Хозяин (СИ)
Вряд ли. Какой уж там розыгрыш.
В квартиру вошла тихо, но мама тут же вышла меня встречать. А я словно проснулась и вспомнила — сейчас я должна ей что-то сказать. А я не могу, не знаю что.
Мама тянула руки друг к другу со стороны спины, пыталась сцепить их в замок.
— Ну как, рассказывай, что было, куда он тебя водил? Вы целовались? Чего так рано вернулась? — сыпала она вопросы.
А я пришибленная, и пока ещё нерастормошенная, пыталась войти в нормальное русло, ухватить чувство реальности, вернуться в него и постараться быть собой. Той, которой была всего час назад.
Но что-то дало сбой и теперь всё по-новому. А я никак не могу собраться и понять, как с этим поступить.
— В ресторан ходили, — сказала автоматом, чтобы усыпить бдительность мамы.
Но она, как ходячий сканер, что-то почувствовала.
— А чего такая грустная? Не понравился? Он к тебе приставал?
— Нет, — я скинула туфли, куртку и пошла ванную.
Мама за мной. Я закрыла дверь перед её носом и остановилась. Села на бортик ванны. Не смогла сидеть. Стремительно встала, глянула в зеркало.
Что не так? Что я такого сказала?
Начала перебирать в памяти всю нашу беседу, его вопросы и реакции на ответы. И кажется, по чуть-чуть я стала понимать. Он сказал — ты мне не подходишь. И я поняла почему. Потому что я — уже жила с парнем.
Но как он себе представлял девушку в двадцать шесть лет, которая ещё ни с кем никогда не жила?
Наверное, он так подумал, потому что моё поведение серой мыши, ввело в заблуждение. Глядя на меня, любой подумает, что я девственница. И отношений у меня никогда не было.
Неужели, так и подумал?
Сначала это огорчило, потом я плюнула, а потом снова почувствовала страшную досаду, и снова огорчение. Злость на себя. Ну вот зачем я жила с Севой, из-за этого потеряла такого парня как Селим. А он, конечно же, пойдет искать дальше, девственницу какую-нибудь.
Ах, как обидно.
Что есть, то есть и по-другому не будет. Девственность никак не вернуть, а значит, придётся выкинуть из головы этого парня. Навсегда. Сопротивляйся или нет, ничего уже не изменить. Останется только сожаление.
А потом что-то вдруг нашло на меня. Быстро вышла из ванной, остановилась посреди прихожей. Мама вышла из кухни, посмотрела озадаченно.
— Ты чего?
— Да ничего, мы тут гуляли рядом, я просто захотела, ну это… в туалет.
— Ясно, так вы ещё гуляете?
— Ага, гуляем, — я снова обулась, застегнула куртку и пошла из квартиры.
— Когда вернёшься? — выкрикнула мама вдогонку.
— Мам, не знаю, может скоро, а может нет. Если что позвоню.
Лестница, пролёт. Я не шла, а почти бежала. Меня толкало чувство обиды и неудовлетворения. А ещё и вопросы, на которые я срочно, сейчас хотела получить ответы.
Пусть скажет это сам. Скажет причину.
Уже вижу его подъезд, свет в окнах. Ну и хорошо. Не будем, ходить вокруг да около. Уверенность подстёгивала, придавала смелости. Иду и ничего не боюсь, хочу посмотреть в его лицо. Прогонит? Ну и пусть, зато буду знать причину.
Напротив квартиры я остановилась, смахнула прядь упавшую на лоб. Вздохнула и постучала.
Сначала тишина. Но вскоре послышались шаги… щёлкнул замок, дверь открылась.
На пороге Селим.
10
Не удивлён. Спокоен. Смотрит тёмным взглядом. А я на него.
Отошел от двери. Приглашение. Я вошла. Дверь тихо захлопнулась. Предупредив о возможном несоответствии ожиданий и реальности.
И только теперь я испугалась своей смелости. Как глупо. Зачем?
Он стоит передо мной. Белоснежная рубашка, ладони в карманах брюк. Ждёт. Я смутилась, быстро глянула в пол и увидела — он босой. Снова испугалась. Сама не знаю чего. Молчаливого приветствия, угрожающей тишины не предвещающей ничего хорошего. Его вида, спокойствия или взгляда.
Зачем я шла сюда? Разве не затем, чтобы это увидеть?
Его босые ноги? Нет.
Его руки? Нет.
