Замуж за бомжа или фиктивный брак

С зубами тоже придется что-то решать. Но этим я займусь завтра, а пока пришлось заварить себе химозную картошку в пластиковой банке. Гадость страшная, но дед ничего, я его тоже угостил баночкой. Сожрали с голодухи все подчистую, даже вылизали.
На следующий день лучше не стало, чесался я страшно, таблетки не помогали, хотя я выпил уже штук пять. Но Павлик подтвердил, что блох у меня нет, когда я снова вызвал его ближе к вечеру.
  
– Тогда почему я чешусь? – завывал я, расчесывая себе шею.
– Вернитесь домой, Степан Викторович, там и все пройдет, – уговаривал меня Павлик. – Если нужно, пробегу я по площади голым, да и отец ваш звонил, волнуется. Спрашивал, чем таким вы заболели, что на работе не появляетесь.
– И что ты сказал?
– Сказал, что-то несвежее съели, – неохотно признается Павлик.
– Ну и ладно, а насчет химии ты прав, может, у меня на картофельный порошок аллергия, – протянул я задумчиво, вспоминая, что ел на завтрак.
– Так может, вам из ресторана еду привезти? Я мигом! – обрадовался Павлуша.
– Ну уж нет, пари так пари, – рявкнул я, выбираясь из «Мерседеса». – Павлик, а почему тут «Ритуал» написано? – увидел надпись на машине и золотистый венок на капоте.
– Внимания меньше привлекает и останавливают реже, – тут же объяснил секретарь.
– Да? Ну ладно, – с сомнением произнес я, направляясь в клинику.
С главного входа мне вход заращён, но, когда начальства не было, я заходил туда через приемный покой. Девочки на ресепшен подобрались хорошенькие, разговорчивые. Сам удивился, что глазки мне начали строить. Но я кремень, у меня Марьиванна в сердце и еще кое-где засела. Поэтому и пошел все разузнать о своей спасительнице, да так расстроился, что чуть на пари не наплевал. Это надо, замужем, вот прямо сердце кровью начало обливаться. И дети есть, кошмар. Я детей не особо перевариваю. Своих не имею, а чужих и подавно. Да и муж как бы мешает немного. Это лишняя трата времени, жену из семьи уводить. Нет, не буду я рушить чужое счастье. Придётся отказаться от любви всей своей бомжацкой жизни.
Понедельник начался для меня беготнёй по этажам клиники. Почему-то все считали, что именно я должен им что-то принести, будь то тяжелые узлы с грязным бельем, коробки с лекарствами, аппарат УЗИ таскал только три раза на второй, четвёртый и потом первый этаж.
К обеду устал так, что ноги отваливались, а тут еще этот с кишками. Одна радость была за главным врачом клиники ходить, я даже блокнот у кого-то стащил и ручку, чтобы перлы его записывать. Это надо выдавать такое! Входим в палату к больному, а того нет. Главный поворачивается к медсестре:
– Так и пишите в выписке: больного в палате нет – значит, состояние удовлетворительное. А раз койко-место пустует – то готовим клизму.
И ведь сделали клизму запыхавшемуся больному, что бегал покурить на улицу. Главный так и сказал ему:
– У меня обход, вас нет – клизма есть. Доходчиво объясняю?
Я вначале удивлялся, почему с таким подходом в клинике полно больных. И ведь люди сюда платно идут лечиться, деньги-то не маленькие. Однако терпят такое обращение покорно и с улыбкой. А потом понял, что ничего просто так главный не назначал. Каждого больного помнил и диагноз его знал. И больные за ним ходили как приклеенные. Обстановка в клинике была уютной, весёлой, семейной, что ли. Пока я этого мужика с кишками не увидел. Здесь я и понял, что не гожусь на роль медицинского персонала. Но ради Александры готов на всё, придётся потерпеть. Тем более она не замужем, радость-то какая!
 
