Исцелю тебя (СИ)

Когда в очередной раз открываю глаза, солнце уже село, и в палате царит мягкий полумрак от бра.
А рядом со мной, на неудобном стуле спит Дима, положив голову на мою кровать. Сознание у меня более ясное, а тело не такое ватное, как при первом пробуждении.
Из-за того, что долго лежала, чувствую онемение в ногах и боль в спине. Стараюсь максимально тихо пошевелить конечностями и поменять положение своего многострадального тела, чтобы не разбудить Диму.
  
Но стоит мне сделать маленькое движение, как он вздрагивает и быстро поднимает голову. В полутьме замечаю его полные тревоги глаза.
— Ты проснулась? Любимая, как ты? Что-нибудь болит? Лежи, не делай лишних движений. Я сейчас позову врача! — он сыплет словами так быстро, что мой приторможенный со сна мозг не успевает уследить за его речью.
— Стой, Дима, не нужно никого звать, — ловлю его
его руку. — Всё у меня нормально. Можешь дать попить? У меня в горле сухо, как в пустыне.
— Сейчас, — берёт маленькую бутылочку воды из прикроватного шкафчика, вставляет в неё трубочку и аккуратно прикладывает к моим губам.
— Пей маленькими глотками, не торопись.
Киваю и начинаю медленно пить, хотя хочется припасть к бутылке и выпить всё до дна. Утолив жажду, благодарю любимого. Дима убирает воду, и я отмечаю его скованные, медленные движения. Но также вижу, что он и в самом деле ходит. Боже, как я за него рада!
— Ты снова ходишь? — шепчу одними губами, желая услышать подтверждение тому, что глаза меня не обманывают.
— Только благодаря тебе.
— Я не согласна. Ты очень упёртый и целеустремлённый. Я изначально знала, что ты рано или поздно встанешь на ноги.
— Тань, я знаю. Спасибо, что всегда верила в такого калеку, как я. Но знаешь, я чуть не сдох, когда узнал, что ты пропала. Так испугался за тебя, что сам не понял, как встал и пошёл. Даже Фёдор был в шоке.
— Представляю себе. — слабо улыбаюсь.
Дима берёт меня за руку и целует каждый пальчик.
— Прости меня, любимая. — болезненно выдыхает. — Если бы я только знал, что Светлана на такое способна, самолично бы открутил её безмозглую голову ещё на стадии развода.
— Ты не виноват. Она словно с ума сошла. Я очень за Алинку испугалась. Не смогла её защитить. Подвергла опасности. Как она? Они ничего ей не сделали? — на глаза набежали слезы, горло сдавило спазмом.
— Тихо, милая, тебе нельзя нервничать. А то меня выгонят. Ты же не хочешь этого?
Я отрицательно покачала головой.
— Поэтому не нервничай и давай вести себя тихо. А то эти дьявольские датчики снова сойдут с ума.
— Но я хочу знать, как Алина? Света ей ничего не сделала?
— Нет, можешь быть спокойна. Мы вовремя успели.
— А что с ней и с её сообщником? Их арестовали?
— Поговорим потом, когда тебе станет лучше. Твоё здоровье на первом месте. А пока забудь про этих нелюдей, тебе нужен покой.
— Хотя бы про Алину расскажи, — я сложила руки в молитвенном жесте, а Дима накрыл мои ладони и поцеловал их.
— Алинка сейчас с мамой. С ней всё нормально. Настолько, насколько может быть в сложившейся ситуации. Но малышка сильно испугалась. С ней работает детский психолог. Она уверяет, что Алине под силу справиться со всем этим. Но ты нужна ей. Малышка по сто раз на дню спрашивает о тебе.
— Я тоже соскучилась по ней. Скорее бы домой.
— Не так быстро. В твоей крови нашли очень опасный и токсичный препарат. Он относится к группе запрещённых. Скажи, как так получилось?
Я не стала ничего утаивать и всё рассказала. Ни одного мига даже не скрыла.
— Какая же Света бестолочь. На что она только рассчитывала? Неужели думала, мы б её после такого живой оставили? — глаза любимого подыхали адским пламенем.
Я даже обрадовалась, что не я причина его гнева. Поежилась. Бррр. Дима оказывается может быть грозным и страшным.
— Не знаю. Но мне она сказала, что собирается мстить тебе за то, что отобрал её карты, лишил денег и телефона.
