Резидент КГБ. Том 1 (СИ)

Итак, двое из находившихся в помещении были у двери, прижимали к полу задержанного. Ещё один стоял в проходе, и это было приемлемо. Четвёртый, Гордиевский, торчал недалеко от меня, но тоже находился, в общем, в удачном месте. А пришедший, человек в плаще, лежал на полу.
Всё шло по плану.
Оценив, что все располагаются там, где нужно, я незаметно отодвинулся от стола. А потом ринулся вниз. Под столешницей я мгновенно нашарил прикрученную там кнопку.
  
И нажал её.
Вчера мы с Васей приезжали именно сюда, и не просто так. Мы проторчали здесь несколько часов. Бродя по этому пыльному фойе, мы пытались провидеть ближайшее будущее. Спрогнозировать, что и как здесь произойдёт, сколько людей выделит на операцию английская разведка. Как эти люди будут действовать и где в какой момент времени располагаться.
В общем, мы с Василием почти всё предугадали правильно. Кое в чём ошиблись, но не критично. Просто мы решили, что противников будет больше.
Наведались мы сюда не с пустыми руками. Мы привезли с собой взрывчатку. Пришлось снова обращаться к вороватому местному военному, который подкинул мне несколько дней назад дымовую шашку. Теперь покупка была посущественней. Поначалу он опасливо кривил губы и отнекивался, но портреты американских президентов помогли ему передумать. Это Вася разорил свою тумбочку и притащил всё, что они с женой смогли здесь наоткладывать, собирая на будущую «Волгу». Там было не сказать что много, но и взрывчатки нам требовался минимум. Мы не собирались разносить этот старый отель до основания.
Начертив на бумаге предположительный план того, как будут располагаться боевые единицы противника, мы уложили взрывчатку в стены и в пол, под паркет. Потом прикрутили под стол кнопку дистанционного взрывателя. При её нажатии должны произойти несколько одновременных направленных взрывов. Не очень мощных, но вполне достаточных.
Уходя, мы не забыли припорошить всё пылью, скрывая следы нашей деятельности.
Я был уверен, что мы всё рассчитали правильно. Вася хороший взрывник. Да и майор Смирнов не хуже. Взрывами должно было раскидать и оглушить плохих парней. А лежащих на полу хороших не задеть.
Теперь наши расчёты предстояло проверить практикой.
Всё, что от меня требовалось, я сделал чётко и молниеносно. Выбрал момент, когда за мной никто не наблюдал. Метнулся на пол. И нажал кнопку. Противники ничего не поняли, никто даже дёрнуться не успел. Всё получилось в точности так, как было задумано.
Только вот никакого взрыва не произошло.
* * *
Англичане устремили на меня молчаливые взгляды. Даже теперь ни один из них не сдвинулся с места. Это мне совсем не понравилось. Я лихорадочно давил на кнопку снова и снова. Без толку. Что, чёрт возьми, случилось⁈ Я оторвал коробочку с кнопкой от столешницы. Рванул, с треском ломая напополам.
Пластмасса легко разделилась на две части. Внутри коробка оказалось пустой. Кто-то вытащил её электронную начинку, превратив устройство в подобие муляжа, пустого и бессмысленного.
— Не это ищешь?
Гордиевский сунул руку в карман пальто. Вытащил обратно. На его ладони лежала плохо видная в здешнем сумраке, но и так понятная вещь. Небольшая микросхема. То, без чего моя кнопка превратилась в бесполезную и ни для кого не опасную игрушку.
Это, конечно, было совсем не по плану.
Предатель усмехнулся, вышло это у него снисходительно и очень издевательски. Он бросил содержимое своей ладони на пол и с хрустом растоптал. Это послужило для меня сигналом к действию. О том, как он рассекретил наш план, гадать буду потом. А сейчас — вперёд! Здесь, в этом грязном и тёмном фойе заброшенного отеля, я должен победить. Не взрывами, так другим способом. Если, пока он самодовольно торжествует, я успею оказаться рядом с ним и вырвать пистолет…
Но тут входная дверь коротко скрипнула, и с улицы в помещение зашёл человек.
Это был Вася.
Это был Вася, и проследовал внутрь он спокойно и деловито. Англичане у входа не удивились его появлению. Посторонились, давая пройти. Он пошагал к Гордиевскому. В мою сторону Вася нарочито не смотрел.
