Взгляд из прошлого (СИ)

— Давайте начинать, - говорит Камиль, видно, что ему не терпится закончить начатое.
Грузный мужичок прочищает горло и начинает свою пламенную речь.
— Дорогие гости, рад приветствовать ВАС на официальной церемонии бракосочетания. Дорогие молодые, - ага, особенно Карим, - любовь — это большое сокровище, дарованное человеку. Ваша жизнь как песочные часы, два хрупких сосуда…, - даже слушать противно. Честно, я рад, что всю эту бредятину не говорили у нас на росписи, а просто веселый работник консульства от души нас поздравил. -  Перед тем как официально заключить ваш брак я хотела бы услышать является ли ваше желание свободным, искренним и взаимным, с открытым ли сердцем, по собственному ли желанию и доброй воле вы заключаете брак? Прошу ответить вас жених:
  
— Да, - еще бы он сказал нет.
Прошу ответить вас невеста:
— Нет.
— Не обращайте внимание, она у нас с юмором, - говорит жена Камиля. На что регистратор только кивнул. Ему не интересно, он делает свою работу, за которую платят.
— В соответствии с семейным кодексом российской федерации ваше взаимное согласие дает мне право зарегистрировать Ваш брак, - в этот момент он открывает паспорт Карима, там, наверное, и места нет для печати, столько браков у него было. Следующий - паспорт Алисы. Он стоит и долго в него пялится, потом что-то бормочет и…, - так она уже замужем… И штамп не погашен.
Минутная тишина. Первым соображает Камиль. Подходит к регистратору и выхватывает паспорт, долго смотрит, хотя что там рассматривать, несколько написанных слов?
— Вот ведь, сука, - это он обо мне что ли? – К маме он ездил…, - шипит Камиль, - он мертв, - говорит Камиль поворачивая голову к регистратору, - его нет в живых.
— Я так не могу, мне нужно свидетельство о смерти и вообще, мы так не договаривались.
Камиль хватает за грудки мужичка, а тот, как желейный торт начинает трястись. Ладно, пора воскресать… Выхожу из своего укрытия и направляюсь к компании. Камиль сразу замечает меня и в его глазах сначала мелькает удивление, потом понимание, что вот он – конец, ну и ясное дело – злость.
— Глеб, рад тебя видеть в здравии.
— Да что ты? Ну пусть будет так…, - мне не нравится, что Камиль стоит за спиной Алисы и я не вижу, что у него в руках.
— Ты ведь все знаешь? – интересуется Камиль.
— Что именно? Что ты убил родителей Алисы или то, что спишь и видишь себя хозяином всего предприятия, а или то, как хотел женить Каримы на Алисе, а ее после свадьбы ликвидировать, - с каждым моим словом Камиль только сильнее сжимал челюсти, а его лицо стало багровым.
— Что ты знаешь? Равиль всю жизнь был любимым сынком, все ему… Родители вечно смотрели и молились на него, как на бога. А я! Я старше, а был всегда в его тени… Даже после смерти родители меня всегда тыкали, что Равиль то, Равиль сё… И померли в тоске за ним, а я, как пустое место. Чем я хуже?
— Как из завести можно было убить своего собственного брата? – спрашивает Алиса. Смотрю на нее, а она вся белая, как мел, того гляди и в обморок бухнется.
— И тебя не должно быть, - шипит Камиль, - я чуть-чуть не успел, а все из-за него, - и головой в мою сторону махнул. – Кто знал, что они раньше приедут? Тебя не должно быть…
В этот момент Камиль что-то выхватывает… и выстрел.
Белое платье Алисы окрашивается в красный цвет.
  
