Кромешник. Том 2 (СИ)

— Вампиры узнали, что у тебя хранится горюнь-камень. Они хотят его заполучить любой ценой. Надо предпринять меры безопасности и… — взволновано выпалил Микола.
— Горюнь-камень, говоришь.
— Да. Они Алексею угрожали, пытались заставить украсть его у тебя, — добавил скороговоркой Фрол.
— Вот значит как? Что скажешь в своё оправдание, Кромешник? — перевёл на меня взгляд светящихся глаз Ратмир.
  
Хорошо, что нам никому не нужен был свет, чтобы прекрасно видеть друг друга во тьме. Я отчётливо различил негодование на волевом лице волколака.
— Мне не в чем оправдываться. Воровать я ничего не собирался. К слову, речь идет не о всех вампирах, а только об одином очень прытком ушлёпке. Зовут Валерий Чёрный. Вряд ли кроме него кто-то что-либо знает.
Ратмир в очередной раз с остервенением почесал бороду.
— Значит, пришли меня предупредить?
— Ага, — закивали берендеи.
— Вам верю, а вот ему, — указал на меня волколак, — Нет.
  
Глава 3
 
— Да мне как-то пофиг, веришь ты или нет. Изначально, я, вообще, не планировал с тобой встречаться, но раз так получилось, то давай договариваться.
— Хех, договариваться? Я так понимаю, что за спасение моей нежизни и возвращение разума стае, ты хочешь получить горюнь-камень?
— Вообще-то, нет. Ну, нахер, такую ответственность, так что я — пас, но вот помощь кое в чём мне понадобится.
— И это никак не связано с горюнь-камнем?
— Ну-у, почему не связано…
— Так и знал, крутишься как уж на сковородке.
— Да ничего я не кручусь! Просто моя подруга по глупости заключила с Чёрным контракт.
— А взамен пообещала достать горюнь-камень, — не спросил, а утвердительно произнёс волколак, — Ведьма поди?
— Угу.
— Вот и забудь про неё. Сама виновата. Небось богатства да власти захотела.
— Тц-ц, нет. Тут всё немного сложнее… — пришлось рассказывать волколаку историю Марты.
— Дура-баба, — констатировал Ратмир, — Но вот, что я тебе скажу, паря, даже если бы я захотел помочь, всё равно бы не смог.
— Это почему?
— А нет у меня горюнь-камня.
— Это как? — обалдело уставились на оборотня берендеи.
Ратмир развёл руками.
— Отдал много лет назад… Кому не скажу, хотя это и неважно. Я давно потерял его след.
Прищурился, внимательно вглядываясь в вожака стаи.
— Сдаётся мне, он до сих пор находится в Яви.
Ратмир насупился, засопел, но потом кивнул головой.
— Да.
— Не-то чтобы для меня это имело значение, но лучше бы он оказался у тебя, Ратмир.
— Почему?
— Так было бы надёжнее.
— Именно поэтому я не могу уйти на покой. Необходимо изъять из реальности горюнь-камень. Не место ему там.
— А где место?
— Здесь, на Кромке, а ещё лучше — в Нави. Там уж точно до него никто не сможет добраться.
— А почему ты мне об этом рассказываешь? — с подозрением поинтересовался у волколака, уже догадываясь, что он хочет меня закабалить на поиски старинного артефакта.
— Если вдруг случайно краем уха услышишь что-то про горюнь-камень, будь добр, сообщи мне. В накладе не останусь.
— Не боишься, что прикарманю вещицу? Уверен, что на чёрном рынке нелюдей, если таковой, конечно, есть, её можно продать очень дорого. Да и просто тех, кто захочет заполучить этот камушек немало
— Если ты настолько глуп, дерзай, — пожал плечами Ратмир и опять поскрёб бороду.
— Да нет, спасибо. Мне моя шкура дорога. Не идиот, понимаю, что временные обладатели подобной реликвии, да и просто свидетели долго не проживут. Меня первого же и грохнут, так сказать, во избежание…
— Правильно мыслишь. Да и не алчный ты. К тому же, правильный, как погляжу.
— Хах, сам же недавно сказал, что не доверяешь.
— Так я никому не доверяю, даже себе. Ну что, поможешь найти горюнь-камень?
— Извини, специально мотаться по Миру и искать не стану. Ни опыта, ни связей у меня нет. Своих дел вагон и маленькая тележка, но ежели что-то услышу, сообщу.
