Последний вольный (СИ)

Мое сердце пропустило удар, а потом забилось где-то в горле.
То, о чем просил Левашов, было не просто наймом. Это был государственный переворот в миниатюре. Он хотел получить супероружие в обход официальных процедур, используя меня как отмычку и, если придется, как убийцу своих же коллег.
— Команда знает об этом? — хрипло спросил я.
— Как я уже сказал: условия вашего найма касаются только нас двоих. — Левашов смотрел на меня спокойным, немигающим взглядом удава.
  
Я кивнул.
— Вас встретят. А теперь ступайте. Развлекайтесь. Наслаждайтесь вечером… пока можете.
Он отвернулся к окну, наблюдая за дуэлью внизу. Аудиенция была окончена.
Я вышел из кабинета, стараясь не смотреть на занесенные секиры серебряных Волотов. Сердце колотилось, но я не подавал виду. Когда выбрался на галерею второго яруса, гул толпы внизу показался мне самой сладкой музыкой на свете. Я шел быстро, почти бежал, желая только одного — оказаться как можно дальше от Левашова и его ручной мертвой девочки.
Кто-то окликнул меня по имени. Я проигнорировал.
Тяжелая рука легла мне на плечо, и я развернулся на пятках, натыкаясь на недовольное лицо Сергея.
— Ты оглох? — процедил он. — Мне нужно, чтобы ты…
Большинство магов брезгуют физическим насилием. Они считают, что кулаки, это для плебеев, когда можно ударить заклинанием. Я — не большинство. Школа выживания у Волкова вбила в меня рефлексы уличного бойца раньше, чем я выучил первую руну. Я был на взводе, нервы были на пределе, и прикосновение Сергея стало последней каплей.
Я не стал тратить время на разговоры, поэтому…
Спина Сергея впечаталась в дубовую панель стены с глухим стуком, выбившим из него дух. Я прижал его предплечьем к горлу, и на этот раз не сдерживался.
— Ты, сука, — прошипел я ему в лицо с расстояния в пару сантиметров. — Ты был в курсе? Если бы я сел в то кресло, если бы я не договорился… что бы ты сделал? Перешагнул бы через мой труп?
— О чем ты… — захрипел Сергей, пытаясь ослабить хватку. В его глазах плескался искренний шок и страх.
— Сколько ты знал?
— Ты спятил! Отпусти!
— Что тебе сказал Левашов?! — я вдавил руку сильнее. — Про Машеньку? Про Мавку за спиной?
— Я не знаю! — По виску Сергея покатилась капля пота. — Ему нужен был консультант! Видящий! Это всё, что он сказал!
— Ты меня за идиота держишь? — рыкнул я. — Его цепная тварь ждала приказа свернуть мне шею! Что бы ты написал в отчете? Что я поскользнулся на паркете? Что у меня сердце прихватило?
— Что? Там никого не было!
Я смотрел в глаза своего бывшего друга и видел там только ужас. Он был напуган до смерти. И с горьким удивлением я понял: он не врал. Точнее, он врал самому себе. Сергей был трусом. Карьеристом, который предпочитал закрывать глаза на грязь, лишь бы костюмчик сидел. Забавно, как можно знать человека десять лет, а потом одна мелочь вскрывает его суть.
Выдохнув разжал руку, и Сергей отшатнулся, хватаясь за горло и кашляя.
— Ты идиот, Сережа, — тихо сказал я, вытирая ладонь о пиджак. — Ты говоришь, что не знал, на кого работаешь? Я не верю. Ты знал. Ты просто не хотел об этом думать. Как всегда. Прятал голову в песок, пока другие делали грязную работу.
Я покачал головой.
— Ты совсем не изменился.
— Я не понимаю, о чем ты… — начал он, но его глаза бегали. Он знал, что я вижу ложь насквозь.
Я развернулся и пошел прочь. На галерее остановилась пара гостей, наблюдая за сценой с бокалами в руках, но мне было плевать. Пусть шепчутся. К утру вся Москва будет знать, что Курганов чуть не придушил адъютанта Совета. Репутация психа мне сейчас только на руку.
Галерея опоясывала весь зал. Я шел, опираясь рукой на кованые перила, и постепенно ритм шагов успокоил дыхание. Арочные своды над головой давили, но вид внизу, на море огней и людей, завораживал.
