Гранд-адмирал. Том восьмой (СИ)

Доминион — это та самая Империя, самостоятельная и способная противостоять гораздо более опасным противникам. Механизм, настроенный на войну получше, чем хваленые швейцарские часы.
Заполучить подобное было бы существенным подспорьем для Кронала. Не сомневаюсь, именно захват Доминиона стал его окончательной целью. Не уничтожение. И давая обещания Палпатину уничтожить нас, он вынашивал собственные планы.
  
И часть этих планов — как раз заминированная планета Нимм.
Коридор, на котором она расположена, является отнюдь не самым логичным и очевидным решением для вторжения в Корпоративный Сектор. Именно по этой причине я и сделал его направлением главного удара.
Может показаться, что Кронал и его военное окружение обладают некоторой формой военного предвидения, раз заблаговременно разместили ловушку на моем пути. И явно сделали это не один месяц назад.
Но на деле же, это совершенно не так.
Кронал как никто другой прекрасно понимал, что отрезанный от известной части галактики Корпоративный Сектор рано или поздно подвергнется вторжению Доминиона. Оборонять периферию было бы глупо, так как это слишком большой и разнесенный по протяженности фронт, связанный весьма и весьма разрозненными гиперпространственными маршрутами. Поэтому никакой возможности подвести оперативно резервы для контрудара, Кронал не имел.
Периферийные миры были обречены с самого начала.
Нимм и подобные ему планеты — это второй эшелон обороны. Для доступа к ним имеется более одного маршрута, а потому именно в таких местах выгоднее всего делать засаду.
Захватить Нимм можно лишь двумя путями- массированной высадкой на поверхность при поддержке большого количества звездолетов на орбите. Или же использовать небольшое, но хорошо подготовленное соединение. Элиту. Которой должны командовать лучшие из лучших командиры. Я, например, или генерал Каин, адмиралы Пеллеон, Шохаши…
Взрыв планеты в любом из двух случаев оставит свой след на кампании. Либо массовая потеря наиболее боеспособных сил, либо потеря меньшего количества кораблей и военных, но это будут самые лучшие.
В любом случае наступление замедлится, что позволило бы Кроналу либо нанести контрудар, выбить нас из Корпоративного сектора и продолжить наступление на Доминион, ослабленный либо массовыми потерями, либо утратой наиболее компетентных разумных. В любом случае в виду большой территории Доминиона, противостоять угрозе было бы весьма и весьма сложно.
— Сэр, — голос капитана Тшеля вывел меня из раздумий. — Последний корабль неприятеля перехвачен истребителями майора Креба и уничтожен. Какими будут наши дальнейшие действия?
— Отведи корабли на дистанцию семиста единиц от геостационарной планеты, — приказал я, сверившись с данными тактического монитора. Сейчас мы на расстоянии вдвое меньшем. Нимм в четыре раза меньше Альдераана, но за счет взрывоопасного ядра в случае детонации планета будет представлять существенную угрозу. И не только лишь по той причине, что во все стороны системы разлетятся обломки.
Никто не задавался вопросом о том, почему после уничтожения Альдераана «Звезда Смерти» длительное время оставалась на месте преступления? О прибытии «Тысячелетнего Сокола» и о важности его гостей Таркин и Вейдер узнали лишь постфактум.
На самом деле причина заключается в гравитационной аномалии, которая образуется после уничтожения планеты. Поле гравитации, образованное ядром и мантией планеты после уничтожения мира прекращает существовать в небольшом пространстве звездной системы. Тяжелые металлы и прочее частично остаются в облаке обломков, астероидах, которые становятся свидетельством катастрофы. Разумеется, большая часть испаряется, но это зависит от типа детонации.
Астероидное поле Альдераана образовалось в результате детонации ядра и мантии планеты, но при этом после своего уничтожения обладало гравитационным полем, достаточно сильным, чтобы астероиды под воздействием импульса момента взрыва не разлетелись по всей галактике. «Тысячелетний Сокол» попал в ловушку как раз такого расширившегося поля, но значительно ослабевшего с течением времени.
В данных института Оброа-Скай есть уравнение, которое позволяет просчитать коэффициент рассеивания гравитации после подобных катастроф. И у меня все больше возникает вопросов к специалистам, работающим на Оброа-Скай.
Пока я размышлял над действиями Кронала, то занимался просчетом параметров и пришел к выводу, что указанная мною дистанция будет не просто безопасной, а гарантированной для наших кораблей, чтобы избежать незамедлительного удара астероидами. Впрочем, гравитационная волна нас так же не коснется.
— Сэр, мы будем просто ждать? — удивился Тшель.
— Именно так, капитан, — подтвердил я.
— Сэр, но наше наступление…
Командир «Химеры» замолчал, сообразив, что я не был бы так спокоен, если бы встретил на пути непреодолимое препятствие.
— Наше наступление идет по плану, капитан, — поведал я. — А пока озаботьтесь тем, чтобы наши патрули охватили как можно большее количество пространства вокруг планеты. Используйте дроидов-шпионов и замаскированных разведчиков. Прежде чем мы перейдем к следующему шагу, я хочу быть уверен, что знаю обо всех средствах наблюдения, которые враги оставили вблизи этой планеты.
— Да, сэр! Будет сделано!
Что ж, Кронал.
Кто бы тебе не помогал поймать меня в ловушку, я дам вам шанс сыграть на опережение и подготовить следующий элемент защиты. Разумеется, он вам не поможет.
Я уже просчитал следующий шаг. Как свой, так и их.
  
