Гранд-адмирал. Том восьмой (СИ)

— Сэр, разведчик готов к старту, — сообщил вахтенный. — Время прибытия в систему — две минуты.
— Отправляйте, — распорядился капитан Редер. — Свяжитесь с соединениями, которые идут к нам в подкрепление и предупредите их об изменениях в планах. Если «база-подскока» не так проста, как мы думаем, нам потребуется дубина побольше, чтобы снести им голову.
* * *
Во все времена, в любых вооруженных силах, при любых военачальниках существует такая непосильная задача, как «имитация бурной деятельности». В поте лица и с неимоверным упорством рядовой и младший командный состав делают абсолютно все для того, чтобы сымитировать непрекращающуюся кипучую деятельность во имя выполнения поставленной задачи.
  
Кто-то красит траву, дабы показать, что его часть может не только научить солдат шагать в ногу и стрелять в сторону цели на полигоне, но и еще поддерживать порядок согласно нормам даже не устава, а маразма в головах вышестоящих начальников. Да, именно начальников, не командиров. Подобного рода офицеры, стоящие во главе частей и подразделений не могу называться командирами только потому, что так велит Устав. Это начальники, не более того. Их предел понимания своих должностных обязанностей — это различного рода «втирание очков» в связи с ограниченностью понимания целей и задач воинской службы.
Некоторые из них в самом деле могут быть полезны — они хорошо ведут своё хозяйство, организуют службу на местах и способны тщательно контролировать и направлять деятельность своих подчиненных в мирное время. Однако, все, что связано с непосредственной воинской службой, теми задачами которые ставятся на поле боя — это не для них.
Такой офицер в моем понимании не может быть командиром. Ибо командир — это как раз военный человек. Обученный войне, тренирующийся для эффективной войны, ведущий ее и побеждающий в ней.
Однако, не следует путать имитацию с целенаправленным введением противника в заблуждение. Как только это происходит, можно забыть о том, что война пройдет удачно.
Читая отчеты наших коммандос, ведущих наблюдение за противником на поверхности планеты Нимм, именно об имитации бурной деятельности у меня возникли первые мысли. Разумеется, наемники это не войсковые подразделения, понятие дисциплины им не ведомо.
Так что нет никакого сомнения в том, что голозаписи того, как они ударными темпами, напополам с ленью, готовят оборонительные позиции, это есть имитация надлежащей работы. Несомненно их командир уже понял, что наемники находятся в блокаде — это невозможно не понять.
И делал вид, что готовится к отражению наземного штурма. Окопы, траншеи, ДЗОТы, блиндажи… Все это выглядело как адекватно окапывающееся подразделение, ожидающее что на них вот-вот пойдут атакующие части противника.
Но идут часы и дни, а линия обороны не укрупняется. Окопы в полупрофиль — это даже не по науке этой галактике. Траншеи, в которых даже согнувшись не получится укрыться от огня — тоже всего лишь бутафория. Как и блиндажи, ДЗОТы, в которые едва ли кто-то когда-нибудь зайдет.
Противник делает ставку лишь на то, что мы наблюдаем за ним с орбиты и с дальних подступов. Именно по этой причине нет смысла строить нечто в самом деле капитальное — если ты ждешь что вот-вот противник нападет и будет уничтожен.
Разумеется, наемники не знают, что подразделения «Стервятников» на Нинне закончили устанавливать детонаторы, способные разнести всю планету. Наемники вообще не знают о присутствии на планете «Стервятников» из «Консорциума Занна». Из радиоперехватов стало известно, что они осведомлены лишь о своих подразделениях на станции наблюдения, не больше.
Следовательно, там где наемники лишь имитируют бурную деятельность, тот, кто придумал этот дьявольский план, использует их как разменную монету. Их и «Стервятников».
Если вывести за рамки уравнения то, что опасное содержимое мантии и ядра Нинна нам известно, то становится понятна вся задумка неприятеля.
