Последний вольный (СИ)

Лиза моргнула, её выражение лица на секунду изменилось непониманием, но она тут же восстановила самообладание и поспешила следом, цокая шпильками по паркету.
— Так здорово наконец встретиться с вами! — защебетала она, пытаясь заглянуть мне в лицо и поймать взгляд. От неё пахло чем-то сладким и дурманящим. — Сейчас все только о вас и говорят.
— Потрясающе.
— Я бы очень хотела поговорить с вами. Наедине. — Лиза прижалась плечом к моему рукаву, глядя на меня манящими, широко распахнутыми глазами, в которых читалось обещание всех грехов мира. — Может, отойдем в нишу? Буквально на минутку?
  
Леся наблюдала за этим цирком сначала с недоумением, а потом её лицо пошло красными пятнами раздражения.
— Алло, гараж! — рявкнула она, дернув меня за руку. — Я вообще-то тоже здесь стою.
Лиза скользнула по ней брезгливым взглядом, как по пустому месту, и снова повернулась ко мне, надув губки.
— Максим? Ну пожалуйста?
— Прости, куколка, — отрезал я холодно. — Мы заняты. У нас свидание с судьбой.
Я крепче перехватил руку Леси и потащил её вправо, огибая стол с закусками и группу «пиджаков», обсуждающих курс магической валюты. Лиза осталась стоять посреди зала, хлопая ресницами.
— Туда, — я кивнул на массивную колонну, возвышающуюся над толпой.
Леся бросила на меня вопросительный и немного злой взгляд.
— Кто это была? Очередная твоя… знакомая?
— Понятия не имею. Честно. Скорее всего, наживка от одного из кланов. Или просто охотница за адреналином.
Я указал на просвет за колонной.
— Мы ищем арку. Белый камень, резьба, высота метра два. Когда увидишь её…
— Постойте! — донесся сзади обиженный крик Лизы. Она пробивалась сквозь толпу, расталкивая гостей локтями и выглядя уже не столько соблазнительно, сколько жалко. Я закатил глаза.
— Ты уверен, что не знаешь её? — переспросила Леся, скептически подняв бровь. — Она так смотрит, будто ты ей алименты должен.
Я тяжело вздохнул.
— Знаешь, еще три дня назад на меня в этом городе даже бродячие собаки не смотрели. А теперь я — главный приз на ярмарке. Этот образ «Мистера Популярность» начинает утомлять.
Толпа расступилась, и я наконец увидел то, что искал: Дуэльный Тракт.
Два тонких, изящных столба из серебристого металла, похожего на лунную сталь, поднимались вверх, напоминая гигантские камертоны. С нашей стороны стояла арка из белого мрамора, покрытая рунами, которые светились мягким голубым светом.
У входа дежурил маг-распорядитель в расшитом золотом кафтане. Он поднял на нас тяжелый, оценивающий взгляд, когда мы приблизились.
— Добрый вечер. Желаете бросить вызов?
— Всё ровно, — бросил я распорядителю. — Нам не нужен бой. Нам нужен только Порог. Сбросить лишнее.
Маг в кафтане равнодушно пожал плечами, звякнув золотыми позументами. Ему было плевать, зачем мы здесь, лишь бы не забрызгали кровью паркет.
— Ваше право. Арка свободна. Прошу.
— Дуэль? — испуганно прошептала Леся, когда он отошел, поправляя пояс.
— Нет, — отрезал я.
Я положил ладонь на испещренный рунами камень арки. По внутреннему контуру проема побежало слабое, серебристое свечение, похожее на морозный иней. Камень под рукой завибрировал, отзываясь на призыв.
— Прикрой меня. Смотри в оба, чтобы никто не подошел со спины.
То, что здесь называли «Фантомными поединками» — это вегетарианская альтернатива старой доброй магической резне. Вместо того чтобы кидаться фаерболами и варить друг другу мозги, дуэлянты используют жезлы-концентраторы. Бьют не по телу, а по ауре. Больно, унизительно, но не смертельно.
Официально Совет на каждом углу кричит, что «Суд Божий» (смертельные дуэли) — это варварство и пережиток темных веков. Но мы-то знаем правду: несмотря на все их лицемерные улыбки, реальный авторитет в Москве по-прежнему добывается кровью, а не очками на табло. Фантомные бои — это спорт, фитнес для магов, чтобы не заплыть жиром.
