Гранд-адмирал. Том восьмой (СИ)

Кронал нашел изъеденное червями тело Сарисс на Руусане. Брошенное, не погребенное, забытое, оскверненное… Кайл Катарн, убийца его дитя, никогда не оставался не замеченным Кроналом. С помощью своих марионеток и остатков подчиненной ему сети Убиктората, Кронал, убитый горем и переживающий кризис идентичности, мог оборвать жизнь джедая в любой момент. Как и любую другую жизнь.
  
Он легко это мог сделать, ведь разрушение, убийство, гибель всего что создано тем или иным путем, это есть путь тьмы, которым он следовал. Энтропия должна набирать обороты, чтобы в конце концов, поглотить все. А он, автор и исполнитель самой разрушительной из энтропий, со смирением и радостью встретит свою судьбу.
Кронал нашел тело Сарисс уже после того, как встретился с Люком Скайуокером на Миндоре. После того, как стал киборгом. После того, как жестокая реальность отрезвила его.
Был ли он виновен в том, что Сарисс с детства видела лишь жестокость и разрушение? Да, несомненно.
Был ли он виновен в том, что принес в галактику столько боли и смертей, сея семена разрушения ради самого разрушения? Да, конечно. Если спросить него, то он первым же выскажется за свое обвинение.
Был ли он виновен в том, что Сарисс стала жестокой и полной ненависти, жаждущей власти алчной стервой, примкнувшей к недальновидному идиоту, возомнившему себя ситом? Да, конечно.
Перек, а именно так его звали при рождении, потерял все, что построил. Но именно этого он и добивался — создавал. Но не созидал. Он создавал семена разрушений. И немудрено, что вслед за паранойей и нестабильной психикой от использования Темного Предвидения, волна энтропии ударила по нему самому.
Именно там, стоя на коленях рядом с истлевшим трупом дочери, чью жизнь он самолично превратил в кошмар, Перек, так и не получив прощения за все сотворенное, прозрел. Он увидел всю пагубность своего пути. И там же он увидел свет, что осенит его грядущее.
И реализацией последнего он как раз и занимался, используя все то, что у него осталось. Честно говоря, по сравнению с тем, что у него имелось, это всего пара звезд во всей галактике. Но и этого достаточно.
Кронал никогда не знал сколько времени проходит возвращение в собственное тело. Этот процесс, который растянулся в долгое, вечное мгновение, пока иссушённая плоть головы и шеи вздрагивала и дёргалась: он изо всех сил пытался отдышаться. Так же было и тогда, когда его тело все еще было с ним.
Наконец у Кронала все же получилось успокоить свои мысли и дух, чтобы взять под контроль механическое тело. Отодвинув в сторону сидящую на голове Закатную Корону — копию той, что у него была на Миндоре, киборг, гремя металлом о палубу, выбрался наружу.
И первым же делом увидел фигуру в белоснежном мундире, стоящую рядом с его медитативной сферой.
— Адмирал, — старческие губы сложились презрительную усмешку. — Вы как всегда терпеливы и исполнительны. У нас очередные плохие новости, не так ли?
— Господин, — гранд-адмирал поклонился с уважением и подобострастием. — Мы потеряли еще две системы в Корпоративном Секторе.
— Как это произошло?
— Агентура противника смогла поднять восстание и передать главным силам координаты безопасных проходов к мятежникам. Контр-адмирал Мор нанес удар и обрушил нашу линию фронта. Войска отступают, чтобы избежать окружения и уничтожения.
— Наемники уже совсем потеряли всякий стыд, — хмыкнул Перек, подходя к тумбе с влажным полотенцем. Манипуляторы взяли нежный отрезок ткани, вымоченный в тазе с теплой воде, и поднесли его к лицу. Кронал не обращал внимания на крупицы влаги, с брызгами разбивающиеся о пол. — отступают, хотя им платят за то, чтобы стояли насмерть.
Командующий войсками Кронала молчал, не реагируя на сказанное.
— Рейдерские отряды в Пространстве Триании проявили себя?
— Да, господин. Они обрушили логистические цепочки трианиев, парализовали остатки межзвездной торговли. Второй флот трианиев полностью уничтожен.