Нинн — планета с очень важным объектом наблюдения. Критически необходимым для сохранения тайности передвижения войск на этом направлении вторжения в Корпоративный Сектор. Логично что мы не будем ее уничтожать — такая станция наблюдения стоит миллионы кредитов. В базовой комплектации. В той, с какой столкнулись мы — полмиллиарда кредитов.
Захват такой станции и переориентирование антенн на сканирование глубин Корпоративного Сектора — это цель, ради которой стоит провести захват станции наземными подразделениями. Чем быстрее — тем лучше. Ведь враг на поверхности «окапывается». Значит атаковать их с каждым часом промедления будет все тяжелее и тяжелее.
А теперь, используя весь имеющийся у нас комплект данных, можно сделать вывод, что неприятель использует комплекс мер по заманиванию нас поближе к орбите Нинна. С известной, разумеется, целью.
Любопытно… Ведь это принцип «ловушки в ловушке». И он мне очень хорошо знаком.
— Размышляете о том, кто кроме вас может быть настолько дьявольских хитер, чтобы делать подобные ставки? — поинтересовался Альфа.
— В разгадке этой тайны нет необходимости, капитан, — произнес я, пролистывая электронную страницу. — Я знаю кто стоит по правую руку от Кронала и расставляет ловушки на моем пути.
— Вот как? — Альфа прошел от тамбура к гостевой зоне. — Поделитесь именем? А еще лучше координатами базирования этого злобного гения. Я с радостью навещу его и познакомлю его полушария мозга со своим боевым ножом.
— Всему свое время, Альфа, — пообещал я. — На данный момент личность моего оппонента — вторична и не представляет никакого интереса. Кроме того, он находится глубоко в тылу сил Кронала. Добраться до него, не преодолев все расставленные на пути ловушки, не получится. Впрочем, нам не потребуется много времени, чтобы закончить начатое.
— Уничтожение Кронала и его клики уже заняло много времени, — заметил Альфа. — Разумеется, я не говорю о бунте. Но слышал несколько разговоров среди коммандос о том, что мы излишне медлим.
— Я знаю, что Фордо слышал эти разговоры два часа назад на точке эвакуации на поверхности Нинна, Альфа, — не отрываясь от чтения, сообщил я. — Как видите, мой расчет на то, что он передал вам содержание этих разговоров между членами Четвертого спецотряда штурм-коммандос, а вы доложили мне, полностью оправдался.
Альфа, пусть и тихо, но выругался. Я еще не до конца овладел тонкостями грамматики мандо, но уверен, что примерный перевод звучит как «Если это не джедайские фокусы с чтением мыслей, то я откручу этим „штурмам“ головы. Чертова провокация!».
— Вы устроили этот разговор, — констатировал Альфа.
— Отнюдь, — возразил я. — Штурм-коммандос находятся в подчинении Директора Разведки.
— Разведка проверяет лояльность меня и моих братьев? — сквозь вокодер голос Альфы звучал угрожающе. Но лишь звучал.
— В вашей лояльности нет ни малейшего сомнения, Альфа, — пояснил я. — Однако, не секрет то, что Фордо, пусть и перестал говорить об этом, все еще не верит в то, что ЭРК и другие коммандос были спасены не для того, чтобы стать подопытными гизками. Меня интересовало, не распространил ли он среди вас и ваших братьев эту непрактичную идею.
— Пытался, — честно признался Альфа, хоть это и было мне известно. — Но мы коллективно «натерли ему шлем» и обстоятельно указали на его неправоту. После всего того, через что мы прошли, немудрено стать параноиком.
— И эта паранойя вредна, — заметил я. — В первую очередь для самого Фордо. Для него заготовлено обновленное и улучшенное тело. И каждый раз когда в Бригаду Специальных Операций приходит извещение о том, что ему пора отправиться в «Мозговой центр», он оказывается занят миссиями. Разумеется, я не ставлю под сомнение верность майора Мейза, однако, попытка уклониться от директивы, нехарактерна для «альф».
  
— Фордо чуть больший параноик, чем остальные, — сообщил Альфа. — Ему было нужно время для того, чтобы присмотреться к обновленным нам. И к новым клонам-коммандос, которых выпускают после доработок Орун Ва и изучения «стервятников».