изменились. Кожа бледная, отёчная, вся покрыта пузырями с жидкостью.
Обморожение.
Более того… Ноги покрыты тонким слоем льда. А под коленями висят сосульки.
Много я в своей жизни повидал. Но такая клиническая картина развернулась передо мной впервые!
Но ничего.
— Я знаю, что с вами происходит, госпожа Вознюкова.
Глава 4
— Я уже думала, что в прошлый раз мы со всем разобрались, Павел Андреевич, — вздохнула Тамара Сергеевна. — У меня тогда была слабость, тело мёрзло. Вы назначили мне препараты от низкого давления. И мне стало намного лучше! Я даже слетала к дальним родственникам на юг. Побыла там несколько дней. Ничего не беспокоило! А сегодня ночью снова стало плохо. На этот раз намного-намного хуже, господин Булгаков!
Старушка попыталась возмущённо потопать ногами, но тут же пожалела об этом, так как стопы отозвались очередным приступом боли, а с голеней посыпались мелкие сосульки.
— В том то и дело, госпожа Вознюкова, — я слегка нагнулся, чтобы внимательнее рассмотреть её ноги. — Лучше вам стало отнюдь не от назначенных мной препаратов. А ухудшение возникли как раз потому, что вы вернулись в Санкт-Петербург.
— Как так? — удивилась она. — Я тут всю жизнь прожила, Павел Андреевич. Полагаете, мне не подходит этот климат? Раньше ведь всё было в полном порядке.
— И нет, дело не в климате, — помотал головой я. — Взгляните на свои ноги. Разве может климат так повлиять на нижние конечности? Мы, конечно, живём совсем не на юге Российской Империи, но в то же время и не в Арктике, как вы могли заметить!