Неужели?..
В происходящее я не верил. Не хотел верить. Отказывался. Вася оказался двойным агентом? Этого просто не могло быть.
Они с Гордиевским о чём-то зашептались. Когда, когда майор КГБ Василий Кругляев изменил присяге и стал сотрудничать с натовской разведкой? — закрутилось у меня в голове. Едва ли раньше, чем подполковник Гордиевский. Но, как знать.
Нет, подумалось мне дальше. Я ведь вышел с ним на контакт сразу после своего побега из резидентуры. Работай он на противника уже давно, меня бы скрутили намного раньше, без всех вот этих сложностей. И операцию на корабле провести бы не удалось. Неужто Васю завербовали недавно, в последний момент? На чём же тогда сыграли англичане, что предложили? А может, они сработали по проверенной схеме, похитили его жену или ребёнка? С них станется, в этих жестоких играх они не чураются ничего.
Я понял, что ищу для Васи оправдание. А в очевидное поверить не хочу. Всё это было неправильно. Есть мои предположения, а есть факты. Вот кнопка, которая не сработала. Вот враги нашей страны. Остальное сейчас неважно.
Осознав, что всё ещё сижу на карачках перед столом, я незаметно сгруппировался. Мышцы ног занемели, и я чуть поменял положение. Надо действовать сейчас, другого времени у меня не будет. Одним противником больше, одним меньше — какая разница. Шансы на успех, конечно, не сказать что огромны. Но и не равны нулю. У привязанного к креслу и обколотого пыточной наркотой туловища шансов будет определённо меньше.
Прыгаю на счёт «три», решил я. Василия, как бы там ни было, постараюсь оставить в живых. О том, останусь ли в живых я сам, думать не было смысла.
Раз… Два…
И тут Вася развернулся и пошагал на выход.
— Пойду, подгоню машину, — обернулся он на ходу к Гордиевскому. — Давайте уже рванём отсюда.
Последняя его фраза заставила Гордиевского недоумённо взглянуть ему в спину. Англичане, что всё так же удерживали на полу своего пленника, равнодушно отодвинулись. По-русски они не понимали.
Зато понимал я, и по-русски, и когда что-то говорится специально для меня. Всё встало на свои места. И для чего произнёс свою странную фразу Вася, что он имел в виду, я тоже понял. А поняв, обрадовался. И приложил немало усилий, чтобы эту свою радость никак не обозначить и не выдать.
Дверь за Василием закрылась. Я досчитал до трёх — и бросился. Но бросился я не на Гордиевского и не на кого-нибудь из англичан. А на пол.
Вот тут-то оно и рвануло.
* * *
Грохот стих, но в ушах продолжало греметь. Всё было в дыму и пыли, с потолка и стен сыпалось. Острейший запах пороха резал ноздри. Настойчиво болело в затылке, я провёл по голове: на руке была кровь. Видимо, приложило отлетевшим обломком. Ничего. Будем надеяться, что остальным досталось куда сильнее.
Дело в том, что кнопка у нас была не одна. Мы предусмотрели запасную, на улице. На всякий случай. И этот «всякий случай» наступил.
Поднявшись на ноги, я метнулся в ту сторону, где перед взрывом стоял Гордиевский. Двигался больше на ощупь, видимость была нулевая.
Предатель обнаружился не там, а дальше, у стены. О стену его и приложило, и он валялся среди битого кирпича и обломков мебели, закатив глаза. Я отыскал в его кармане ключи от наручников и быстро от них освободился. Прощупал на шее предателя пульс: живой. Потом зашарил по полу в поисках пистолета.
Тут из мрака и пыли в двух шагах соткалась тёмная фигура. Рефлексы сработали раньше, чем мозг успел что-либо сообразить. Я бросился в сторону, за груду досок, в которую превратился рухнувший шкаф. Может, это Вася меня ищет. Но нет: темноту озарили выстрелы. Мой повреждённый слух воспринял их как негромкие хлопки — но менее смертоносными они от этого не становились.
  
Перекатившись на полу, я укрылся за тумбой, там, где недавно прятался Гордиевский. Вспыхнуло и бумкнуло снова, тумбу сотрясло от попадания. Дело было плохо. Но тут два раза сверкнуло со стороны входной двери. Это Вася всё-таки пришёл мне на выручку. Англичанин больше не стрелял — видимо, отступил.