Хозяин (СИ)
38
— Элька! — с порога кинулась ко мне Снежанна. — Боже, какая ты красивая. А счастливая какая!
Где это она счастье увидела?
Вот она действительно похорошела. Стоило ненадолго уйти, чтобы сейчас увидеть разительные изменения. Подруга просто сияет от счастья. В отличие от меня.
— Ну, давай, рассказывай скорее, — Снежка кивнула девушке, которая теперь работает на моём месте.
Жестом показала, что отойдёт ненадолго, а меня потянула в подсобку.
— Ой, а у нас такое, сейчас, — мы сели на стулья, — я короче, замуж тоже выхожу. За Эдика. Он предложил, а я не отказалась. Надоело в окно выглядывать, когда там кто-то на горизонте ещё появится. Может Эдька и есть — моя судьба. Он конечно не такой богатый, как твой Селим, но он меня любит и я его тоже. И я так счастлива.
— Я очень рада за тебя, — я улыбнулась, сжала её ладони, так хотелось, чтобы у неё было всё хорошо.
Снежка вдруг остановилась, перестала улыбаться, посмотрела на меня внимательно. Долго и тепло.
— Ну а ты, как ты, расскажи, что там замужем? Где были? У мамы у твоей спрашивала, она говорит, вы в свадебное путешествие поехали. Вот думаю, живут же люди. Нам с Эдиком до путешествия, как до Китая.
— Нигде мы не были, — сказала я и виновато поджала губы.
— В смысле? — нахмурила она брови, а потом улыбнулась, — а-а-а, я кажется понимаю, вы в номере всё время зависали? Вам было не до поездок.
— Вот именно, — сказала я грустно, — только не в номере, а в доме. В закрытой комнате. В четырёх стенах. Причём в тёмной.
— Подожди, подожди, я что-то не пойму никак, ты что-то не слишком весело это произносишь.
А меня снова распирает. Хочется жаловаться и жаловаться, ну не могу я скрывать от близких людей своего плохого настроения, Не могу играть роль, хоть и честно собиралась сыграть. Хотело приехать и ничего не показывать маме, заглянуть к Снежанне и не рассказать того, что у меня на душе.
Не получилось. Не могу.
У меня не так много близких людей в этой жизни, чтобы ещё и от них таить, что со мной происходит. Не для того, чтобы они знали и грустили вместе со мной, а потому что мне нужна помощь, а кто поможет, как не они.
Мне нужен совет и я не хочу, чтобы они строили иллюзии. Думали, что у меня всё хорошо. Грузить своими проблемами не хотелось, но получилось. Не смогла утаить.
— Просто, я сама не понимаю, что происходит. Он не такой, каким казался. Я заперта там и нужна только для секса, — говорю грустно.
— Но это и не плохо, — осторожно проговорила Снежка.
— Только для секса. Без ласк, без души, без нежности. Просто как вещь, которую берут и используют. А ещё он хочет, чтобы я сопротивлялась.
— Боже.
Она смотрела на меня расширенными от удивления и возмущения глазами.
— А ты?
— Я сидела там, закрытая в комнате все эти дни.
— Господи, он что вообще уже?
— А сейчас, отпустил проведать маму и то, потому что… короче, я не знаю.
— Так уйди.
Я вздохнула.
— Всё сложно.
— Нда, не думала что у тебя так. Ты же вроде довольная была, влюблённая.
— Я и сейчас влюблённая. Но я хочу как у всех, а так не получается.
— Ну знаешь, иногда и по-другому тоже ничего.
Она затихла, задумалась, а потом вздрогнула.
— Ой, вот что забыла, я же тебе дозвониться то не могла, а приходила женщина молодая, с ребёнком, спрашивала про тебя. Я сначала думала клиентка, она говорит — нет, поговорить хотела.
— Кто такая? Странно. Я никого не знаю с детьми.
— Не знаю. Тёмненькая, красивая. И мальчик у неё темненький, года три, может четыре. Тоже из этих, как твой Селим.
— Да я вроде не знаю таких, с мальчиком трёх лет.
