Развод. Месть по-королевски (СИ)

Десять тысяч?! На первое время. Милостыня.
Он думает, что я, привыкшая к куда более внушительным суммам, тут же переменю своё решение и приползу к нему на коленях?!
Как бы я его ни любила, сейчас ненавидела не меньше!
Я разорвала записку пополам и бросила клочки в урну. Карту сунула в карман: деньги мне понадобятся, эта подачка станет подспорьем в грядущем противостоянии.
  
Камера хранения находилась в подвале. Три больших чемодана и коробка с личными вещами. Вся моя прежняя жизнь поместилась в багажнике такси.
Водитель, молодой парень с добрыми глазами, помог мне загрузить вещи:
– Переезжаете?
– Можно и так сказать.
– Куда вас отвезти?
Я задумалась ненадолго. К друзьям? Большинство наших знакомых были связаны с бизнесом Кости – коллеги, партнёры, клиенты. Им нельзя было доверять. А близких подруг у меня так и не появилось за эти годы. Я всегда была одиночкой, человеком, который лучше понимает код, чем людей. Те немногие знакомые, что остались с университета, давно стали чужими, я была слишком поглощена работой и супругом, чтобы поддерживать дружбу с ними.
Ко всему прочему, я была уверена, Константин заблокировал все мои счета. А то, что было у меня, нужно беречь для реализации плана мести.
Решение пришло быстро: я достала телефон и быстро нашла в интернете подходящее место с приемлемым количеством звёзд и неплохими отзывами. Хостел "Рублёвка" возле метро "Беляево". Восемьсот рублей за койку в общей комнате. Максимально далеко от моей прежней жизни.
– На Профсоюзную, 56.
  
