Гранд-адмирал. Том восьмой (СИ)

Асажж, хмыкнув учтивости нового действующего лица, посмотрела на скривившуюся тогруту.
— Если он всегда такой пай-мальчик, понимаю, почему он тебя так сильно бесит, — хохотнула она. — Или есть еще что-то?
Бывший аколит графа Дуку погасила свое оружие и вернула рукояти на пояс.
— Ну, да, есть кое-что еще, — нехотя призналась Тано. — Видишь ли… Его папаша лет тридцать назад гонял тебя по всей галактике…
  
Асажж, внутренне замерев, еще раз посмотрела на Люка. Тот, натянуто улыбнувшись, помахал ей рукой.
— Простите, — произнес он. — Так уж вышло, что вся галактика решила, что я буду отвечать за грехи отца.
— Так думают только идиоты, — высказалась Вентресс. На секунду она подумала, что ее дети могли бы оказаться на месте этого паренька. Как-никак, а она тоже немало боли галактике доставила. — Дети не отвечают за дела своих родителей.
Вентресс прошиб ледяной пот. Какие еще, к ситу, дети⁈
— Не то, чтобы я против, но… — начал молокосос.
— Он даже близко не похож на Кеноби, — оборвала речь паренька Вентресс. — Зная этого святошу, он бы никогда…
— Оби-ван тут не причем, — с насмешкой хрюкнула от распирающего ее веселья Асока. — Люк — сын Энакина… Вентресс, дыши носом. Тебе же понравился мальчик! Асажж, — сухой воздух Коррибана прорезали два алых клинка, — ты же сама говорила, что дети не в ответе за деяния родителей…
— Стой и не вмешивайся, — рыкнула Вентресс, даже не посмотрев на тогруту. Ее взгляд, будто два турболазерных прицела, был прикован к помрачневшему и явно расстроенному пареньку. — Итак, Люк, ты Скайуокер?
— Виновен по всем пунктам, — кивнул тот, тряхнув пышной гривой. — Надеюсь, во время сражения, вы расскажете мне, чем конкретно вам мой отец насолил?
— Насолил? — расхохоталась Вентресс, крутанув мечи. — Мальчик, дуэли с твоим отцом были тем самым драйвом, которого мне не доставало в жизни. Так ли ты хорош, как он?
— Сомневаюсь, — серьезно сказал Люк, зажигая свое оружие. — Но вас же это не остановит? Как и то, что я только что перебил всех зомби в долине.
— Заткнись и сражайся, молокосос! — Взмыв в воздух винтом, Асажж с дьявольским хохотом обрушилась на Скайуокера. — Вселенной плевать, устал ты или бодр. Сражайся или умри!
Их клинки встретились, наполнив долину звуками, которые тут не слышали тысячелетиями.
* * *
Взрыв сотряс носовую часть звездного разрушителя. Тол Гетеллос, не ожидавший столь коварного стечения обстоятельств, громко вскрикнул, когда ощутил боль и кровь. Коренной зуб, росший чуть вкривь, в прошлом довольно долго досаждал ему. Но постепенно мофф перестал обращать на него внимания. Как оказалось — зря.
Сотрясение флагмана от носа до кормы вследствие попадания ракет, привело к тому, что мофф упал, прокатился по начищенной палубе и приложился лицом к переборке. Той самой стороной, где и рос треклятый кривой зуб.
— Хатт их дери! — разорался он, сплюнув кровь как только поднялся на ноги. — Каким супероружием они стреляют по нам⁈
— Обычные противо-корабельные ракеты, — послышался спокойный, даже чуть ленивый голос. — Они выпускают их из нижних пусковых установок, чтобы ваши артиллеристы не смогли их сбить с самого начала. Вы бы знали что это за тактика, мофф. Если б когда-нибудь участвовали в сражениях, а не бежали от них.
— Не забывайтесь! — желчно ответил Гетеллос. — Не вам учить меня тактике и стратегии!
— Куда уж мне, — гуманоид, стоящий рядом в терминалом, легко, практически филигранно, удерживал свое легкое тело за счет небольшой страховочной скобы. Ну да, а не ухватись он за нее, летал бы так же — Если Имперская Академия не смогла вам этого дать, то я-то уж точно бессилен.
— Мои корабли — лучшие в этом регионе! — самодовольно произнес Гетеллос. — И их жалкие удары не могут причинить нам вред!
— В самом деле? — гуманоид приподнял вверх бугорки, которые заменяли ему брови. — А мне кажется, что ваш флагман только что получил большое количество повреждений.
— Ерунда, — махнул рукой Гетелос. — Дежурный! Отчет о повреждениях!
— Вахтенный убит, сэр! — донесся голос из ямы. Оттуда выглянул довольно молодой энсин, лицо которого было залито кровью. — Сэр, терминал взорвался прямо перед его лицом и…
