Санитары (СИ)

— Четыре! — Медведь хохотнул. — Я машина смерти! Мне нужна перезарядка.
Мы сманеврировали, меняясь местами с пикапом. Противники сели нам на хвост очень плотно, сорвав с места в том числе тех, кто перекрывал трассу.. Дерьмо.
Дорога пошла через лес — узкая, разбитая, с ямами. МПЛ подпрыгивал на кочках, но Оля держала скорость. При каждом рывке раздавался скрежет, и я болезненно морщился. Пикап ехал замывкающим, ДАлер из кузова продолжал палить из пулемета, не давая «воронам» подойти близко ко мне. Медведь наконец то защелкнул корпус пулемета, выпустив справа хвостик ленты и показав Далеру большой палец. Мы снова были готовы.
  
Один из джипов «воронов» попытался обогнать нас справа, по обочине. Медведь развернул турель, но не успел выстрелить — из леса вылетела громадная фигура. Здоровяк. Три метра ростом, покрытый чёрной бронированной кожей, с массивными руками. Мутант врезался в джип на полном ходу, словно таран. Грохот — машину подбросило, она перевернулась через крышу, покатилась кувырком. Взрыв. Столб пламени взметнулся в небо.
— Зомби! — заорал Медведь. — В лесу мутанты!
Я увидел их. Из-за деревьев выползали фигуры. Не обычные зомбари, а «здоровяки»–муты, причем хорошо измененные — те самые, трехметровые твари, гипертрофированно мускулистые, с непропорционально длинными руками. Их было десятка два, может, больше. Твари двигались на перехват, игнорируя нас и нацелившись на «воронов», открывших шквальный огонь по мутам.
Два джипа свернули, пытаясь объехать толпу. Один не успел — здоровяки облепили его, один схватил за бампер и просто перевернул машину. Другой оторвал дверь, вытащил стрелка и швырнул его в деревья. Крики. Стрельба. Мы уже не видели, чем это кончилось — ушли за поворот.
— Осталось шесть машин! — доложил Медведь. — Но они не отстают!
Если ничего не поменяется — нам не выстоять. Мы живы только до тех пор, пока в нас не разрядился пулемет на грузовике. Судя по стволу — там крупняк.
Кстати, а мы уже же около Бадатия? Пора попробовать еще разок связаться, вдруг нас услышат.
— Вова! Вова, приём!
Тишина. Потом треск и голос моего друга Боба, удивленный донельзя!
— Джей⁈ Какого чёрта… Где ты⁈
— Да вот, только что проехал мимо того места, где мы три дня ждали, когда ты превратишься в Лазаря, двигаемся в вашу сторону! — я старался говорить весело, но напряжение прорывалось. — У меня проблемы с птичками. Я надеялся стряхнуть их в Приморске, но не вышло.
— Птички — это что, «вороны»?
— Какой ты догадливый, Боб. Да, это наши старые «друзья». Они подмяли под себя почти всю территорию вдоль трассы к северо-западу и западу от Приморска. Мы пытались договориться, заплатили им, но вышел неприятный казус, и… короче, у меня на хвосте несколько их тачек и байков. Пару раз они нас атаковали, но Серёга и Медведь угостили самых борзых из пулемётов, и они пока притормозили. Создаётся ощущение, что они собираются меня куда-то загнать.
Я слышал, как Вовска разворачивает карту, переговаривается с кем-то.
«Вов! Где это место? Ого, почти возле Бадатия. Он что, чешет к деревне? Ты бы его предупредил»
— Женя! Женя! Ответь!
Я отозвался, но в этот момент сзади грянула очередь. Пули прошлись по крыше «Чероки», одна срикошетила, ударила в зеркало. Зеркало лопнуло.
— Я тут, говорить откровенно некогда, они опять лезут к нам, хотят отжать от поворота и заставить ехать в объезд Бадатия.
— Не едь к базе. Повторяю, не едь к базе, её больше нет.
— Повтори! Что значит нет?
— Потом! Жень, езжай туда, где Пряник остался без руки.
Я понял. Клиника, где мы тогда воевали с Шеином и тем странным мутом. Альтернативная база для нас. Ну хорошо. Интересно, что там с деревней случилось…
— Я понял тебя. Чёрт! Чёрт!
— Что такое?
Я видел в зеркало — пикап прошили очередью. Лобовое стекло превратилось в решето, Надя дёрнулась, голова её откинулась назад. Кровь. Кровь на лобовом, кровь в кузове. Много крови. Пикап начал терять скорость, виляя по дороге.
— Эти ублюдки, кажется, убили водителя моего пикапа. И ганнераЯ вижу только кровь на лобовухе, и машина теряет ход. Вов, я попробую их вытащить Конец связи.
— Стой! Стой!
— Что? — я был зол. Очень зол. Объяснил же…
— Мы выдвигаемся, но будь готов к тому, что вас перехватят раньше, чем мы успеем. «Вороны» уже свили гнездо и тут неподалёку.
— Охренеть у тебя новости, — бросил я и отключился.
Пикап терял скорость. Надя пыталась дотянуться до руля со своего места, но машина шла неровно, виляла. Медведь продолжал палить из ПКП, но боекомплект не вечный.
— МПЛ, не тормози! — крикнул я в рацию. — Я отстаю — подбираем людей из пикапа!
— Поняла! — Оля прижалась к правому отбойнику, чтобы обезопасится хоть с одного бока.
Чертов пикап отъездился, это было понятно. Салон прошило несколькими очередями, но часть из них прошла сквозь приборку дальше, в моторный отсек и крайне неудачно — разрушив или повредив гидросистему руля, от чего собственно машина и не могла повернуть — у Нади просто не хватало сил на проворот рулевого колеса.
Экипаж пикапа, к сожалению, тоже погиб на месте, ну, кроме Нади — даже со своего места явидел тело Пейна, лежащее на пассажирском месте с простреленной головой, и безвольно повисшего на пулемете Далера с тремя громадными кровавыми пятнами на спине в районе лопаток.
Увидев нашу машину, Надя бросила попытки хоть как-то рулить превратившимся в неуправляемый кусок металла автомобилем, и дернула вверх ручной тормоз. После чего, подхватив автомат и рюкзак Далера из кузова, через который и вылезла, неловко перепрыгнула борт и побежала в строну «Икса». И именно этот момент выбрал хитрый и внимательный враг, чтобы перейти в атаку.
Вороны к этому моменту перестроились и атаковали тремя группами. Первая — четыре машины — зашла справа, пыля по земле. Вторая, в которой было всего две тачки, зато обе с пулеметами — накрыла огнем «Икса» и бегущую к нему фигуру. А третья, состоявшая из нескольких эндур, кинулась на прорыв, проскакивая мимо джипа и окружая грузовик