— И то хлеб. В случае чего, есть у меня подвязки в Яви. Правда давно я ни с кем не контактировал. С тех пор, как Стефания слегла, всё пошло через одно место, — нахмурился Ратмир, — Я через неё связь держал с внешним миром, а потом… — волколак горестно махнул рукой.
— Я так понимаю, что без воздействия Кромешника на тебя и членов твоей стаи, вы превращаетесь в диких животных.
— Но-но, не преувеличивай. Хотя, пожалуй, так и есть, — признал мою правоту оборотень, — Нас надо подпитывать энергией, которой обладают только Кромешники, не меньше, чем раз в месяц, иначе… Результат ты видел своими глазами.
— Но ведь есть и другие, помимо Алексея, — вмешался в диалог Микола и шумно зевнул, раскрыв рот так, что чуть не свернул челюсть.
Его примеру последовал Фрол.
— Идите, ложитесь, — указал волколак на несколько матрасов в углу комнаты.
Берендеи переглянулись, кивнули друг другу, поклонились Ратмиру, и пожелав всем крепкой ночи, быстро расположись на ночлег. Не прошло и нескольких минут, как по избе раздался громогласный храп.
— Ратмир, а ты не боишься, что эти двое проболтаются? Они хорошие парни, но простые как валенки.
— Ерунда. Завтра проснуться и не вспомнят, о чем шёл разговор. Нет — про то, что передали мне предостережение, не забудут, а всё остальные события этого вечера сотрутся из их сознания, оставив чистый лист.
Вскинул брови.
— Ты и так умеешь?
— Я много чего умею. После смерти даже больше, чем при жизни. Через пару дней восстановлюсь полностью и наведу наконец-то порядок.
— Это всё хорошо, но ты так и не ответил на вопрос.
— Ты про Кромешников?
— Ага, — кивнул в ответ.
— Так не было в этой стороне никого в то время. Я искал, но, сам понимаешь, без толку. Никто из вашего брата меня специально навещать не спешит, наоборот, стараются держаться подальше. Это Стефания была исключением.
— Мало — не мало, а глянь-ка, как «удачно» незнакомый Кромешник объявился, да ещё и вурдалаков за грань провёл. Ты бы не расслаблялся, Ратмир. Сдается мне, встретитесь вы с ним в скором времени.
— Считаешь, придёт за горюнь-камнем?
— Всё может быть.
— А вот я сомневаюсь. Одно дело, притащить сюда кровососов, другое — заявиться в логово Верховного волколака. Глупцы, вроде тебя, конечно, встречаются, но не так часто.
— За подобную реликвию можно и рискнуть.
— Плевать. Как придёт — так и уйдёт, не солоно хлебавши. Всё, кромешник, хватит лясы точить, отдохнул и будет. Пора приниматься за дело.
— Пора, значит — пора, — вздохнул устало, понимая, что чем быстрее подниму стаю на ноги, тем скорее вернусь домой.
Как только вышел на крыльцо, в нос сразу ударил запах сырости, сгнившей листы, волчьей шерсти и смрада.
Волколаки, заметив меня, оскалили зубы, с которых закапала жёлтая слюна.
— Гр-рр, — наполовину обернувшись, прорычал Ратмир и шагнул вперёд, загородив меня своей массивной фигурой от голодной стаи.
Волколак ухватил за шкварник ближайшего оборотня и подтянул ко мне.
— Лечи, — бросил он небрежно, и я принялся за работу.
Посмотрел на глубокие порезы на боках, ссадины, покрытые запекшейся чёрной кровью, гнойные раны, разорванные связки, поломанные лапы, слепоту и ещё кучу всего, что мне придётся восстанавливать и покачал головой.
Ещё в деревне я приноровился лечить нежить, но здесь и сейчас всё осложнялось характерами ран и тем, что передо мной были не люди, а звери. Кто-то скажет, какая разница: нежить — есть нежить, и окажется не прав. Специфика исцеления у каждого вида своя, отличающаяся от остальных.
С первыми шестерыми я разобрался по наитию, как-то само собой вышло, сейчас же на меня напал ступор. Несколько минут я не мог понять, с чего начать действовать.
  
— Кар! — раздалось совсем рядом, а затем тяжёлая тушка птицы опустилась мне на плечо, — Кар! — повторила ворона и клюнула меня за мочку уха.
Больно клюнула, но я не жаловался, потому как в голове моментально прояснилось, и я понял, с чего необходимо начать.