Любовь длинною в жизнь (ЛП)

  
Калли Харт
 
Любовь длиною в жизнь
 
Переводчик: betty_page (с 1 по 6 главы), Светлана П.
Редактор: Марина П.
Вычитка и оформление: Виктория К
Глава 1
Каллан
Каллан Кросс — мудак.
Настоящее
Присутствовать на похоронах только затем, чтобы тебе преставилась возможность помочиться на надгробный камень, это слишком ненормально. А так же во мне еще чертова куча вещей, которые могут казаться ненормальными, но сегодня желание помочиться  на могилу погребенного покойника стоит в самом верху моего списка. В своей жизни я посетил только единственные похороны.  Конечно, так не следует говорить молодому мужчине, но я был достаточно удачливым, чтобы избегать таких катастроф в своей жизни. Естественно, мои друзья, коллеги по работе и знакомые не умирали до этого. Просто те первые похороны были настолько ужасными, что я поклялся, что никогда не буду посещать такие слезливые, дерьмовые события. Поэтому использовал свою работу в качестве оправдания. Журнал «National Geographic» направил меня в Непал, чтобы  сделать для них ряд снимков снежных  барсов. Или же я занимался подиумной съемкой в Париже, которую просто ненавижу. Или ездил на большую коммерческую съемку в самую глушь, в Айдахо, для того, чтобы снимать фасады зданий для архитектурной, фармацевтической или юридической фирмы. Мои оправдания всегда были разными; я просто не хочу посещать похороны и все. Я лучше  захлебнусь своей собственной рвотой. Но в это раз, ох, в этот раз, я сделаю исключение.
— Ты собираешься вернуться в Южную Каролину? Я думала, что ты ненавидишь это место.
Рей, девушка, которую я трахаю последние три месяца, переворачивается на живот и подкуривает косяк, который только что забила. Она полностью обнаженная. Приглушенный свет от лампы, которая стоит на прикроватной тумбочке, отбрасывает легкие тени под углом на ее тело — на место между лопаток,  на поясницу, на изгиб ягодиц. Я встретил Рей на одной из этих ужасных подиумных съемок. Это были съемки для какого-то журнала в стиле кутюр, часть ее лица была закрашена бирюзовым цветом. Она была одета в кусочек ткани, едва прикрывавший ее прелести, которые я сейчас могу так спокойно осматривать. Стилист соорудил на ее голове нечто похожее на птичье гнездо с гребанным искусственным щеглом в ее волосах, весь тот вид заставлял меня чувствовать себя ужасно некомфортно. Вообще, абсолютно все птицы рядом со мной дарили мне дискомфорт.
Рей сидела на стуле, ее тело было устремлено вперед, и я велел ей раздвинуть свои ноги чуть шире, чтобы материал ее платья немного опускался между ними. Рей сделала, как я просил и даже больше. Она раздвинула свои ноги так широко, как только могла, и затем беззастенчиво подняла подол платья. На ней не было никакого белья.  И ее совершенно не волновало, что в студии кроме нас  было еще несколько человек, когда она неспешно поглаживала свой клитор средним пальцем. У моделей нет стыда перед своим телом. Они привыкли находиться обнаженными, они гордятся своей внешностью, за счет чего и преодолевают страх и неловкость. Я обладаю  достаточным опытом работы с моделями,  чтобы быть уверенным, что они не будут стесняться, если вам для работы необходимо снимать их обнаженное тело. Хотя Рей была в своем роде эпатажной. Она хотела привлечь мое внимание, и это сработало. Я естественно не дал ей этого понять. А просто продолжал делать фото, стараясь не улыбаться, в то время как главный редактор журнала был практически пунцовым и пребывал на грани потери сознания.
Рей выпускает дым от марихуаны через нос и затем предлагает мне затяжку. Я отказываюсь.
— Ты как гребанный ребенок, — говорит она. — Тебе просто следует сделать это. Расслабиться. Отпустить себя. И ты будешь намного менее напряженным. Кстати, а кто умер-то?
Рей всегда было не по вкусу, что я совершенно не пил или не употреблял наркотики. Я не очень понимаю ее стиль жизни. Она выкуривает и вдыхает больше наркотиков, чем суперзвёзды, с которыми я работаю. Шлепаю ее по заднице, бормоча ругательства себе под нос, когда ее плоть слегка подрагивает от шлепка.
 