Я вернулся мыслями к разговору в кабинете. Теперь я понял, о чем предупреждал Гера. Я никогда не любил Совет, считал их бюрократами и лицемерами. Но я был слеп. Я не понимал масштаба угрозы. Левашов не бюрократ. Это урод, который готов открыть врата в Ад, лишь бы стать королем пепла. И теперь я — между молотом и наковальней.
Почувствовал чужое присутствие слева и резко обернулся, готовый ударить.
В паре шагов от меня стоял неприметный мужчина. Серый костюм, серое лицо, залысины. Типичный бухгалтер или аудитор.
— Господин Курганов? — голос у него был тихий, вежливый, но с твердыми нотками. — Позволите пару слов?
— Зависит от слов, — буркнул я, не расслабляясь.
Я просканировал его будущее. Никакой прямой агрессии. Ножей в рукаве нет. Но линии вокруг него были тугими.
Мужчина позволил себе тень улыбки.
— Полагаю, ваша беседа с боярином Левашовым прошла… насыщенно. Я хотел бы предложить свою помощь. Если вы готовы слушать.
— Да неужели? — Я отвернулся к перилам, снова выискивая в толпе Лесю. — Знаете, я сегодня уже наелся «помощи» досыта. Спасибо, не надо.
— Я понимаю ваш скепсис. Однако, думаю, вам стоит уделить мне минуту. Это вопрос выживания.
Последнее, что мне было нужно — это еще один бюрократ, желающий использовать меня как отмычку. Но этот тип, по крайней мере, не угрожал мне расправой прямо сейчас.
— Валяйте, — бросил я, не глядя на него.
Вот она. Леся стояла чуть в стороне от танцпола, в центре небольшой группы. На ней скрестились взгляды. Платье от Изольды работало — она выглядела неземной, загадочной. Какая-то дама в черном что-то ей говорила, и Леся улыбалась — немного натянуто, но уверенно. Я выдохнул. Цела.
— …заинтересованы? — донесся до меня голос собеседника.
— Простите, что?
— Как я уже сказал, — терпеливо повторил «бухгалтер». — Левашов, не единственный игрок в Совете. И его амбиции… беспокоят многих. Если вас смущают условия вашего контракта с ним, я мог бы предложить альтернативу.
Я вздохнул и повернулся к нему.
— Дайте угадаю. В рамках этой «альтернативы» вы или ваша фракция получаете Клинок и Ключ, а я — похлопывание по плечу и возможность не сдохнуть?
— Мы бы предпочли, чтобы наследие Предтеч оказалось под надежным замком, а не в руках безумца, готового открыть Навь.
— Я уверен, что предпочли бы. — Я смерил его взглядом. — Послушайте, господин…?
— Бельский.
— Господин Бельский. Я уже сбился со счета, сколько кланов и фракций хотят эту железку. Чем вы отличаетесь от остальных?
— Во-первых, — спокойно произнес Бельский, поправив очки, — мы не держим Мавок в качестве секретарей. И не угрожаем убить вас, если вы откажетесь. Я уверен, вам уже пришло в голову, что быть «лишним свидетелем» в планах Левашова — позиция крайне шаткая? Как только вы найдете то, что он ищет, вы станете расходным материалом.
Впервые я посмотрел на него серьезно. В этом невзрачном человечке чувствовалась стальная воля. Он был похож на черного дрозда среди павлинов, но дрозда, который знает, где зарыты все трупы в саду.
— Вы, кажется, много знаете о приватном разговоре в звукоизолированном кабинете.
— У провидцев нет монополии на информацию, господин Курганов. Аналитика и дедукция иногда работают лучше магии.
— Вы из Совета?
— Я представляю… консервативное крыло. Тех, кто считает, что худой мир лучше доброй ссоры с богами. Левашов хочет использовать Клинок как оружие. Мы хотим его уничтожить. Или спрятать так глубоко, что даже память о нем исчезнет.
— И зачем вам я? У вас же большинство.
— К сожалению, большинство Совета хочет не спасти мир, а урвать кусок власти. Нам нужен человек, который сможет найти артефакт раньше Левашова. И раньше Темных.
Я фыркнул.
— Это смешно. Вы хоть знаете, что это за штука?
  
— У нас есть заботы поважнее, чем выглядеть глупо, — отрезал Бельский. — И, как я уже сказал, мы можем прикрыть вашу спину.
Внезапно мой внутренний радар взвыл сиреной. Чувство опасности кольнуло так остро, что я чуть не перевалился через перила.
Я посмотрел вниз.