Глава 37
 
Одиннадцать лет и шестые сутки после Битвы при Явине…
Или сорок шестой год и шестые сутки после Великой Ресинхронизации.
(Один год, шестой месяц и двадцать первые сутки с момента попадания).
Неизведанные регионы потому так и называются, что таят в себе тысячи тайн, о которых разумные могут только догадываться. И еще больше тех, о которых они даже не подозревают.
Признаться честно, Антониас Штормайер и не подозревал, что его первая миссия после тайной операции, будет связана непосредственно с Неизведанными Регионами.
Можно ли считать тот факт, что он находился в звании капитана, но командовал ударным соединением, тем, что он прошел испытание Трауна? Или, наоборот, не прошел? Или, все же, прошел, но не до конца? Закончились ли испытания? Или вовсе не было никаких испытаний?
К сожалению, ответы на это мог дать только сам гранд-адмирал. А он при последней встречи был немногословен. Лишь объявил о том, что он и капитан Абисс возвращаются в Регулярный Флот и переходят под командование контр-адмирала Дорьи. Никаких пояснений, никаких объяснений, что на Трауна обычно не похоже — он доносил свою мысль до подчиненных.
Только если не хотел, чтобы они сами дошли до этой мысли.
Изменение звания Абисса не слишком задело. По крайней мере он не подавал виду. Ну, а к тому моменту, как они вернулись в общее информационное поле и получили соответствующие пакеты данных из штаб-квартиры, все встало на свои места.
Существует неймодианское проклятье: «Чтоб ты жил во времена, когда ни в чем не можешь быть уверен». И оно справедливо в той части, что в эпоху, когда нет стабильности ни в чем, желающих строить свою жизнь не так уж и много. Хотя есть и те, кто на этом фоне получают небывалые дивиденды.
— Десять минут до выхода в реальное пространство, — сообщил вахтенный начальник. — Все системы корабля работают отлично, сэр.
— Реактор? — спросил Штормайер.
  
— Ни малейших колебаний, сэр.
— Двигатели?
— Шепчут как и должны, сэр, — по улыбке лейтенанта стало понятно, что он весьма и весьма доволен тем, как пошутил. — Сэр, мы получили отличные запчасти. «Ярость Бездны» еще никогда не был так хорош.
— Возможно, что и был, — буркнул Антониас. — Когда сошел со стапелей.
Доминион — невозможное государство. Никто не верил в то, что оно может быть создано. И уж тем более в то, что оно может выживать в столь интересном положении, окруженное врагами, тем более веры нет.