Эпилог
 
Два года спустя.
Захожу в дом. Везде разбросаны вещи.
— Алиса, ты собрала вещи? – кричу вглубь дома.
Из детской выходит, держась за стеночку, мой маленький сын Темка. Ему год и три, но он уже неплохо ходит сам, такой же самостоятельный, как и его мамаша. Подхватываю сына на руки, целую его в пушистую щечку, от чего он морщит свой носик.
— Что папка колючий? – он смотрит на меня таким осознанным взглядом, что мне кажется, он знает очень много, но сказать не может.
Держа Артема на руках, иду дальше искать Алису. Она нашлась очень быстро. Дверь в ванную комнату приоткрыта. Мы с сыном, как шпионы, заглядываем внутрь. А она сидит на крышке унитаза и глубоко в себе.
— Эй, Алиса… У нас все хорошо? Что случилось?
— Глеб, ну как так, а? Второй раз? Я же считала, у меня были безопасные дни, а тут бах… и опять беременная.
Улыбка расплывается на моем лице.
— Темка, ура, у тебя будет братик или сестричка! – шепотом кричу я, чтобы не испугать ребенка. На мое выражение радости Артем только приподнимает одну бровь.
— Ефремов, вот что у тебя за сперма-то такая живучая, ведь еще дней пять-шесть было до момента, когда нельзя… - Алиса поднимается с унитаза, подходит к нам, целует сына в щеку, а потом меня.
— Ты не рада?
— Рада, конечно. Но я только окончила университет, вышла на работу, перейдя с дистанционного управления на стационарное, а тут раз… и опять в декрет. Надо хоть Макару Петровичу отпуск дать на пару месяцев, а то потом неизвестно, когда увидит солнце и море…
— У тебя хороший зам, он все разрулит.
— Ага, - говорит Алиса тяжело вздыхая.
— Так что, мы к Зотовым не поедем?
— Поедем, конечно. Вот видишь, - Алиса махнула рукой на бардак, - вещи собирала. Потом вспомнила, что месячных давно нет. И вот…, - машет у меня перед носом тестом.
— Алиска, я так рад. Мы справимся, правда.
— Ага, - притягиваю ее к себе, и стоим обнявшись втроем, или уже вчетвером.
— А чего это им приспичило повторно женится? – спрашивает Алиса, отлипая от меня.
— Просто… Давиду захотелось сделать приятное Соне, да и теще он там что-то обещал… Они ведь тоже женились, как и мы - спонтанно, без гостей, платья и всякой мишуры. – И тут у меня возникает вопрос, может и Алиса хочет все это. - Может и нам устроить праздничную роспись?
— Не-не-не, - глаза у Алисы стали по пять копеек, - третью свадьбу я не переживу. Честно, Глеб, меня все устроило еще в первый раз, да и кто может похвастаться, что расписывался в консульстве Гонконга, с юморным дядечкой?
— Да, последняя твоя свадьба была не очень…
Два года назад.
Камиль выхватывает нож, и тут, звучит выстрел. На белом платье Алисы расплываются кровавые пятна. Я подлетаю к ней и пытаюсь быстро оценить, есть ли повреждения.
В этот момент Камиль медленно оседает и падает на землю. За ним, с пистолетом в руке, стоит один из бойцов, переодетый официантом. Все, как в замедленной съемке. Секундная пауза и визг Мадины, жена Камиля бросается к нему и начинает что-то причитать по-татарски...
Алиса, как будто застыла, а потом, очнувшись, пытается резкими движения стереть с платья кровь. Это не ее кровь, а Камиля… Пуля прошла навылет, пробив тело в районе ключицы, щедро забрызгав белое платье…
И опять дежавю… Больница, я под дверью палаты жду вердикт врача, только в этот раз никто из бойцов не пострадал. В доме остались работники спецгруппы, которым и предстоит распутать все это дело, начиная с момента гибели родителей Алисы.
Что-то врач долго не выходит… Открываю дверь и решительно захожу в палату. Алиса бледная сидит на кровати поджав под себя ноги. С нее сняли это дурацкое платье и теперь она в обычной больничной одежде.
— Сейчас, мы уже заканчиваем осмотр, - сообщает врач, повернув ко мне голову.
— Мы сделали экспресс-анализ крови, - он смотрит на Алису, - когда последний раз у вас была менструация? Назовите первый день последнего цикла?
— Первого марта, - отвечает Алиса.
А сегодня у нас тридцатое апреля. Получается, что Алиса беременна? И когда это случилось? Она же говорила, что у нее безопасные дни?
— У вас был незащищенный половой контакт в середине цикла?
  
— Был, но не в середине, а восьмого и девятого марта…, - отвечает Алиса.
— У вас могла раньше произойти овуляция, да и сперматозоид может жить в теле женщины до пяти дней, так что скорее всего вы беременны.
— А я списывала все на перемену климата и перелеты…
— Сейчас мы возьмем еще одну пробу крови на ХГЧ и точно все определим, а потом можно и на УЗИ сходить. Сейчас подойдет медсестра и все сделает. – Врач выходит из кабинета, оставляя нас одних.