Гранд-адмирал. Том восьмой (СИ)

— Разумеется, капитан.
— Как?
— Прошу уточнить.
— Я лично дешифровал доклады контр-адмирала Дорьи. Он позволил двум флотам вылететь в западном и восточном направлениях от Ослумпекса по Дуге Правления. Но данные с дроидов-шпионов показывают, что на деле эти флоты угодили в засады не сразу после того, как покинули систему Ослумпекс, а когда попытались вернуться в нее. Каким образом это стало возможным?
  
— Каперы, капитан, — объяснил я. — Вы же помните, что задолго перед нашим наступлением, каперы проникали в Корпоративный Сектор?
— Да, сэр, для распространения дроидов-шпионов.
— В том числе. А так же они приковывали внимание Пикетного флота противника к пограничным планетам Корпоративного сектора. И тем самым отвлекали его от наших минных заградителей. Которые свободно минировали подходы к системам в зоне действия контр-адмирала Мора.
Тшель нахмурился.
— Но флоты с Ослумпекса не попали в них сразу, как только вылетели с Ослумпекса.
— И не должны были, — подтвердил я. — Ведь они должны были привести нас к своим базам-подскока, на которых они пережидали время, позволяя контр-адмиралу Мору увязнуть в обороне Ослумпекса. Затем, когда они не получили условных сигналов с замаскированной орбитальной станции управления минным полем, что флот Мора блокирован минным полем и может быть уничтожен в любой момент, то они двинулись назад.
— Мы знаем где базы подскока тех флотов?
— Разумеется, — ответил я. — Иначе для чего бы мы позволили этим кораблям покинуть Ослумпекс, унося на себе наших базз-дроидов?
— О, — только и вымолвил Тшель. — Выходит… Противник использовал против нас одну и ту же тактику с небольшими вариациями?
— Разумеется, капитан, — повторился я. — Это моя тактика, которой я разрушил Новую Республику. И, само собой, что я не создаю тактику, которую не смогу превзойти. Впрочем, думаю, совершенно бессмысленно объяснять моему оппоненту, что уничтожить меня моим же способом — напрасная трата времени.
— Хотел бы я посмотреть на это, — Тшель усмехнулся, и тут же посерьезнел. — Сэр, «корпораты» потеряли сотни кораблей за несколько дней. Они наверняка откатятся к центру сектора, чтобы удержать Этти…
— Ни в коем случае, капитан, — возразил я. — Мор перешел к зачистке своего плацдарма восемь часов назад. Ослумпекс взят намного раньше. Командование врага перестало получать данные от своих флотов около десяти часов назад. Этого времени вполне достаточно для того, чтобы направить свои главные силы в этой части сектора, чтобы уничтожить нас. По моим прикидкам, — я взглянул на корабельный хронометр, — у нас осталось минуты три-четыре до того, как главные силы Пикетного флота на этом направлении, прибудут, чтобы захлопнуть свою ловушку в системе Нинн.
— Ловушку, сэр? — Тшель смотрел на меня с паникой. — Но взрывающаяся планета… Разве это не вся ловушка?
— Разумеется нет, — заверил я. — Вы когда-нибудь видели, чтобы я устанавливал ловушку с одним дном? Вот и мой оппонент не так прост. В противном случае он бы не был жив. Нет, Нинн — это ловушка с двойным дном.
— Э… А какое второе, сэр?
— Гравитационные мины, капитан, — объяснил я.
—?!.
— Вы же лично исполнили мой приказ и разослали по системе наших дроидов, — пришлось напомнить.
— Да, сэр, — Тшель взмок. — Старый металлолом в пределах трехсот единиц от планеты — вот и все, что они нашли.
— Старый металлолом в таком большом количестве, чтобы окружить немаленьких размеров мир огромной сферой, — произнес я. — Звучит так, как если бы эта планета не имела никакого значения, не так ли?
— Д-да… Простите, не понимаю.
— Сейчас поймете, капитан, — объяснил я, заметив на тактическом мониторе красные отметки. — Противник прибывает.
Сквозь обсидиан можно разглядеть десятки тяжелых звездолетов всех возможных дизайнов и эпох, которые неприятель выводил из гиперпрыжка. И делал он это так ювелирно, точно над северным полюсом Нинна, как будто никто не знает о том, что там в больших кусках металлолома скрыты гравитационные мины.
— Кажется, пора, — произнес я, подходя к своему креслу и взяв из подлокотника командирский комлинк. Не обращая внимания на рев сирены и доклады вахтенных, я обратился к Тшелю:
— Капитан, код «альфа-два-два». Пусть наши дроиды разберутся с их гравитационными минами.
— Мы отступаем, сэр?
— Разумеется. Иначе нам не заманить противника в ловушку. Впрочем, яму они выкопали себе сами.
— Да, сэр, — Тшель отдал приказ по своему комлинку, нахмурившись, когда увидел, что одновременно с этим я включил и кодовую передачу на своем комлинке. — Сэр, дроиды работают. Сектора три, пять, девять очищены от гравитационных мин. Мы можем уходить отсюда на полной скорости.
Ведомые приказом дроиды уничтожили гравитационные мины противника у нас в тылу. Ничего изящного, просто взрывы внутренних барадиевых зарядов в непосредственной близости от установок. Генераторы гравитации идут вразнос… Получается весьма эффектная иллюминация.
— Начинайте отвод кораблей сопровождения, капитан, — заняв место в своем кресле, я с легкой улыбкой наблюдал за тем, как противник перешел на форсаж. Что ж, они правильно уловили, что им нужно как можно быстрее добраться до нас, выйти на рубеж открытия огня, чтобы нанести нам повреждения прежде, чем мы сможем отступить. — Что ж, можно отметить, что мой оппонент не возглавляет эту атаку.
— Почему вы так думаете, сэр?
— Потому что он так просто не попался бы в такую простую ловушку, — объяснил я. — Обратите внимание на то, что все каналы связи заглушены. И командир этого флота не может запросить поддержки или указания от своего командования. Он вынужден действовать по ситуации, стремясь выполнить задание.
— Какое именно, сэр?
— Нанести ответный удар и обезглавить наши силы вторжения, — заключил я. — Они выбрали известный флагман и теперь намерены не выпустить нас из системы. К сожалению, командир этого флота забыл о том, что у него буквально под ногами горит и плавится земля.
— Э…? — Тшель посмотрел на меня с недоумением.
Но уже в следующую секунду, когда центральный иллюминатор «Химеры» залила вспышка ослепительного взрыва, сметающего все на своем пути, капитан Тшель подобрал слова для выражения своих мыслей.
Разумеется, по известным причинам, цитировать я их не собираюсь. Но единственное печатное слово из произнесенных Тшелем, крутилось вокруг банты и ее продуктов жизнедеятельности.
  