— Там были мои кровно заработанные деньги. За годы нашей семейной жизни она и так потратила их достаточно. Ни дня в своей жизни не работала. Поэтому её финансовые проблемы меня не касаются. И к чёрту эту умственно отсталую дуру. О ней мы больше не услышим.
— Почему? — спрашиваю с опаской. — Что вы с Олегом сделали?
— Да чего ты так распереживалась, ничего противозаконного! Она и её любовничек сгниют в тюрьме. За тебя и дочь я любого порву. Да и Олег добавит. Сводить счёты он любит особенно сильно.
— Я лишь хочу, чтобы эта ненормальная больше не могла навредить Алине.
— Не переживай, больше не сможет. Защитница ты наша. Знаешь, я буду вечно благодарен тебе за всё что ты делаешь для моей дочери.
— Я её очень люблю.
— А я тебя люблю. До разрыва сердца и ломоты в костях.
Дима встаёт, мягко заключает мою голову в плен своих сильных рук и нежно целует меня в губы. Так нежно, словно я хрустальная, одно неосторожное движение — и разобьюсь.
Когда отпускает, у меня уже голова кружится не от слабости, а от любви. Прижимается лбом ко мне и глубоко дышит.
— Я чуть не сдох, — с надрывом хрипит мне в губы, — И сдох бы, если бы с тобой и Алиной что-нибудь случилось.
— Не говори так, никогда не говори так.
— Хорошо. Но ты должна быть всегда осторожной, ведь без тебя я уже не смыслю своей жизни.
— Тогда и ты пообещай, что будешь беречь себя. Завтра же сходишь к врачу и будешь выполнять все его рекомендации.
— Олег уже успел настучать на меня? — улыбается Дима.
— Нет, всего лишь немного пожаловался, — отвечаю в тон ему и тоже улыбаюсь.
— У меня просто нет сил противостоять вам обоим. Упёртость, наверное, передаётся по крови, поэтому я готов поднять белый флаг. Завтра же зайду к светиле наук, который может сотворить чудо.
— Ты сам уже сотворил его. Нужно лишь чуточку закрепить результат.
— Как скажешь, моя любовь.
— Спасибо, — прикрываю глаза.
— Ты устала. А я тут не даю тебе расслабиться. Давай, ложись поудобнее, тебе нужно побольше отдыхать.
— А ты?
— Я бы с удовольствием остался, но не хочу злить медицинский персонал. Я рассчитываю почаще к тебе заглядывать.
— Заглядывать? — не поняла я.
— Я тоже лежу в этой больнице. Олег не оставил мне выбора. Или ложусь добровольно, или не смогу тебя навещать. Мой выбор был очевиден.
— Какой у меня, однако, коварный брат.
— Даже не представляешь, насколько!
— Но я рада, что он прижал тебя к стенке и сумел тебя заставить.
— Говорю же, вы одной крови. Этим всё сказано.
— Тебя что-то не устраивает?
— Всё меня устраивает.
— Я уверена, что придёт день, когда ты будешь крепко стоять на ногах.
— Твоя вера вселяет в меня надежду, любимая.
Я стараюсь держать на лице улыбку, но глаза слипаются. Опять накатывает слабость, головокружение. Хочется спать. Да что же это такое?
Засыпая, чувствую мягкий поцелуй в губы, заботливые руки укрывают меня одеялом. Проваливаюсь в темноту. И сплю спокойным сном до самого утра.
  
Глава 52
 
Татьяна
День встречает меня ярким солнышком, пением птиц и поцелуем от любимого мужчины. Дима снова здесь, со мной.
Всю неделю, пока я нахожусь в клинике, он постоянно рядом. Он проходит здесь же реабилитацию, много времени проводит со мной. Но находиться постоянно в клинике не может, дома его ждёт наша кнопка.
Малышка сейчас очень нуждается в отце. Жаль, что я не могу быть рядом с ней. Соскучилась по ней, так сильно, что выть охота.
Но я держусь. Мне нужно подлечиться, убедиться, что не аллергический приступ, ни передозировка не оставили после себя каких-то побочных эффектов.
  
Те таблетки, которые меня заставила выпить Светлана, действуют преимущественно на головной мозг, всю нервную систему в целом. Коктейль из нескольких сильнодействующих веществ. Новый наркотик, которое в последнее время распространяется в городе со скоростью чумы.