Возвращение демонического мастера. Книга 11 (СИ)

На самом деле сам Сайрус плохо помнил то время. Он питался объедками, которые приносили сточные воды, и крысами, что обитали там. Где-то наверху, скорее всего. его искали, но вряд ли кто-либо мог подумать что он находится глубоко под землей, в месте, куда даже солнце не достает. Большую часть времени ему приходилось находиться в кромешной тьме, и лишь изредка он выходил на крупные сливы, на вершине которых находились решетки, ведущие на улицы города. Но те находились на расстоянии сотни, а иногда и двух сотен метров, и сколько бы он ни кричал, никто не слышал его криков.
  
Сайрус изучал эти подземные лабиринты, пытаясь найти выход, но чем дольше странствовал по ним, тем отчетливее приходило понимание, что его нет. Единственный путь наверх — тот вертикальный слив, из которого сочился дневной свет. Возможно, будь у него сосредоточие и владей он техникой, позволяющей ходить по стенам, он бы смог выбраться, но в тот момент он был простым человеком, который ещё не ступил на путь воина.
Другие же пути, напротив, вели дальше вниз, в непроглядный мрак, что уходил, казалось, в самые недра мира демонов. Заучивая все повороты и пути, Сайрус создавал в голове карту, продвигаясь все дальше и дальше.
Эти блуждания заняли у него месяцы, пока в какой-то момент он не обнаружил нечто странное: источник света посреди темных тоннелей, и им оказалось ни что иное, как гробница. Он с самого рождения слышал легенды о древней гробнице Гондри Радрифа, но и представить не мог, что именно он будет тем, кто найдет её.
Перед глазами Сайруса открылся зал, вырубленный в камне столь искусно, что стены казались полированными, а множество колонн поддерживало высокий свод, украшенный барельефами, на которых изображались бесконечные войны древности. Между колоннами мерцали кристаллы, излучающие бледное серебристое сияние, давая свет в этом подземном царстве.
Когда мальчишка увидел это, он сначала замер, а затем упал на колени и расплакался, хотя очень скоро плач сменился смехом. Ему почему-то показалось забавным, что из всех искателей этого места его нашел именно он.
Воздух тут был густым, и каждый вдох отдавался в груди тяжестью. Под ногами лежали мозаичные плиты, формирующие узор, но многие из них были треснувшими и испещренными глубокими царапинами, отчего все великолепие этого места понемногу терялось.
В центре зала возвышался массивный каменный саркофаг, украшенный золотыми вставками и потемневшими от времени символами. И именно из его крышки торчало оно — легендарное Копье Пустыни, о котором было сложено так много легенд. И если все вокруг так и веяло древностью и ветхостью, то легендарное оружие, напротив, было идеальным, словно только что сделанным каким-нибудь великим мастером.
Оно было целиком из серебра, ни единой вставки, цельный металл, который словно словно жил своей жизнью.
Сайрус замер, не в силах отвести взгляд. Казалось, что в тот момент он даже забыл как дышать. Но прикасаться к копью он вначале не решился, просто обошел гробницу, надеясь, что тут есть подъем наверх или какой-нибудь тайный путь. Но нет, из этого места был лишь один выход — тот по которому он пришел.
Еды, которую Сайрус долго и упорно собирал перед тем, как отправиться в недра лабиринта, оставалось совсем немного.
Он, оказавшись перед копьем, не чувствовал себя достойным его. Им должен владеть его отец, а никак не сам Сайрус, который и воином ещё не мог считаться. Но, возможно, это чудесное оружие поможет ему выбраться из этого места.
Забравшись на саркофаг, он протянул руку и замер, не решаясь прикоснуться к металлу, но в тот момент, когда это все же случилось, с его разумом соприкоснулся чужой, более простой. У этого оружия была своя воля, и она, соприкоснувшись с разумом мальчика, изучала его, размышляя, достоин ли он своей силы.
