Скандальная тайна

Даже если он решит остаться здесь, что в высшей степени маловероятно, его братьям придется самим прокладывать себе дорогу. Хотя перед сводными братьями герцога могли бы открыться новые возможности, Уилл не был уверен, что это благо для них. А он хотел сделать для них все, что в его силах.
Не помешают ли им слишком большие деньги и высокое положение в обществе найти себя? Он не знал.
  
– Что привело вас сюда в столь поздний час?
Уилл моргнул и с удивлением обнаружил перед собой лорда Сомертона, который стоял, прислонившись к стене. Если бы Сомертон не заговорил, Уилл не заметил бы его – тот стоял в тени.
– Только не говорите, что вы уже решили стать его членом!
– Членом? Чего? – спросил Уилл, поставленный в тупик вопросом виконта.
– Клуба «Уайтс». Вы стоите прямо перед ним, – сказал Сомертон.
– «Уайтс»? О нет. Я просто решил пройтись.
Сомертон сдержанно хмыкнул.
– Пройтись? В одиннадцать часов вечера? Даже в Мейфэре следует соблюдать осторожность. И выглядите вы далеко не лучшим образом.
Уилл пожал плечами:
– Я делаю вывод, что «Уайтс» исключается.
– Вас будут принимать там, пока вы платите взносы.
– Но я знаю гораздо лучшее место. – Сомертон мотнул головой, указывая направление: – Моя карета ждет вон там.
– Хорошо, – сказал Уилл, гадая, куда они направляются.
Пока они шли к карете, Сомертон молчал.
– Почему вы стояли в тени? – спросил Уилл, которому стало любопытно.
– Я ожидал приятеля, который так и не появился.
Странно, подумал Уилл. Почему бы, не ждать его в клубе? Но он не стал задавать вопросы. Сомертон чем-то заинтересовал его.
Они дошли до кареты и поехали в другой клуб. Уилл смотрел в окно, поскольку в карете воцарилось молчание. Хорошо ли, что он сидит здесь с этим человеком? Элизабет пыталась предупредить его не иметь дела с Сомертоном, к тому же он прятался в темноте, словно преступник.
– Вы еще не выезжали на балы? – спросил Сомертон, нарушив давящее молчание.
– Еще нет. Но я принял приглашение вдовствующей графини Кантуэлл. Вы там будете?
– Господи, нет. Я ненавижу эти отвратительные балы. Их посещают по одной-единственной причине.
– Что за причина? – спросил Уилл.
– Женитьба, старина. Мамаши гордо демонстрируют своих дочек, позволяя вам увиваться вокруг них с единственной целью – как можно скорее сбыть их с рук.
Уилл поразмышлял. Может быть, ему следует отклонить приглашение, потому что он не собирается жениться на английской леди, которая будет думать исключительно о себе. Только не Элизабет. Она определенно умна.
– Ну, вот мы и приехали, – лениво протянул Сомертон. Он вышел из кареты и ждал Уилла.
– И где мы?
– У леди Уайтли. – Сомертон уже поднимался по ступенькам. – Идемте, Кендал.
Кендал. Он никогда не привыкнет к этому имени. Дверь открылась, внутри было шумно.
– У леди Уайтли вечеринка?
– Каждую ночь, – ответил Сомертон, входя внутрь.
Уилл вошел в дом и остановился. Комната ослепляла множеством свечей и полуодетых женщин. Ему приходилось бывать в борделях, но он никогда не видел такой роскоши. Кресла, обитые красным бархатом, диваны, образующие укромные уголки для разговоров, и прочее.
Несколько мужчин посмотрели в их сторону и кивнули Сомертону. Несколько женщин увидели их и заулыбались им, зашептались, которую из них Сомертон выберет на ночь.
– Сомертон, это место не для меня, – сказал Уилл.
– Идите в заднюю комнату. Мы пришли сюда только чтобы выпить и поговорить. Если вы после этого захотите еще и другого – дело ваше.
Уилл со вздохом последовал за Сомертоном в глубь дома. Сюда не доносился шум из передней комнаты, женщины появлялись здесь с подносами, уставленными напитками для джентльменов. Сомертон и Уилл сели у окна, выходившего в сад, освещенный фонарями. Уилл огляделся – даже этот дом греха мог посрамить его жилище в Йорке.
– Могу я предложить вам выпить, лорд Сомертон?