Глава 43
 
Одиннадцать лет и десятые сутки после Битвы при Явине…
Или сорок шестой год и десятые сутки после Великой Ресинхронизации.
(Один год, шестой месяц и двадцать пятые сутки с момента попадания).
Согласен.
Уничтожать целую планету — это перебор.
Еще в прошлом году я давал себе обещание — никакого уничтожения планет. Мы не Империя, дух Альдераана еще витает в этой галактике.
А затем была родина стенаксов, был Корбос… С каждым разом отдавать приказ, приводящий к гибели целой планеты становится все проще и проще. Учитывая наши возможности — вполне можно вскоре даже не тратить флот и армию на захват обитаемых миров. Просто уничтожить несколько в прямом эфире ГолоНета и под страхом смерти остальных принуждать их к миру.
Это ли наш путь? Нет, разумеется.
Ищу ли я оправдания тому, что воспользовался ловушкой врага, чтобы взорвать Нинн, уничтожив атакующий флот и обескровив фланг Корпоративного Сектора в западной части подконтрольных им территорий? Играют ли доводы о том, что уничтожение Нинна привело к разгрому местной флотской группировки, лишило противника возможности отслеживать наши перемещения, испарило некоторые силы наемников и прочее, в пользу этого решения?
  
Или же следовало искать другой способ очистить планету? Хотел бы я сказать, что такой способ существовал.
Но «Стервятники» по приказу моего оппонента, сделали все так, чтобы мы не смогли обезвредить заложенные в ядре бомбы. Противник готов был принести в жертву своих наемников и мир, который не представлял для них более интереса.