А эта арка — «Порог Чистоты». Это фильтр. Жесткий и бескомпромиссный. Она создана для того, чтобы хитрожопые дуэлянты не входили в круг, заранее обвешанные невидимыми щитами и усилителями. Проходя сквозь неё, ты теряешь всё наносное: активные заклинания сдираются.
Активировать её вручную для сторонней задачи не опасно, но чертовски муторно. Это требует адской концентрации и вливания силы. Одно неверное движение, один лишний взгляд в сторону, и капризный механизм сбросит настройку, заставив начинать всё с нуля. А времени у нас не было.
Разумеется, именно в этот момент, как черт из табакерки, снова нарисовалась Лиза.
— Вы здесь, — выдохнула она, хватаясь за бок. Дыхание сбито, на лбу испарина. Она заметно прихрамывала, шпильки за пятьдесят тысяч не предназначены для кросса по паркету с препятствиями. — Эм, не могли бы вы…
— Слушай, Лиза, — процедил я сквозь зубы, не отрывая взгляда от рун на арке и не убирая ладони с камня. Поток силы шел туго. — У нас тут технический перерыв. Не до тебя.
— Поверь мне, куколка, — вклинилась Леся, и в её голосе я услышал ту самую ядовитую улыбку, которой обычно улыбаются перед дракой. — Ты не хочешь стоять ко мне так близко. Испортишь карму и прическу.
— Нет, я… — Лиза судорожно вздохнула, в её глазах виднелась паника. — Я не могу уйти.
— Это еще почему? — спросила Леся без тени сочувствия. Она стояла между мной и блондинкой, как цепная овчарка в шелках.
— Мой Хозяин хочет говорить с ним. Он велел привести его.
— Какой еще хозяин? Карабас-Барабас?
— …Михаил.
Имя царапнуло память. Что-то старое, тяжелое, из времен, когда кланы резали друг друга в открытую. Но я был слишком сосредоточен на накачке аннулятора, чтобы рыться в архивах памяти.
Я закончил формулу, влил последний импульс и отдернул руку, отступая на шаг.
Арка отозвалась низким, утробным гулом. Серебристое свечение заполнило проем, похожее на жидкое зеркало или ртуть. Ей нужно было пару минут, чтобы набрать полную мощность.
— Кто? — переспросила Леся, нахмурившись. — Ты его не знаешь? — удивилась Леся, не сводя с блондинки подозрительного взгляда.
— Лично — нет. Бог миловал. — Я повернулся к Лизе, сверля её тяжелым взглядом. — А вот почему ты перед ним на задних лапках скачешь, вопрос интересный.
Лиза уставилась на неё, потом на меня, и в её глазах мелькнула затравленность.
— Всё нормально, — бросил я Лесе, не отпуская визуальный контакт с девицей. — Я и так знаю, чего хочет этот перец. Он хочет того же, что и все в этом зале. Власти. — Я шагнул к Лизе. — Вопрос в том, знаешь ли ты, во что вляпалась.
— Эм…
— Моя подруга задала правильный вопрос. Почему ты выполняешь его приказы? На тебе долг? Клятва крови? Или он просто держит твой паспорт?
— Я… — Лиза облизнула пересохшие губы, и слой дорогой помады не скрыл, как они дрожат. — Послушайте, пожалуйста, вы должны пойти. Он будет… он очень не любит ждать.
— Мы никому ничего не должны, — с раздражением отрезала Леся. — Кроме банка по ипотеке.
Гул от арки за спиной внезапно оборвался. Я оглянулся. Проем заполнился плотным, серебристым туманом, который светился ровным, холодным светом. «Порог» был готов.
— Ладно, время вышло, — сказал я Лесе. — Иди. Не бойся, это просто душ для ауры.
Леся бросила последний, уничтожающий взгляд на блондинку, потом решительно шагнула к арке.
— Пожалуйста, — тихо проскулила Лиза. В её голосе больше не было ни капли флирта, ни грамма той светской львицы, которую она пыталась изображать. Передо мной стояла просто перепуганная насмерть девчонка. — Просто пойдемте. Я слишком долго вожусь. Он будет в ярости.
Это сделало её куда убедительнее любых ужимок. Страх — самая честная валюта в нашем мире.
  
Я перевел взгляд с удаляющейся спины Леси на девушку передо мной. Впервые я посмотрел на неё не как на помеху, а как на жертву.
— Послушай меня, Лиза. Внимательно послушай. Я не знаю твоего хозяина в лицо, но я прекрасно представляю, что он такое. Чернокнижники вроде него, людей за людей не считают. Мы для них — расходник. Если ты реально хочешь, чтобы я тебе помог, скажи мне, что он задумал. Прямо сейчас.