Тень мастера (СИ)

Опоздания не приветствовались. Если одна из сторон вдруг прибывала на встречу позже чем на пять мэнов, то в дело вступала жесткая система штрафов за неуважение к организаторам. Если же кто-то из присутствующих в последний момент отказывался от встречи или же после заключения договора внезапно сообщал, что его не устраивают правила, то сама встреча отменялась, тогда как деньги, уплаченные за услугу, отказнику уже не возвращались.
  
В этот раз, как подтвердил Кри, все тоже было совершенно обычно: предложение, согласие, оплата, прейскурант…
— Условия могут меняться, — добавил он. — Поэтому каждый раз их приходится читать заново, поскольку потом никто не будет принимать во внимание твои слова о том, что ты чего-то не заметил или не знал.
Я навострил уши.
— В этот раз какие-то отличия были?
— Да, — кивнул он. — В условиях было прописано, чтобы среди сопровождающих не было магов с найниитовыми чипами. В том числе и поэтому мне пришлось привлечь «Мертвых голов» — они чипы принципиально не ставят.
Да, Нокс, когда я его об этом спросил, сказал, что стандартные чипы в стандартных клиниках требуют отнюдь не формальной проверки личности, тогда как чипы кустарного производства он ни себе, ни своим людям ставить бы не рискнул. Ну и магия разума… среди его парней, как оказалось, имелось немало разумников, которым близкое соседство с найниитовыми чипами было противопоказано.
— Это — необычное условие? — уточнил я у Кри, когда тот умолк.
— В прошлом году его еще не было.
— Хм. А после уничтожения базы Туран в провинции Лархэ оно, значит, появилось?
Кри хмуро кивнул.
— Да. Покупку прибора Туран, скорее всего, заказывали при посредничестве Теневых. Для прямых договоренностей это было бы слишком сложно — доступ к специалистам на тэрнийских заводах можно искать годами. А другие посредники сделок такого уровня не проводят.
— Значит, существуют риски, что аналогичный прибор у Теневых тоже есть?
— Скорее всего, — негромко отозвался Норми. — На встрече Кри и Туран он вполне мог быть. Но сторонам-участникам о таких деталях, как ты понимаешь, не сообщают.
Я качнул головой.
— Если бы такой прибор там был, то условие не приводить с собой магов с чипами не имело бы смысла. Антинайниитовое поле все равно вывело бы их из игры. Кри, когда вы туда прибыли, там было еще что-то, что тебя насторожило?
Большой босс немного помолчал.
— Пожалуй, нет. Процедура встречи прошла стандартно. Для каждой стороны был обустроен и открыт отдельный вход. Так, чтобы отряды прикрытия не только не пересекались, но и не оказались друг у друга в прямой видимости. Когда я приехал, меня встретили. Правила регламентируют прибытие на десять мэнов раньше, чтобы успеть уладить формальности. Как только я вышел, машину с водителем сразу же отослали. «Мертвые головы» пошли со мной. На входе была артефактная проверка, которая подтвердила, что у нас при себе нет артефактов, а также запрещенной техники и маготехники. Плюс работало сразу два мага, в том числе менталист, который подтвердил, что я — это я, и что в моей ауре нет подозрительных изменений. Драймарант для «Мертвых голов» запрещен не был, поэтому их ауры дополнительно не проверяли. За их действия отвечал я, поэтому, если бы с ними было что-то не так, то все претензии по этому поводу были бы переадресованы мне. Дальше — тоже стандартно. Индивидуальные блокираторы для меня и всего моего сопровождения. Еще до того, как мы вошли непосредственно на стадион, у «Мертвых голов» забрали оружие и теневые браслеты. Однако даже так к самой арене их уже не подпустили — остановили в трех майнах[3] от ринга, а дальше стояла охрана исключительно Теневых.
Он на мгновение прикрыл глаза, вспоминая детали.
— Представитель Туран пришел с другой стороны стадиона. Аура незнакомая, в лицо я его тоже не узнал, но иллюзии при таких встречах не допускаются, да и блокираторы их в любом случае уберут, поэтому внешность у него была реальной. С ним прибыло всего двое человек. Тоже в драймаранте, как и мои. Оружие, как и мы, они сдали на входе. Остановились напротив нас. Маги или нет, не знаю. Аур не видел. Но в процессе они ни во что не вмешивались, и я не заметил, чтобы они за все время встречи проявляли какую бы то ни было активность.
