(не) Пара Его Величества. Связанные судьбой (СИ)

Я молча отступила в сторону, пропуская пожилого атланта внутрь, но при этом мысленно активировала боевые руны на плече. На всякий случай. Впрочем, и Шэратан был рядом. Краем глаза я заметила, как он бесшумно растворился в гардеробной, но дверь оставил приоткрытой ровно настолько, чтобы слышать каждое наше слово.
Это успокаивало.
— Что привело вас в мои покои в такой час, почтенный? — поинтересовалась я и жестом предложила жрецу кресло.
  
А также махнула рукой в сторону стоявшего на столе серебряного кувшина с водой и блюда с фруктами, но он остался стоять, окидывая спальню изучающим взглядом. Его взгляд на мгновение задержался на моей кровати, которая, как назло, выглядела помятой и небрежной. Брини тоже проснулась от шума и сейчас с глупым, наглым любопытством уставилась на незваного гостя своими золотистыми глазами. Подергав носом, она устало зевнула, во весь рот, и, фыркнув, затопала лапками по подушке, вновь укладываясь поудобнее.
— Прекрасная нэарэ… — он растянул слова и вновь улыбнулся. — Все до безобразия просто: я пришел, чтобы узнать, какие именно отношения связывают вас и господина Шэратана.
— Кажется, сегодня вы получили исчерпывающий ответ на свой вопрос лично от Его Высочества.
— О, да, нэарэ, получил, — он почтительно склонил голову. — Однако старику захотелось услышать это и из ваших собственных, столь прелестных уст. Скажите, вы — его наяра?
Наяра? Это еще что за зверь? Если с «нэарэ» я уже смирилась, зато новое, похожее, но явно иное слово ввело меня в полный ступор. Друг?.. Враг?..
— Наложница, — подсказал жрец, правильно истолковав мое замешательство. — Девушка для любовных утех. У наследника впечатляющий гарем, не удивительно, что его привлекла такая юная и прекрасная девушка. И я подумал...
— Я поняла, — сухо отрезала я, чувствуя, как по щекам разливается горячая краска унижения. — Нет. Я никогда не делила ложе с принцем. И не собираюсь этого делать.
Зловещая тишина из гардеробной еще никогда не казалась такой громкой и угрожающей. Тартар! Шэр был прав: не стоило пускать жреца в комнату.
Нэарэ и наяра…
Кстати, интересно, сколько таких «случайных» путаниц между этими словами случалось за историю Атлантиды? Что-то мне подсказывает, что очень, очень много.
— В таком случае, что же вас связывает? — не унимался Олфирин, и в его голосе зазвучали нотки искреннего любопытства.
— Первое задание, — пояснила я, переводя тему. — Думаю, вы уже заметили, что я — друид. И мне нужно доставить ранее невиданное животное в Императорский зверинец.
— О, вы одна из тех несчастных выпускниц этого года? — оживился старик. — Как же, я наслышан об этой варварской римской традиции.
— Какая есть, — буркнула я и торопливо завершила рассказ. — За одну небольшую услугу, Его Высочество был так добр, что позволил нам присоединиться к нему и обещал посодействовать в выполнении моего задания.
Я намеренно не стала вдаваться в подробности о клятве на крови и о том, что на самом деле это он обязан оставаться с нами. Не будем ронять королевский авторитет.
Хотя, может, и стоило. Ишь, гарем там у него, оказывается, впечатляющий!
— Это правда: таких редких и удивительных животных, как в Атлантиде, на землях Империи вы не найдете, — согласился Олфирин, и в его глазах мелькнуло удовлетворение. — Его Высочество действительно весьма добр и милосерден к чужеземцам.
— Это правда… — кивнула я, помимо воли припоминая все, что связывало нас в этом долгом и безумном путешествии из Рима в Клонтибрет, а оттуда — в проклятую Фодину. И не смогла сдержать любопытство, закинув наживку. — Похоже, его отец хорошо воспитал сына.
Молчание из гардеробной стало таким показательным, что мне оставалось лишь надеяться, что Олфирин, увлеченный возможностью поговорить, ответит прежде, чем нам двоим прикажут заткнуться.
— Его мать, прекрасная кириэ Лилиана, умерла, даря ему жизнь, — горько покачал головой старик, и в его голосе прозвучала неподдельная скорбь. — А отец… Его Величество отправился в Аид, когда принцу было всего пять лет. Так что воспитание юного наследника легло на плечи патриархов Дома Рассекающих Волн и, конечно же, нас, преданных слуг Посейдона.