Взгляд? Возможно именно ради взгляда, ради ладоней и ещё ради чего-то.
Или нет? Я пришла, чтобы задать вопросы.
Разве?
А может, чтобы увидеть его голое тело или раздеться самой? Нет, нет.
Себе не ври.
Гордо и даже с вызовом я вскинула подбородок и посмотрела в глаза Селиму.
Взгляд его не вопросительный. Он ничего не спрашивает у меня… немигающий, жадный. Селим пожирал взглядом моё лицо, словно я та самая добыча, которая по глупости своей и неосторожности, сама пришла в логово к зверю.
Теперь он был совсем другой. Я увидела, и даже почувствовала, как напряглось его тело. Как застывшее на несколько долгих мгновений выражение его лица, из напряженного, преображается в довольное лицо не слишком доброго человека.
Я пришла за ответом или за чем-то ещё? Вот чего я не могла знать, а сейчас поняла, как беспечно поступила. Ведь, по сути, я совсем не знала этого человека. Кто он? Неизвестно.
Тогда чего я хочу в его доме?
Дыхание замерло от волнения и чтобы хоть как-то разрядить момент, я наконец сумела заставить себя говорить.
— Я хочу знать — чем именно я тебе не подхожу?
— Хочешь знать? — он сказал это уверенно, со скрытой усмешкой.
Неподвижность лица дрогнула, и кажется снова там что-то манящее.
— Да, скажи мне, — гордо стояла я приподняв подбородок.
Он не ответил, подошел совсем близко. Я снова вдохнула аромат мужчины, который так полно ощутила в машине. И который загнал меня сейчас сюда. Эти тонкие флюиды, что посылало его тело, а моё принимало и начинало вести себя согласно его правил.
Вдохнула и всё…
Думаю, сразу после этого вдоха в моих глазах появилось то, отчего Селим шагнул ко мне. Ладонь его скользнула по шее, по волосам обхватила и потянула.
С силой он потянул меня к себе, сделал шаг, прижал к двери и я просто прилипла. И тоже обхватила его шею, плечи. В глазах потемнело… Пелена желания накрыла.
Сила и слабость столкнулись. Желание и воздух переплелись. Хочу его. Хочу трогать, прижимать. Хочу любить его, пусть только не отталкивает. Объяснит.
Да черт с ним, пусть ничего не объясняет. Я ринулась к нему. Забылась. Но Селим взял мои руки, обхватившие его шею и сжал перед собой запястья. До боли.
Я опомнилась. Удивилась. Нет, это не то, не то. Он прав.
Вдруг захотелось уйти, сбежать отсюда. Я дернулась, толкнула Селима в грудь, но было поздно. Он уже решил не отпускать. Уже схватил и рвал на мне платье. Проникал внутрь, по миллиметру забирая моё тело из одежды. Стягивал и требовательно стискивал объятья.
А я слабела, и сопротивление моё оказалось бессильным. Нет, не это было мне нужно, не эта сила, с которой он срывал одежду, не эта воля, а что-то другое, я жаждала другого, но получила — вот это.
За этим я пришла?
Движения Селима требовательные, почти грубые, а я не могу не подчиняться. Он почему-то стал нужен именно таким. Хоть я и понимала что-то не так, так не должно быть. А всё равно подчинялась. Растерянная, податливая, но желающая.
Он развернул меня, провёл несколько шагов и бросил на кровать. Сам сверху. Прижал, обхватил, сковал. Моя оголённая грудь зажата в его ладонях. Мне больно, но я испытываю наслаждение от этой боли. Я почти не дышу. Устала быть одной. Пусть хоть так. Это тоже нравится мне… нравится. Да, я убеждаю себя в этом, и не хочу верить, что что-то не так.
Он не нежен. Стягивает капроновые колготы, трусы. С силой раздвигает мне ноги. Ничего не вижу, не понимаю, а он резким движением входит в меня. Я натужно вздыхаю и выгибаюсь от странного чувства, в которое проваливаюсь с головой.
Как давно хотела. Ждала, именно так. Я открыла глаза и увидела перед собой лицо Селима. Его взгляд словно безумен, руки беспощадны к телу. Движения неистовы и ненасытны. Моя грудь вздымается и дрожит, руки тянутся к лицу Селима, но он прижимает их кровати и я замираю, застываю, не двигаюсь. Только сильнее раздвигаю ноги, чтобы дать свободу его страшной силе, что проникает в меня.