Уилл взглянул на оказавшуюся рядом с ним высокую женщину с распущенными белокурыми волосами. Платье на ней представляло собой кусок прозрачной красной материи, расшитой цветами, которые прикрывали наиболее интимные места. Нельзя сказать, чтобы они прикрывали много.
– Принесите нам бутылочку лучшего виски, Венера.
Она кивнула, посмотрела на Сомертона и подмигнула.
– Не представите ли вы меня своему другу, лорд Сомертон?
– Я не уверен, что ему понравится, если о его присутствии здесь станет известно, милая.
Ее полные накрашенные губы слегка надулись.
– Хорошо, – сказала она и направилась к бару.
Уилл не мог оторвать взгляд от ее покачивающихся под прозрачным платьем бедер.
– Миленькое место Сомертон.
– Я подумал, вам может понадобиться место, где вы могли бы на время расслабиться.
Венера вернулась с бутылкой виски и двумя стаканами. Она нагнулась над плечом Уилла, чтобы поставить перед ним бутылку и стакан. Ее полные груди терлись о его спину.
– Если у вас будут пожелания, – шепнула она ему на ухо – просто дайте мне знать. – Она отошла, оставив в воздухе сильный запах своих духов.
Сомертон взял бутылку, наполнил стаканы и, откинувшись назад, произнес:
– За титулованных джентльменов, которые могут поручить все, чего захотят.
Уилл не был уверен, что это хорошо. Родители учили его, что успех приходит, если много трудиться и он им верил… до возвращения в Англию. Однако он поднял стакан в знак согласия и сделал большой глоток.
По деревянному полу застучали каблучки. Он взглянул в сторону двери. Женщина постарше лет тридцати пяти, шла к ним, не обращая внимания на приветствия мужчин. В отличие от остальных женщин, одетых в прозрачные платья, на ней было элегантное шелковое платье в синюю полоску. Она выглядела как женщина, которую можно встретить на балу, но не как проститутка.
Сомертон оглянулся, покачал головой и пробормотал проклятие.
– Добрый вечер, Энтони. – «Леди» положила руку на спинку стула, на котором сидел Сомертон. – Итак, вы приходите в мое заведение и не находите нужным поприветствовать меня, прежде чем начать развлекаться.
– Добрый вечер, леди Уайтли, – сказал он, поднося ее руку к губам.
– Вот так-то лучше. Теперь скажите мне, кто этот красавец.
– Уилл, это леди Уайтли. Она хозяйка дома. Леди Уайтли, это мой друг Уилл Атертон.
– Добрый вечер, леди Уайтли. – Уилл встал и поцеловал тыльную сторону ее ладони. Он должен был признать, что впервые обращается с обычной блудницей как с леди.
– Добрый вечер, ваша светлость! – Леди Уайтли улыбнулась ему. – Вы думаете, я ничего не слышала о вас?
– Не знаю.
– Все знают, что вы в городе, ваша светлость. – Она снова повернулась к Сомертону:
– Я бы хотела поговорить с вами.
– Завтра.
– Хорошо, – сказала она, быстро кивнув, и удалилась.
Уилл выпил еще виски; откинулся на стуле и засмеялся.
– Я догадываюсь – вот одна из причин, по которой, Элизабет предупреждала меня насчет вас.
– Вот как? Я едва ее знаю. Почему она не любит меня?
– Это связано с вашей репутацией, – пояснил Уилл. Виски в конце концов помогло ему расслабиться, и он вы и ил еще.
Сомертон пожал плечами:
– Меня знают во многих борделях. Я не отличаюсь от большинства мужчин.
– Пусть так. Но она упомянула, что вы убили нескольких человек.
– Все ложь, чтобы очернить меня в глазах общества. – Сомертон подался к Уиллу: – Так как же прекрасная леди Элизабет?
– Она рассержена.
Сомертон скривился.
– На вас?
– Конечно, на меня. Она прекрасно ладит с детьми, и они с Элли, кажется, подружились.
– Что же явилось предметом ваших разногласий нынешним вечером?
Уилл пил виски, собираясь с мыслями.
  
– Семья.
– Ваша или ее?
– Наша. Для нее очень важно, чтобы я досконально изучил славную историю герцогов Кендал. Не то чтобы я плевал на это, но… – Уилл залпом осушил стакан и снова наполнил его.