— Ничего себе, — пробормотала я, представив эту толпу наставников: старых, суровых, поглощенных политикой мужчин, среди которых вряд ли были те, кто по-настоящему заботился о мальчике как о личности, а не о будущем престолонаследнике. В таком случае, даже удивительно, что он вообще вырос… более-менее нормальным. Ну, для будущего короля Атлантиды.
— Такова воля богов, — развел руками жрец. — Даже короли не могут обмануть судьбу.
— Это точно…
— Благодарю за то, что удовлетворили любопытство старика, — Из широкого рукава его хламиды вдруг скользнула небольшая серебряная статуэтка в виде морского конька. Он заботливо поставил украшение на столик и и улыбнулся. — А это мой маленький подарок для вас. Нет-нет, не отказывайтесь, нэарэ. Чистое серебро и на нем благословение самого Посейдона! В Атлантиде вы всегда сможете найти меня в главном храме. Я буду рад помочь. Спокойной ночи.
Он ушел так же тихо, как и появился. Я закрыла за ним дверь, повернула ключ и облегченно выдохнула, прислонившись лбом к прохладному дереву. Я повернулась, чтобы позвать Шэра, и буквально врезалась в него.
Он стоял прямо за моей спиной, вынырнув из тени без единого звука. Его лицо было напряженным, а в синих глазах бушевала настоящая буря. Он окинул меня взглядом, с головы до ног, приложил палец к губам и взял со столика статуэтку.
На первый взгляд украшение выглядело цельным, но ловкие пальцы атланта каким-то образом сумели найти скрытую пружину. Раздался щелчок и морской конек распался на две половинки, а внутри оказалась жемчужина: странного зеленого цвета, идеальная, крупная.
Шэр покрутил ее в пальцах, с усилием сжал, и она лопнула, рассыпаясь на мелкую зеленоватую пыль.
— Прослушка… Довольно грубая. Если будет спрашивать, скажешь, что забыла «подарок» в посольстве. — Он поднял на меня взгляд и его голос прозвучал низко и жестко. — И, нет. Я не дам тебе развод.
Из меня будто выбили воздух.
Что?..
И про этого человека я только что думала, что он вырос нормальным? Беру свои слова назад!
— Тогда зачем ты вообще мне про это рассказал?! — я мгновенно закипела, и гнев хлынул через край, жгучий и горький. — Чтобы помахать морковкой, как перед носом осла и тут же ее забрать?! Полюбоваться, как я обрадуюсь, а потом с удовольствием наблюдать, как надежда угасает?!
— Стоп! — он резко поднял ладони в умиротворяющем жесте. — Пожалуйста, Роксана, дай мне договорить. Я не хочу быть твоим тюремщиком. У меня есть три причины, и я прошу, чтобы ты их выслушала.
— Неужели? — я скрестила руки на груди, отступая на шаг, создавая хоть какую-то дистанцию. — Ладно, слушаю. Порази меня в самое сердце.
«Дипломат, вакхов» — добавила я про себя.
— Во-первых, я просто не знаю, как это делается, — его голос прозвучал с редкой для него долей неуверенности. — Мне нужен доступ к архивам и королевской библиотеке, не предназначенной для чужих глаз. К тому же, я не уверен, что на землях Империи этот ритуал вообще возможен. Как ты сама сегодня заметила: мы не в Атлантиде. Здесь действуют римские законы и родовая магия подчиняется иным правилам.
Я вспомнила лекцию, которую сегодня прочитала мне Сильвия о богах и Великом исходе атлантов, и невольно кивнула. Если уж им когда-то приказали убраться с континента за проступок, к которому они не имели прямого отношения, то вряд ли их высшая магия будет работать так же свободно на чужой земле.
  
— Допустим, — с неохотой выдохнула я. — То есть это означает, что ты не дашь мне развод прямо сейчас, но…
— Дослушай, будь добра, — его взгляд резанул, как клинок, заставив меня замолчать. — Во-вторых, хотя я и не знаю точных правил, я однажды, еще ребенком, видел, как мой отец использовал силу крови в другом ритуале… И я знаю точно, что после этого наступает чудовищный откат. Отец на несколько дней закрылся в покоях, обессиленный, и никого не принимал. Я сейчас не в том положении, чтобы оказаться беспомощным на неделю, понимаешь?