 —  Мужчина, который жил рядом со мной. Который не нравился мне.
Рей закатывает глаза.
— Сосед, который жил рядом с тобой миллион лет назад? Ты странный человек, Каллан. Я знаю, по меньшей мере, пятнадцать поз, в которых ты мог бы трахнуть меня на этих выходных, а ты предпочитаешь жевать огуречные сандвичи и пить безвкусный кофе с кучкой стариков. Должна тебе сказать, это даже немного обижает.
— Обижайся, крошка. Но я еду, это уже решено. И всё. С этим ничего не поделаешь. Я вернусь во вторник. Потом я могу оттрахать тебя, как тебе захочется.
В некоторой степени, я хочу, чтобы она сейчас покинула мою квартиру, но я преодолел желание выпроваживать ее из квартиры после секса. Это бесит ее, но, в то время как в Нью-Йорке полно девушек, с которыми я могу потрахаться, с Рей все просто и ясно. Она не хочет отношений. Не ждет, что я сделаю ей предложение. Плюс ко всему, что она трахается, как ненормальная, и у нее самые развратные мысли на всей земле. Я уже немного привык к тому, что она остается у меня спать, даже не смотря на то, что мне доставляет дискомфорт тот факт, что со мной делят пространство. Я совершенно голый поднимаюсь с кровати и начинаю собирать одежду и личные вещи, которые возьму с собой в Порт-Ройал.
Один костюм. Одна пара джинсов. Одна пара кед Chuck Taylors (прим. пер.:  знаменитые кеды фирмы «Converse», которую основал Маркус Миллс Конверс в 1908 году). Три пары боксеров. Три пары носков. Все остальное: свою Лейка и линзы для фотоаппарата. Штатив. Набор для чистки. Батареи. Светофильтры. Дополнительный набор крышек для объектива (прим. пер.: Leica — фотоаппараты, выпускаемые одноимённой немецкой компанией Leica Camera AG).
Лейка — это старый фотоаппарат, заряжаемый ленточной пленкой. Для работы я использую цифровой фотоаппарат Canon, но только потому, что клиенты и заказчики хотят видеть конечный результат до того, как покинут здание, а это невозможно с Лейка, потому что для того, чтобы показать конечный результат, нужно идти домой и проявить снимки. Но когда я снимаю для себя, то всегда использую Лейка. Она довольно старенькая, и была первой камерой, которую я приобрел, еще в то далекое время, когда был подростком. Я копил на нее  в течение нескольких лет, сводил с ума маму и выполнял ее поучения, прежде чем скопить достаточно денег, чтобы приобрести ее с рук. Я уронил ее в колледже, и мое сердце в тот момент буквально чуть выпрыгнуло из груди, настолько сильно я испугался. Хвала господу, камера не была повреждена. Ну, по большому счету. Сейчас, когда я делаю фотографии, создается довольно необычный красивый рассеянный свет и легкое искажение. Это походит на призраков и размытые тени,  которые словно нависают за портретами и городскими пейзажами, которые я снимаю.
***
Рей переворачивается и ложится  на спину, ее грудь полностью обнажена и представлена моему взору, как и ее киска, когда она делает еще одну долгую затяжку. Ее  рыжие волосы рассыпаются по матрасу, словно огромное кровавое озеро.
— Ты привезешь мне какой-нибудь сувенир? — спрашивает она. — Что-нибудь безвкусное и банальное. Что-то, что я смогла бы прицепить на цепочку от ключей.
Внезапно ее выражение лица скрывает поволока дыма.
— Как мне кажется, Порт-Ройал не то место, откуда привозят памятные сувениры. И, кроме того, я обязательно забуду это сделать.
— Достаточно честно.
 
Это и есть динамичная составляющая наших отношений: Рей что-то спрашивает — я достаточно честно отвечаю ей, и она не бесится от этого. Идеально. Это работает в двух направлениях. Она тоже не лжет мне, не пытается играть со мной в какие-то странные игры разума. Мы говорим друг другу, что думаем, по большей части, и большее количество времени это помогает делать вещи между нами более простыми.  Никаких задетых чувств, никаких невыполненных ожиданий.