Гранд-адмирал. Том восьмой (СИ)

Пробить щит можно было простым и очевидным способом — интенсивным обстрелом. При длительном обстреле целостность щита нарушалась и истощалась энергия питающего его реактора или генератора. Кроме этого пробить дефлектор можно было мощным узконаправленным залпом или скоординированным выстрелом нескольких стволов.
Но в то же время, дефлеткоры имеют радикальный недостаток, который лишает их места в рейтинге абсолютной защиты.
  
Защита от энергетического оружия не позволяла дефлекторам быть столь же эффективными против кинетических боеприпасов, астероидов, космического мусора, обломков других кораблей. С учетом того факта, что в древние времена масс-драйверные орудия, обеспечивающие запуск кинетических снарядов на огромных скоростях, имели повальное распространение и употребление, большее, чем энергетическое, то и проблема возникала колоссальная.
Потому, уже порядком отвыкшие от создания колоссальной толщины бронелистов инженеры модернизировали энергетические щиты для нивелирования физических угроз.
Таким образом появились корпускулярные щиты.
Изначально они устанавливались на звездолеты, которые должны были прокладывать путь для остальных и противостоять нападению противника, вооруженного кинетическим оружием. Поскольку энергетические установки тех времен не могли обеспечить питание сразу двух типов защитных систем, то и у кораблестроителей был ограниченный выбор перспектив — ставить на свои корабли либо корпускулярный, либо дефлекторные щиты.
В поисках способа обойти проблему энергопотребления, экспериментаторы обратились к производственным лабораториям на поверхности планет… Что внезапно дало весьма интересные плоды. Потому как пока инженеры бились над решением проблемы корабельных корпускулярных щитов, то проводили испытания на планетарных телах — планетах и спутниках.
В связи с чем и появилась возможность оборудовать ими наземную технику, отдельные здания и даже создать персональные щиты для солдат и дроидов. Но именно звездолетам корпускулярные щиты были нужнее всего, ведь помимо вражеских пушек любой корабль рисковал случайно столкнуться с каким-нибудь объектом. На космических скоростях встреча даже с небольшим астероидом не сулила ничего хорошего. Незащищенный корпус прошивался подобно тому, как пуля проходит сквозь бумагу. Вскоре после своего появления корпускулярные щиты стали стандартным оборудованием всех кораблей оборудованных гиперпространственными двигателями (гипердвигателями), став прекрасной альтернативой толстым и тяжелым броневым листам.
Со временем, после получения образцов достаточно производительных энергетических установок боевые корабли одновременно оснащались двумя типами энергетических щитов — дефлекторным и корпускулярным. В то же время гражданские суда, в том числе крупные контейнеровозы, оснащались только корпускулярным щитом. Иметь два щита сразу для гражданских судов было непростительной роскошью, так как требовало установки мощных реакторов.
Разумеется, что по сравнению с нынешними образцами технологий, древние щиты не шли ни в какое сравнение. Однако, как и дефлекторы, корпускулярные щиты унаследовали ряд «детских болезней», от которых невозможно излечиться даже сейчас.
Первые щиты были ненадежными, весьма прожорливыми, быстро истощая накопленную реактором энергию, и с трудом защищали от артиллерийских снарядов. К тому же они охватывали весь корабль или большую его часть, создавая защитный «пузырь». Последнее и было одной из причин больших затрат электроэнергии на поддержание защитного поля. Корпускулярный щит чаще всего держали выключенным, активируя только при появлении угрозы и во время космического боя. Во время последнего операторам щита и канонирам приходилось работать в тесном взаимодействии, так как активированный щит не позволял вести стрельбу снарядами, ракетами, торпедами и прочими «болванками».
Прошло много времени, прежде чем сумели создать достаточно надежные синхронизаторы, отключавшие щит на время залпа, а после него пытавшихся спешно восстановить целостность защитного поля. Еще больше времени потребовалось для создания секторного щита, при котором проекторы корпускулярного щита проецировали защитное поле в отдельных секторах. Каждый сектор можно было отключить при желании. Таким образом, можно было держать щит активированным в течение всего боя, оставляя незащищенными только орудийные порты и стволы ракетных пусковых установок.
Был и еще один повод периодически отключать корпускулярный щит. Дело в том, что щит не пропускал не энергетические объекты в обе стороны. То есть излишнее тепло, мусор, вырабатываемый экипажем, обломки и прочие материальные объекты, отслужившие свой срок функциональности — все оставалось внутри оболочки щита.
После появления секторных щитов радиаторы, вентиляционные отверстия и мусоротводы зачастую попросту не оснащались проекторами корпускулярного щита. Хотя стоит заметить, что порой это приводило к самым неприятным последствиям, от повреждения реактора и забивания радиаторных отверстий всяким мусором, до взрыва реактора.
К слову, в новейшей истории галактики так же имеется пример того, как отсутствие корпускулярного щита на технически важном отверстии стало причиной потери многих и многих жизней, кредитов и нервов. Будь на вентиляционном отверстии первой «Звезды Смерти» корпускулярный щит, то протонная торпеда Люка Скайуокера не достигла бы своей цели. И Таркин жив, и боевая станция цела…
К слову, на второй «Звезде Смерти» на вентиляционном отверстии так же не поставили корпускулярный щит. Но выполнили теплоотвод таким образом, чтобы в него не могла пролететь торпеда — меньший диаметр отверстия и патрубка, извилистая форма последнего… К слову, как известно, это не спасло вторую орбитальную боевую станцию от уничтожения.
В целом, после своего появления, основная проблема всех типов энергетических щитов заключалась в неимоверно огромном потреблении энергии. Потому технологическая эволюция заключалась в том, чтобы уменьшить энергопотребление самих щитов и повысить энерго-производительность генераторов и реакторов.
К слову, первые энергетические щиты в известной галактике появились как раз во времена Империи Кзима Деспота. Стояли они на некоторых кораблях Кзима и хаттов, с которыми он воевал. Как показывает история, пользы от них было чуть.
Ближе ко временной отметке в восемь тысяч лет до битвы при Явине, надежная броня оставалась фактически оставалась единственной достойной защитой звездолетов. Живучесть корабля определялась в первую очередь рациональностью размещения броневых плит, толщиной и качеством брони. Значение броневых листов хорошо видно на примере кораблей республиканского флота, сражавшихся в пятой Алсаканской Войне, начавшейся тринадцать тысяч пятьдесят лет назад и продлившейся семьсот пятьдесят лет.
Республиканские боевые корабли в то время были защищены простой листовой броней с особо толстыми бронепластинами в уязвимых местах корпуса. И это позволило им завладеть стратегическим преимуществом перед алкасанцами.
Примерно семь тысяч семьсот лет назад развитие защитных технологий пошло быстрее. Увеличение роли щита позволяло снизить массу корабля и освободить больше внутреннего пространства для установки вооружения, более мощного реактора, планирования и размещения дополнительных отсеков, трюмов. Все это позволило повысить автономность боевых кораблей.
Примерно через три с половиной тысячи лет, если верить историческим хроникам, кораблестроение полностью отказалось от многометровых, достигающих порой десятков метров толщины, броневых листов. Ставка на энергетические щиты себя полностью оправдала.
  
Боевые звездолеты получили множественные энергетические экраны достаточной мощности, что позволило использовать броню сравнительно небольшой, чем в прошлом, толщины. Да, несмотря на прогресс энергетической защиты, сам факт того, что заказчики боевых кораблей предполагали, что дефлекторы и корпускуляры не смогут справиться со своей задачей, оставляет в их историческом резюме отзыв благодарных потомков.