— Ну, говорю как есть, а там уже кто такая, чего хотела. Тоже не знаю.
— Так дай мой телефон. Ах, да он же не работает. Селим его забрал.
— Как это? — Снежка всё больше удивлялась.
— Ну, вот так.
— А интернет?
— Ничего нет. Я же тебе говорю, я в комнате закрыта только кровать и телевизор. И слуга приходит, чтобы позвать меня в столовую, а потом обратно.
— Ого. Вот это да. Интересно.
Я вздохнула.
— Думаешь это интересно? А я вот не хочу туда возвращаться.
— А он что, Селим твой?
— Не знаю. Ничего не знаю. Как быть?
— Так разводись.
Снежка была обеспокоена искренне, но как я могу ей объяснить. Ни так, ни так не хочу.
Правда, где-то посередине, но где? Я не знаю.
39
Домой я вернулась в ещё более грустном состоянии, чем была утром.
Пройдясь по городу, почувствовала себя как будто неполноценным человеком. Словно лишена самого простого, обыденного. Того, что доступно всем без исключения, а мне, по каким-то надуманным и непонятным причинам, не доступно.
Почему так? Чем я хуже других? Почему не имею права делать элементарные вещи? Ходить, гулять по городу, встречаться с людьми.
Потому что я замужем за Селимом.
Все это страшно злит. Неужели он не понимает, что отпустив меня домой, очень рискует не дождаться обратно. За несколько часов проведённых в городе, я уже серьезно задумалась и почувствовала, что совсем не хочу возвращается в его дом. В эту неприступную крепость из которой невозможно сбежать.
Я хочу быть с ним, но не так как он это понимает. У меня другое видение наших дальнейших отношений и сегодня это видение ещё больше укрепилось.
Если бы мы были нормальной влюбленной парой. Гуляли, бродили, целовались, и занимались сексом. Готовили бы друг другу завтрак в постель, радовали милыми подарками. Болтали бы ни о чём, смеялись и обнявшись смотрели фильмы. Вот, чего я желаю.
Неужели я так много хочу?
Мама что-то готовила на кухне, когда я вернусь. Она вышла и подняла палец вверх, показывая, чтобы я слушала внимательно.
— Забыла тебе сказать, звонила девушка или женщина, не знаю, по голосу не определишь, просила тебя перезвонить, когда появишься.
— Да? Интересно.
Снова какая-то девушка. Это уже начинало занимать все больше. Кто-то настойчиво пытается меня найти. Пора бы уже выяснить кто.
— Она что звонила тебе? — удивилась я.
— Да, сказала, что в магазине дали твой телефон, но по нему никто не отвечает и тогда дали мой.
— Интересно. А когда она звонила, давно?
— Да вот, пару дней назад. Я записала ее номер. На всякий случай чтобы не потерять, — мама протянула бумажку.
Я взяла, уставилась в номер. Что он мог мне подсказать? Теперь любопытство подстегивало. Я пошла на кухню, села и набрала номер. На том конце долго не отвечали, а потом кто-то выкрикнул:
— Алло!
Где-то на заднем плане кричал ребёнок. Плакал что ли.
— Здравствуйте, это Элиза вы меня искали?
Тишина пару секунд. Какая-то возня, голос в сторону, а потом девушка сказала:
— Да, я хотела с вами поговорить. Можем мы встретиться сегодня или завтра?
— А по какому вопросу? — мне конечно интересно, что она хочет сказать, но зачем для этого ещё и встречаться.
— Понимаете, об этом сложно говорить по телефону. Вопрос очень важный.
— Вы можете хотя бы намекнуть. Ведь я тоже не стану встречаться с незнакомым человеком, просто потому что вы так захотели. Если это вас касается, то не значит что мне будет интересно.
— Это касается и вас.
Я насторожилась. В её словах было что-то угрожающее, хотя говорила она обычным, спокойным тоном. Каким боком меня могло что-то касаться, вообще непонятно, но я уже начинала злиться.
— И ещё, — продолжала она, — касается Селима Кара.
— А он тут причем? — возмущённо проговорила я, посмотрела на маму, которая всё это время стояла и слушала, глядя на меня.