— Флот, — фыркнул Кронал. — Ты о тех древних мусоровозах, которые я им отдал в обмен на ресурсы и живую силу? Иного и не предсказывалось — они лишь крошечный пазл в огромной мозаике. Нужны немногим более чем наживка, чтобы у Трауна сложилось мнение, будто он может поставить тебе… Как вы это называете, а. мой адмирал?
— «Вилка», господин, — покорно ответил слуга. — Тактическая или стратегическая ситуация с двумя одинаково очевидными выборами дальнейшего хода кампании. В настоящий момент «вилка» — это способ проникновения в Мореллианское Содружество. Или классическим путем, через опасный и нестабильный проход. Или же через Пространство Триании. В последнем случае это безопасный и оптимальный способ проникновения в сердце подконтрольных вам территорий.
— Я знаю, — Кронал убрал пот с лица, чувствуя как старческая кожа радуется живительной влаге. — Ваш анализ его тактики как всегда великолепен, адмирал. Думаю, следует полагать, что Траун выберет «опасную» дорожку?
— Атака на Митус-VII указывает на это, — подтвердил военачальник. — Однако, я предупреждал вас — оставлять следы, ведущие к нашей станции наблюдения, может быть опасно.
— Да, да, да, — отмахнулся механической клешней Кронал. — Траун может подумать, что мы оставляем ему следы из крошек и поймет, что мы зовем его к нам в гости. Напомню, я говорил тебе, что ровно так же он может подумать и о «безопасном» пути. Я не просто так отправил все первое оперативное соединение к трианиям.
— Да, господин. Чтобы у Трауна сложилось мнение, будто это весь ваш оперативный резерв. Тогда он проведет разведку боем, убедится в том, что мы не отправляем дополнительных подкреплений, и решит, что у вас больше нет боеспособных звездолетов, которыми вы можете пожертвовать ради того, чтобы удержать передовые позиции.
— И это еще меня называют параноиком, — рассмеялся своим скрипучим искаженным голосом Кронал. — Траун — псих побольше моего. В определенном контексте его можно назвать социопатом, психопатом и параноиком. Ну кто в здравом уме додумается использовать этих треклятых ящериц, чтобы скрыть от меня умы своих командиров?
— Это грамотное тактическое решение, — справедливо возразил командующий. — Траун знает угрозу со стороны одаренных. И нивелирует ее наиболее оптимальным способом.
— Бесит, — спокойно произнес Кронал. — А вас, адмирал, этот ксенос не бесит?
— Я воспринимаю его как интересного противника, — дипломатично ответил гранд-адмирал. — Сражаться с ним интересно и познавательно. Гибкий ум, четкая стратегия, в которой заключены десятки других стратегий. Великолепная оперативная комбинация навыков, технологий и силы.
— Восторгаешься им? — неожиданно спросил киборг.
— Уважаю, — спокойно уточнил адмирал. — В отличие от большинства гранд-адмиралов, свои командные планки он получил более чем заслужено. Его действия заставляют относиться к нему с опаской и уважением.
— Как к равному? — усмехнулся Кронал.
— Я лучше него, — спокойно возразил гранд-адмирал.
— Уверен?
— Да. До сих пор он следует тем путем, который я для него заготовил. Какой бы вариант моей «вилки» он не выбирал, то все равно делает только то, что я и предполагал. Достижение ваших целей, господин, неотвратимо.
— Я предвидел это, — кивнул Кронал. — Однако, пока он сокрыт от Силы, все предсказания строятся исключительно на эманациях Силы, которая исходит от его подчиненных, его действий. Его мысли — тайна для меня. Вы должны учитывать это при противостоянии с ним. Мы уже наблюдали за тем, как он действует вроде бы в соответствии с нашими планами, делает то, что угодно нам, однако, «послевкусие» его побед оказывается не таким, как я рассчитывал.
  
— Траун действует одновременно на нескольких фронтах, — напомнил адмирал. — Наш просчет стал возможен только потому, что раньше он достигал исключительно военных успехов. В политике он был не силен, а потому подобных действий от него никто не ожидал.
— Его политические махинации стоили мне поддержки Палпатина, — раздраженно произнес Кронал. — «Консорциум Занна», «Синдикат Силри», огрпомное количество марионеток, утраченные буферные зоны. Даже операция «Семя Смерти» — и та стала провалом. Причем оглушительным! Подумать только! Они заливают Нам Хориос пестицидами против дрохов!