Грань силы (СИ)

И Пётр ему верил.
Хотел верить…
Но всецело полагаться больше не мог.
Когда Аркадий покинул его кабинет, Пётр распорядился отменить все свои сегодняшние встречи и погрузился в изучение присланного ему отчёта. Он внимательно вчитывался в каждое напечатанное слово и всматривался во все прилагаемые фотографии. В том числе и те, на которых изображалась сама Сьюзан.
Пётр встречался с ней лично. Один раз. Ещё в годы войны, когда он был совсем ребёнком. Они тогда обменялись парой ничего не значащих реплик.
  
И вот теперь она вздумала угрожать благополучию его страны?
Опрометчивое решение. Очень опрометчивое.
Постукивая пальцем по столу, Пётр прошёлся по всему отчёту и глубоко задумался. Время поджимало. Сильно поджимало. Мобилизованы были практически все государственные ресурсы, а выйти на верхушку Братства им так до сих пор и не удалось. И это несмотря на столь дерзкие их акции, как убийство Михаила, кража Камня Бесконечности и нападение на Ульяну. А теперь вот ещё и инцидент с поездом, в котором погибли как сотрудники государственных органов, так и рядовые граждане. И всё, что по итогу имел на руках Пётр, — это куча отчётов, которые только и делали, что описывали уже произошедшие события. К перелому же негативных тенденций они не приближали вообще никак.
У Петра начали закрадываться очень нехорошие подозрения.
Они имелись у него и раньше, но в свете последних событий стали куда более весомыми. Сам факт обнаружения Камня Бесконечности являлся государственной тайной, доступ к которой имел весьма ограниченный круг лиц. А на деле всё выглядело так, будто об этом каждая собака знала. Да и эта история в Свердловской области. Самому Петру о наличии там портала сообщили только сегодня утром. Так как же так получилось, что к вечеру там уже побывала и успела сбежать иностранная террористка?
Ответ напрашивался ровно один.
Пётр немного поколебался, после чего снял трубку терминала внутренней связи и приказал вызвать в его кабинет доктора Простович. Та появилась, не прошло и десяти минут.
— Присаживайтесь, — сказал Пётр после короткого обмена приветствиями.
Они с доктором сегодня ещё не виделись.
— Благодарю, — ответила доктор Простович, занимая место напротив. — Я так понимаю, вы снова хотите поговорить о состоянии Ульяны? — осторожно предположила она. — Если да, то мой ежедневный отчёт…
— Хватит с меня на пока отчётов, — чуть резче, чем собирался, перебил её Пётр. — Нет, доктор Простович. Темой нашего разговора станут курируемые вами проекты, на необходимости обсуждения которых вы так сильно в последние недели настаивали. Я решил, наконец, к вам прислушаться и дать шанс озвучить всё, что вы хотите мне сказать.
Доктор Простович попыталась сдержать удивлённое выражение, но вышло это у неё откровенно слабо.
— Да… — несколько растерянно заговорила она, — конечно… Я с радостью. Если вы ещё позволите мне отлучиться в свой кабинет, чтобы собрать материалы и подготовиться…
— В этом нет необходимости, — вновь перебил её Пётр. — Можете ограничиться словами. Уверен, я всё пойму. Только, если вы не против, я включу музыку? — исключительно риторически поинтересовался он и нажал пальцем на кнопку проигрывателя, что был встроен прямо в поверхность его стола. — Дни выдались довольно напряжёнными. Это помогает не терять концентрации.
Пространство залила приятная классическая музыка, громкость которой лишь немногим уступала обычному разговору.
— Разумеется, нет, — заверила доктор, глядя на Петра с лёгким подозрением. — Я и сама очень люблю что-нибудь послушать на фоне, когда долго работаю.
— Рад, что у нас с вами такое взаимопонимание, — произнёс Пётр, медленно поднимаясь из-за стола. — Приступайте, доктор Простович. Время у нас ограниченно.
Пётр обогнул стол с правого боку и остановился у противоположной его стороны, оперевшись на край рядом с доктором. А она в свою очередь всё с тем же сомнением во взгляде принялась рассказывать о наиболее перспективных с её точки зрения направлениях исследований и практических разработок.