Глава 8
 
Следующие дни я довольно часто видела своего бомжа. Выглядел он, надо сказать, вполне счастливым и довольным, да и Галина Михайловна его хвалила, даже начала подкармливать, таская что-нибудь вкусненькое из дома. Я же старалась избегать встреч с Ваней, потому что он меня волновал, а я уже отвыкла от внимания мужчин. Вроде бы молодая, а жизнью побитая. Мне только бомжа в женихах не хватало.
Однако Ваня был совсем другого мнения. Часто ждал меня после работы на крыльце, провожал до остановки, восхищался моим внешним видом, в общем, делал всё, чтобы понравиться. Я уже собиралась с силами, чтобы сказать ему, что между нами ничего быть не может, когда произошло то, что перевернуло мою жизнь на до и после.
Последний приемный день на неделе, я работаю до шести, сонная и немного вялая к концу дня, так как вчера было ночное дежурство. Я его провела на ногах, и уснуть мне не удалось. После часа ночи поступил пациент сострой болью, пришлось вызывать Любимова и готовиться к операции по удалению аппендицита. Затем привезли мотоциклиста, сына нашего клиента. Парень упал и повредил ногу, сломал в нескольких местах, сняв лоскут кожи. Ваня при этом едва устоял на ногах, а Любимов выгнал его из приемного покоя.
– Санитар, вашу мать, – ругался Сергей Геннадьевич, осматривая мотоциклиста. – Пусть привыкает, а то так и будет под ногами валяться каждую операцию.
И лишь к утру всё успокоилось, Любимов уехал домой, а я поплелась к себе в кабинет, намереваясь часок вздремнуть. Но у кабинета сидел совсем несчастный Ваня и так смотрел на меня, что пришлось впустить и отпаивать сладким чаем, слушать его болтовню.
– Я же не крови боюсь, а мяса этого, – хрустя сушкой и нервно сглатывая, объяснял бомж. – Вот в магазине лежит мясо на прилавке, пофигу вообще. Сожрать могу, шашлык нарезать и замариновать, а тут вижу и всё, в глазах темнеет, руки трясутся, ноги куда-то заваливаются…
– Не подходит тебе работа такая, да? – зеваю во все тридцать два, чуть не сворачивая челюсть. – Можно и на другую устроиться.
– Можно, вот заработаю, документы новые сделаю и буду искать, – с готовностью кивает Ваня, подливая себе еще чай. – Ты не переживай, я у тебя на шее сидеть не буду.
– Да я и не переживаю, с чего бы мне на нее садиться? – удивляюсь я.
– Ну как же, парень должен содержать свою девушку, -улыбается Ваня, забыв про темную щель между зубами.
И смешной такой он с этой улыбкой, что смеюсь в ответ.
– Ну конечно, хорошо устроился. С чего ты взял, что я твоей девушкой стану?
– А почему нет? – возмущается Ваня. – Я пригожий, зуб вставлю вот и вообще красавец.
– Вот как вставишь, тогда и поговорим.
Утром ухожу домой, где в почтовом ящике меня ждет странное письмо, которое я потом перечитывала дома раз двадцать, не веря своему счастью и несчастью одновременно. Какая-то там дальняя родственница со стороны папы, о которой я в жизни не слыхала, оставила мне трехкомнатную квартиру в самом центре Москвы. Но с условием, что я получу ее, если выйду замуж в течение месяца после этого письма.
– Больная какая-то, – поделилась я с мамой, которая читала письмо вместе со мной. – Что за бредятина? Это шутка чья-то?
– А вдруг правда? – мама тоже не верила, но я видела, что надежда уже плещется в ее глазах.
Надо сказать, мы были в довольно плачевном положении. Двухкомнатную квартиру я снимала. У мамы был домик в Подмосковье, но очень старый. Мы его сдавали на лето семьям с детьми, что желали увезти своих детей на свежий воздух, а не держать все лето в городской квартире. Этих денег нам хватало почти на полгода. Плюс моя зарплата и мамина пенсия. Получалось, что за квартиру мы платили вместе с мамой. Уехать она в свой дом не могла, так как мне нужно было работать, а маме сидеть с моей двухгодовалой дочкой.
 
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком,  купив полную легальную версию на Литрес.
  
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.