— Почему так далеко пропустили группу сопровождения? — поинтересовался я. — Не логичнее было бы оставить ее снаружи?
— Нет, — качнул головой Кри. — Поскольку съемка во время встречи запрещена, то каждая сторона хочет иметь свидетелей. При этом, поскольку встреча все-таки закрытая, то близко их не пускают. Над местом встречи устанавливают магическую защиту, плюс снаружи работают блокираторы третьего типа. Это в дополнение к тем, что надели на нас. А для гарантии, что детали встречи даже случайно не станут известны посторонним, вокруг места встречи также ставят приборы, создающие помехи для работы аудио- и видеоаппаратуры. Так что о содержании разговора знают всего три участника.
— Значит, посредник во время встречи находился прямо на ринге?
— Да.
— Один?
— Да, — повторил Кри. — Остальные караулили снаружи. Тридцать человек непосредственно возле арены. Плюс охрана у дверей. Плюс те, кто находились наверху и отлично видели нас со всех возможных ракурсов. Сколько их было всего, не скажу, но человек двадцать я насчитал точно. Это те, кто стоял открыто. Сколько, помимо них, там было еще снайперов и магов прикрытия, уже не знаю. Но думаю, что не меньше.
Я прищурился.
— То есть Теневой привел с собой больше сотни бойцов, и все они в итоге погибли… Так, а Теневые могли сами вести съемку?
— Камер я ни у кого не увидел, — качнул головой босс. — Официально это запрещено.
— Камер там и без того до дури, — напомнил ему я. — Во всех углах стадиона понатыканы, причем некоторые даже с функцией определителя аур. Уверен, что ни одна из них в тот момент не работала?
Кри нахмурился.
— Под потолком были включены лишь осветительные приборы, но специально я, конечно, не приглядывался. Но если там, как было обещано, работали подавители сигналов, то наличие камер роли уже не играет.
— Ладно. Что было дальше?
— Сами переговоры длились не более половины рэйна, — ответил Кри. — Туран предлагали мирный договор. У их представителя был с собой даже список уступок, которые они готовы были сделать в обмен на стабилизацию обстановки в Нижнем городе. С виду все выглядело нормально. Обычные условия, обсуждения, попытки выгадать побольше в свою пользу. Одним словом, все как всегда. А вот потом…
Он снова свел брови к переносице.
— Во время обсуждения четвертого пункта я отключился. Очнулся уже в подвале с подавителем воли на голове и в компании того самого человека, с которым только что вел переговоры. Он достаточно четко обрисовал, что меня ждет. Включил монитор… — Кри едва слышно скрипнул зубами. — Сказал, что эмоции, которые подарит мне трансляция из соседней комнаты, выведут меня из состояния равновесия гораздо быстрее, чем обычные пытки. И пообещал, что когда прибор меня сломает, я сам ему все отдам. А следом за мной и Хелена передаст права на свой бизнес. И только после этого меня убьют. А ее… может быть… отпустят, чтобы жила и до конца своих дней помнила, как это было.
— Твари, — тихо пробормотал Норми, на скулах которого тоже загуляли желваки.
Я молча с ним согласился.
И насчет эмоций тоже мог бы подтвердить, что Туран выбрали совершенно верную тактику для взлома ментальной защиты Кри. Эмоции… что ни говори, а для мага именно они — самое слабое место. Когда мы нервничаем, боимся или переживаем, особенно если переживаем за близких, то становимся намного менее сосредоточенными, более рассеянными, наши мысли то и дело скачут с одного на другое, подпитываемые страхом и неуверенностью, и поддерживать в таком состоянии ментальную защиту очень нелегко. Особенно если ты не специально натасканный менталист, который всю жизнь положил на изучение защитных техник.
  
Лэн Лойен, кстати, много чего успел рассказать мне на эту тему. А в той литературе, которую мне когда-то дала Эмма, еще и методики взлома присутствовали, которые основывались в том числе и на этом принципе.