— … вот поэтому «Зимний Солдат»… — озвучила она шифр одного из проектов, когда Пётр медленно наклонился к её левому уху.
— Продолжайте говорить, — шёпотом произнёс он, — и слушайте меня очень внимательно.
На мгновение доктор замолчала от неожиданности, но затем, встретившись с ним глазами, быстро взяла себя в руки и продолжила речь лишь саму малость переменившимся голосом. Актрисой ей, конечно, было не стать, но для задуманного Петром хватало и этого.
— Отвечать мне будете кивками, — потребовал он следом. — Всё понятно?
Доктор, не прерывая своего рассказа, кивнула.
— Хорошо, — так же кивнул Пётр. — Я вверил в ваши руки самое дорогое, что у меня есть — жизнь Ульяны. Вы же отдаёте себе отчёт, насколько высокий это уровень доверия?
Доктор Простович снова кивнула.
— Сейчас я хочу поручить вам ещё одно чрезвычайно важное задание, о котором не должен знать никто. Я повторяю, ни одна живая душа не должна быть в курсе того, что я вам сейчас скажу до тех пор, пока всё не будет выполнено. Это ясно?
Очередной кивок.
— «Чёрная Вдова», — перешёл Пётр к самой сути. — Она же всё ещё содержится в подземной лаборатории шестнадцатого ЦНИИ[2]?
Доктор после короткой заминки кивнула.
Это тоже был её проект. По крайней мере, сейчас. Она стала его руководителем примерно три года назад, хотя сам по себе он был начат намного-намного раньше. Доктор Простович его лишь унаследовала.
— Мне нужно с ней встретиться, — продолжил Пётр. — Сегодня ночью. Вы мне эту встречу организуете. Проведёте меня внутрь. Но не как Верховного лидера. А как, скажем, вашу личную охрану.
Доктор замотала головой, пытаясь сказать, что не может этого сделать.
И Пётр понимал её сомнения.
Одно дело, когда на территорию военного научно-исследовательского института хочет пройти глава государства, и совершенно иное, если это пытается сделать некто посторонний. За подобное нарушение доктору Простович полагался вполне реальный срок, а то и кое-что похуже.
— Не переживайте, доктор, — постарался успокоить её Пётр. — Все последствия я возьму на себя. Когда всё вскроется, а оно обязательно вскроется, вам ничего не будет угрожать. Вы всего лишь исполните мой приказ. Никто и ни в чём не сможет вас обвинить. Просто не посмеют.
По одним только взирающим на него из-под очков глазам Пётр прекрасно видел, насколько малоубедительными показались доктору его слова. Ожидаемые волнения. Но и давать ей на раздумья всё время этого мира Пётр тоже не стал.
— Ещё раз, доктор. Это мой приказ, — чуть более твёрдо сказал он. — Вы хотите сказать, что отказываетесь его исполнять?
Доктор Простович снова запнулась в своём рассказе, но, глубоко вдохнув, мотнула головой и продолжила говорить.
— Значит, мы друг друга поняли? — спросил Пётр, дабы закрепить их договорённость.
Доктор Простович вновь кивнула.
— Сегодня в час ночи, — назвал Пётр точное время, — я приеду к вашей квартире на машине. Будьте готовы и заранее договоритесь, чтобы нас пустили в ЦНИИ. Причину ночного визита придумайте сами. Вы умная женщина. Справитесь.
Ещё один кивок. На сей раз уже последний.
Пётр выпрямился, посмотрел доктору Простович в глаза, и, так же кивнув ей в ответ, вернулся на своё рабочее место.
— Да, доктор Простович, — сказал он уже с нормальной громкостью. — Должен признать, что вы, действительно, правы. Полагаю, мы сможем выделить вам дополнительные финансовые и человеческие ресурсы, чтобы облегчить и ускорить вашу работу. В конце концов, это же всё на благо нашей с вами страны, не правда ли?
  
— Только и исключительно, — подтвердила доктор Простович. — Всё ради благополучия Евразийской Федерации.
— Приятно видеть в рядах нашей научной элиты подобную самоотверженность и верность родине, — заключил Пётр, сцепив перед собой руки. — Будьте уверены, я это очень ценю. У меня ещё остались вопросы, касаемого Зимнего Солдата и прочего, но их я вышлю вам по почте. Подготовьте ответы в течение недели.