— Повреждения! — взвизгнул Гетеллос, притопнув ногой. — Я хочу знать в каком состоянии мой флагман!
— Да плевать что с вашим флагманом, мофф, — устало произнес гуманоид. — Главное, что все идет по моему плану. Они атакуют нас кинетическими боеприпасами, а, значит, уязвимы. Скоро все закончится.
— Я требую отчет о повреждениях! — заверещал Гетеллос.
— Сам авторитет и непоколебимость, — прокомментировал гуманоид. — Мне следовало сожрать вас, а не слушать вашего заступника.
— Помолчите! — рявкнул Тол.
Ну, как рявкнул. В своем воображении — да. На деле же это было нечто среднее между криком домашней птицы и фальцетом. — Мне кто-нибудь скажет в каком состоянии мои корабли⁈
— Я скажу, мофф, — раздался из динамиков мостика ледяной, отревзляющий и богатый обертонами голос.
Тол почувствовал, как на его лице выступил холодный пот. А волосы на теле вздыбились, как если бы его поразило зарядом тока. Он слышал этот голос однажды. И не думал, что когда-нибудь услышит вновь.
Голопроектор в передней части мостика звездного разрушителя с треском и снопом искр включился. Растерянный взгляд стоящего рядом матроса, отвечающего за работу этого оборудования, подтвердил то, что мофф понял секунду назад. Похоже, что начинкой ракет был явно не только барадий.
Сформировавшаяся бело-синяя фигура гуманоида, сидящего в командирском кресле, не вызвала у второго нечеловека сколько-нибудь явных эмоций. Впрочем, он вообще едва ли когда-то их проявлял.
А вот Тол Гетеллос в настоящий момент подумал, что совсем зря с утра надел корсет, утягивая свое пышное тело до размеров флотского кителя. Потому что ему не хватало воздуха, чтобы успокоить разом закипевший мозг.
— Вы живы⁉ — пролепетал Тол.
— Мофф Гетеллос, — гранд-адмирал Траун удостоил его взгляда, после чего чуть повернул голову в сторону гостя на мостике разрушителя моффа. — Вы, так полагаю, Дзим.
На мгновение правитель сектора подумал о том, что гранд-адмирал как-то буднично проигнорировал удивление своего оппонента. Как будто каждый первый из них удивляется этому, и гранд-адмирал уже устал тратить время на подобные реверансы.
Ну, да, была бы это какая-то подделка… Да ни одна подделка не обладает ореолом уверенности и власти, какие есть у настоящего Трауна. Он жив! Он обвел всю галактику вокруг пальца!
Но это волновало моффа всего лишь мгновение. А вот сказанное легендарным гранд-адмиралом — куда как сильнее.
— Откуда он вас знает⁈ — завопил Гетеллос, посмотрев на своего союзника. — Вы что, в сговоре⁈ Это все ваших лап дело⁈
— Попрошу вас воздержаться от скоропалительных выводов, мофф, — холодно произнес Траун. — Я не сотрудничаю с исполнителями акции массового уничтожения невинных. И это существо вижу впервые. Но, наслышан.
— Существо? — Дзим впервые утратил маску хладнокровия. Любопытно, что это совпало с еще одним ударом по флагманскому звездному разрушителю. — Вот значит как? Относите меня к категории животных, гранд-адмирал?
— Вы — не более чем паразит, Дзим, — отрезал Траун. — Генетически модифицированный, чтобы накормить разумного. Ошибка, случайный прокол. Который я намерен исправить.
— Да что вы? — Дзим зашипел, а из его глотки донесся клекот. И это Гетеллос тоже слышал — когда наблюдал как кормятся дрохи. — Вы, быть может, и обманули смерть, гранд-адмирал. Но второй раз вам это не удастся! Скоро вы и все ваши подчиненные будете мертвы. А ваш чудный кораблик послужит моим целям!
  
Траун отвел взгляд в сторону, погладив пальцем подбородок какой-то ящерицы, замершей на спинке его кресла.
— Вы в этом уверены, Дзим? — спросил он, не глядя на собеседника.
— Абсолютно, — прорычал дрох-переросток. — Вы смотрите на меня как на паразита, но я разумен. И мне, в отличие от ваших врагов, хватило ума, чтобы понять что вы выжили. И подготовиться на случай вашего вторжения. Нет, мне не жаль Ашгада — он сыграл свою роль в вашем приманивании сюда. И теперь, все закончится. Мои дрохи сожрут вас, гранд-адмирал. Вы не успеете убежать. Пара секунд, и наступит начало вашего конца!