Глава 3
 
Хостел встретил меня запахом немытых носков, дешёвой лапши быстрого приготовления и чего-то ещё – кислого, застарелого. В общей комнате на восемь человек я была единственной постоялицей старше тридцати. Остальные являлись студентами, туристы с рюкзаками, молодые люди, для которых ночёвка в хостеле была приключением, а не падением.
Моя койка находилась у окна. Вид на парковку и мусорные баки. Матрас продавленный, подушка пахла чужими волосами, постельное бельё было чистым, но застиранным до серости.
Я села на край кровати, окружённая тремя чемоданами с остатками роскошной жизни, и почувствовала, как реальность, наконец, настигла меня. Ещё вчера я спала в кровати за триста тысяч рублей под египетским хлопком. Сегодня на койке, которая стоит дешевле моей ночной рубашки.
Соседка по комнате, девочка лет двадцати с дредами и пирсингом в носу, с любопытством смотрела на мои дорогие чемоданы:
– Ты из богатых?
– Была, – коротко ответила я.
Она кивнула с пониманием, как будто падение с финансового олимпа было обычным делом.
– Меня Кира зовут. А тебя?
– Арина.
– Классное имя. Надолго к нам?
– Не знаю пока.
Кира пожала плечами и вернулась к своему ноутбуку – древнему ThinkPad, заклеенному стикерами панк-групп.
Механически, словно робот, я поставила чемоданы за изголовье кровати, я знала, что там: дорогие платья, которые я иногда надевала на особенно важные встречи, где в привычных блузках и джинсах появляться было неуместно; туфли за сотню тысяч; украшения, их я выну завтра утром и отнесу в банк, положу в ячейку для хранения.
В коробке же лежали фотографии. Наша свадьба. Отпуск в Тоскане. Я за компьютером, Костя рядом с чашкой кофе, именно тогда мы придумали название "Хронос". На всех снимках я выглядела счастливой. Идиоткой, но счастливой.
Я перевернула коробку, вытряхивая остатки. И замерла.
Рабочего ноутбука не было.
Кинулась к чемоданам. Перерыла всё, вывернула каждый карман, проверила каждую папку. Ничего. MacBook Pro, на котором были резервные копии всех моих проектов, личные файлы, старые версии "Хроноса" – всё это исчезло вместе с ноутом.
Костя его украл. Вероятно, уничтожил.
Слёзы потекли по щекам сами собой. Не от обиды, от бессилия. Без компьютера я была как хирург без инструментов, как художник без кистей. Голыми руками против империи не пойдёшь!
– На, выпей, – перед лицом появился стакан с водой. Надо мной стояла Кира и сочувственно смотрела на меня и на разбросанные вокруг дорогие шмотки, среди которых, правда, было больше кофт, джинс и футболок.
– С-спасибо, – икнула я и жадно выпила холодную воду. Чуть отпустило. В желудке противно заурчало, сегодня я лишь позавтракала. Надо бы заварить себе дошик.
– Начинать с нуля всегда тяжело. Но ты жива и здорова, а это уже немало, – проницательно добавила девушка и вернулась на свою кровать.
Я задумчиво посмотрела ей вслед и всё же смогла взять себя в руки. Соседка права – моя голова осталась при мне и никто не сможет отнять у меня мои мозги! С этой мыслью я встала и принялась собирать разбросанные вещи назад в чемоданы.
Управившись, села на кровать и достала телефон. Сначала проверила банковское приложение, и пусть я ожидала нечто подобное, сердце всё равно предательски ёкнуло. Все общие счета заблокированы. На личном осталось сорок семь тысяч – остатки последней зарплаты. Костя действовал методично, отрезая все пути.
Открыла контакты, нашла номер Светланы Борисовны, юриста, с которой мы работали над патентами. Набрала, борясь с вдруг накатившим головокружением.
– Арина? – голос был настороженным.
– Да, я. Света, прости, что звоню во внеурочное время, но мне нужна помощь. Константин меня обокрал…
– Стоп, – перебила она. – Арина, я не могу в это вмешиваться. Костя мой клиент. Давний и очень важный клиент.
– Но ты же знаешь, кто на самом деле создал "Хронос"! – в моём голосе, как я ни старалась, всё равно прорезалось отчаяние.
– Знаю только то, что указано в документах. Извини.
Гудки. Она сбросила.
Я откинулась на подушку, чувствуя, как кружится голова.
Начала мысленный отсчёт, пытаясь совладать с эмоциями, с тем холодом, что острыми когтями царапал нутро, заставляя болезненно сжиматься сердце. И сама не заметила, как уснула…
Утро красит нежным светом… Где-то оно, вероятно, что-то действительно красит, здесь же я проснулась оттого, что задыхалась в тесном помещении от жары и от бьющего в глаза света кем-то включённой лампы.
Посмотрела на экран телефона. Семь утра.
Желудок скрутило голодным спазмом. И я, кряхтя, как старушка, встала с кровати.
Пошла, умылась, благо очереди в ванную не было. Накинув куртку, вышла на улицу проветриться и заодно купить продукты. В круглосуточном ларьке неподалёку взяла буханку хлеба, колабсу, лапшу быстрого приготовления и пять пакетиков кофе три-в-одном. Сонная продавщица сложила мои покупки в прозрачный пакет-майку и протянула мне. Я, благодрано кивнув, отправилась назад в хостел.
Включив электрический чайник, села за стол. Итак, нужно понять, что происходит в мире, который я покинула всего несколько часов назад. Пальцы сами набрали в поиске «Romanov Motors». Первая же ссылка вела на свежую статью, опубликованную аккурат полчаса назад в деловом электронном журнале:
«IT-магнат Константин Романов и его муза Яна Лебедева на благотворительном вечере».
На фото сияющий Костя обнимал не менее счастливую Яну за талию. Это что же получается? Жену за порог и сразу же на вечеринку?
Нож и без того, торчавший у меня между лопаток, взял и провернулся. Новая волна боли едва не заставила меня застонать вслух – настолько было мучительно осознавать всю глубину совершённого им предательства.
«Именно поддержка Яны, ее вера в меня, помогли мне завершить главный проект моей жизни. „Хронос“ – это в каком-то смысле дитя нашей любви».
  
Дитя ИХ любви.
Он украл у меня не только код. Он украл нашу историю, наши слова, наши воспоминания и отдал их ей. Я начала задыхаться. Со свистом втянула спёртый воздух. И память, словно спасаясь от этого глянцевого кошмара, унесла меня туда, где всё было настоящим…