Мальчик схватился обеими руками за древко, чувствуя нестерпимую боль, которая пронзала все тело, словно тысячи игл проникали в плоть, после чего растекались внутри жидким металлом. А когда все закончилось, копье внезапно стало меньше, превратившись в короткий одноручный меч. Сайрус еще пару минут сидел с оружием из легенд в руках, не веря, что он стал его хозяином.
— Как интересно, — раздался за его спиной голос Гор Вея, и черная когтистая рука коснулась плеча мальчика. — Вот уж чего я не ожидал, так этого…
Тот испуганно воскликнул, вскочил и махнул мечом, пытаясь ударить неизвестного, но там уже никого не было. Закрутив головой, мальчик не увидел никого рядом с собой. Тяжело дыша, он спрыгнул с саркофага, подхватил импровизированную сумку с остатками своих подгнивающих припасов и бросился бежать прочь с мечом в руках, все ещё ощущая какое-то чужое присутствие.
Чтобы добраться до заветного слива, на который он смотрел так много раз, у него ушло гораздо меньше времени, чем на бесконечные блуждания во тьме, всего-то чуть больше дня, и когда он добрался до нужного места, едва не расплакался, видя солнечный свет, который был единственной связью его с внешним миром.
Путь наружу был только одним, и в его руках было то, что поможет выбраться. Сайрус превратил меч в два кинжала и. вбивая их в камень, стал карабкаться вверх. Вряд ли обычным оружием он мог бы такое проделать, но это магическое оружие легко входило в камень. Вначале подъем давался Сайрусу легко, но сколько бы он не лез, крышка люка так и не приближалась.
— Да, вот оно… — вновь услышал он этот голос. — Ты выбираешься наружу, находишь тех, кто пытался тебя убить, и убиваешь их в ответ. Так же должно было быть, да?
На мгновение перед глазами Сайруса предстала картина его самого, всего в крови, стоящего перед трупами мальчишек, что обманули его, и их старших, что посмели сделать с ним такое. Вскоре появятся другие воины дома Роддей, что признают в нем потерянного сына главы и доставят домой. Там отец будет несказанно рад, а затем изумлен тем, что его сын смог раздобыть Копье Пустыни.
— Не бывать этому, — черная рука схватила мальца за горло и сдернула вниз. Сайрус упал с высоты в десятки метров, прямо в канализационные воды, нахлебавшись тухлой воды. Кое-как выбравшись, он, тяжело дыша, повалился на каменный пол, пытаясь отдышаться. Он вновь был один.
— Кто ты⁈ — крикнул мальчик, вскакивая на ноги, и меч сам собой притянулся к ладони.
— Ты знаешь, кто я, — услышал он все тот же насмешливый голос.
Сайрус, сжимая в руках меч, рыкнул и бросился к стене, прыгнул, вонзая острие в камень, и стал карабкаться вверх снова. В этот раз ему было гораздо тяжелее, но сердце отчаянно стучало в груди в попытках выбраться.
Он рвался вперед, забираясь все выше и выше, но когда до поверхности оставалось совсем чуть-чуть, неизменно появлялась черная рука, что сбрасывала его вниз. Сайрус пытался сражаться, но каждый раз падал в воду, ощущая, что новые падения давались ему все сложнее. Тело болело, а бурные воды коллектора тянули на дно все сильнее.
* * *
— Ну вот и всё, — произнес Гор Вей, смотря на лежащего у его ног чемпиона арены. Ему было даже немного жаль парня. Пройти через столько трудностей, найти древнюю гробницу и заполучить оружие, за которое многие сильнейшие воины мира готовы были бы отдать правую руку, и в итоге проиграть вот так…
Мир несправедлив.
Тут Гор Вей ощутил движение совсем рядом и едва успел обернуться, блокируя удар сияющего копья. Оно само примчалось сюда, пытаясь пронзить противника, без участия хозяина.
— Защищаешь его? Как интересно…
Копье двигалось само, обрушивая на Гор Вея целый град сокрушительных ударов, постоянно меняясь прямо в воздухе и создавая самые невообразимые атакующие комбинации. Но несмотря на это, мужчина оставался спокоен, прекрасно понимая, что это всего лишь агония. И действительно, не прошло и минуты, как копье просто вонзилось рядом с Сайрусом и замерло, истратив всю вложенную в него энергию.
  
Гор Вей все ещё чувствовал его волю и гнев, но также и беспомощность.
Это был конец схватки.