Адвокат Империи 18 (СИ)
Ему даже не нужно было приказывать. Её желания отозвались на каждое слово с болезненной резкостью. Эмоции настолько мощные, что затопили собой всё вокруг.
— Д… да, — дрожащим голосом прошептала она.
— Так пойдём же, — с улыбкой предложил я.
Она сделала шаг. Затем ещё один. Подошла чуть ближе. Её дрожащие пальцы коснулись ладони.
— Вот так, молодец. Ты будешь со мной, — проговорил я, чувствуя, как собственные руки обнимают девушку, пока её эмоции охватывали меня. Безумная, почти уводящая с ума покорность.
— Да, Саша…
Губы сами собой растянулись в улыбке, когда почувствовал, как её руки обнимают меня. Как она прижимается ко мне, будто напуганный котёнок, ищущий защиты.
— Именно. Я ведь всё ещё тот самый…
По сравнению с тем, что было до сих пор, это показалось насмешкой. Издёвкой. Короткий, едва ощутимый толчок в грудь.
Опустив голову, я посмотрел вниз.
Тонкие женские пальцы сжимали длинный чёрный обломок. Осколок узкого кинжала. Сломанное у самого основания лезвие всё ещё оставалось острым настолько, что я не сразу почувствовал, как оно прошло сквозь кожу.
— Что…
Не обращая внимания на боль и кровь от рассеченных пальцев, что струилась по запястью, Настя надавила сильнее, толкнув лезвие вперёд. Прямо в сердце.
— Отправляйся в тот ад, из которого ты вылез… и верни мне его! — прошептала она с такой ослепительной яростью, что она моментально поглотила собой все остальные эмоции.
Я не чувствовал боли.
Не ощутил, как клинок проткнул моё собственное сердце.
Я вообще не был там. Лишь наблюдал со стороны.
А потому, я увидел, что она сделала.
Чудовищный, циклопических размеров клинок пронзил мрачные небеса этого потустороннего мира. Алые росчерки молний тут же потянулись к нему со всех сторон, словно не желая пускать его в этот мир. Разряды вонзались в чёрную, поглощающую свет поверхность, стараясь задержать, остановить, но все их усилия были бесполезны. Колоссальный чёрный клинок просто впитал их энергию в себя.
Он беспрепятственно прорезал затягивающие небо тучи где-то за горизонтом и коснулся глади бесконечного океана.
Это походило на взрыв. На самый настоящий далёкий катаклизм, чьи отзвуки и эхо удара долетели даже сюда.
— НЕТ!!!
Болезненный и громкий вопль эхом отразился от затягивающих небо мрачных облаков. Яростный, практически на грани животного крика протест против неминуемого улетел в пустоту, но так и не был услышан.
— НЕТ!!! — снова заорало существо с моим собственным лицом, глядя на то, как вдалеке вздымалась бескрайняя чёрная волна.
Она расходилась от места удара во все стороны, не оставляя после себя ничего. Даже не вакуум, а абсолютная и бесконечная пустота, порождённая губительным действием древнего клинка. Пустота, что вбирала в себя всё без остатка, грозя стереть этот потусторонний мир.
— Нет! Вы не сможете, — прорычал он и вскинул руки.
Тотчас же пространство исказилось, а по возвышающемуся подобно горе клинку прошла паутина трещин. Даже отсюда было видно, как от чёрного, впитывающего свет минерала, из которого было сделано лезвие, начали откалываться куски.
— ВАМ НЕ УДАСТСЯ! — рявкнул Илья и вновь взмахнул рукой. — Я НЕ ПОЗВОЛЮ!!!
В этот раз даже этот мир, что вот-вот должен был исчезнуть в агонизирующем всплеске, откликнулся на зов своего хозяина. Ударившиеся с небес багряные разряды начали терзать вторгшийся в этот мир клинок, разрушая его, откалывая куски в желании воспротивиться неминуемому.
— Нет, — уже куда тише произнёс я и нажал на курок.
Выстрел прозвучал на удивление тихо. Раскинув в стороны руки, тварь, что носила моё собственное лицо, рухнула на колени и схватилась одной рукой за грудь.
Медленно, уже никуда не торопясь, я подошёл ближе. Встретился с ним глазами, ответив на его вопрошающий взгляд своим собственным. Спокойным. И абсолютно равнодушным.
— Это… это же…
— Невозможно? — спросил я.
— Как ты…
— Видишь ли, кое-кто сказал мне одну простую вещь, — перебил я его. — В этом мире не существует пустоты. Если кто-то ушёл, то кто-то должен занять его место. И если я хочу, чтобы он был в моей руке, то он тут будет.
Подняв ладонь, я показал ему отливающий серебром револьвер. Тот самый, что когда-то вместе с артефактным кольцом отдал мне Князь.
Кажется, что он даже меня не понял. Я видел это по его глазам, что в панике метались между мной и приближающейся разрушительной волной.
— Что… я… я не понимаю, как…
— Ничего, — мягко проговорил я. — Тебе и не нужно. Это конец. Судя по всему, для нас обоих.
Прикрывающаяся моим лицом существо повернуло голову и посмотрело вдаль. Прямо на приближающийся к нам чудовищный вал, грозящий смести всё без остатка и не оставить после себя абсолютно ничего.
— Ты не можешь этого сделать!
Пусть оно и прозвучало как приказ, но я услышал лишь мольбу.
— Могу.
Даже сам удивился тому, насколько равнодушным прозвучал мой ответ.
— ТЫ… ты что, не понимаешь! Ты потеряешь всё! ТЫ ЛИШИШЬСЯ МЕНЯ! ДАРА! ТЫ…
Эхо выстрела заставило водную гладь дрогнуть. А затем она пошла кругами, когда тело с новой дырой в груди рухнуло на неё спиной.
— А мне наплевать.
Губы сами собой растянулись в улыбке.
— Можешь забрать свой проклятый дар с собой. Он мне не нужен.
И когда он вновь посмотрел на меня, то я наконец увидел в его глазах то, чего не видел доселе ни разу. Столько игр. Столько проклятых загадок и недомолвок. Я ведь побеждал его. Выигрывал. Или думал, что выигрывал.
Но только лишь сейчас я наконец увидел это.
Осознание собственного поражения.
— Значит, вот как оно будет, — прошептал он. — Ход королевой. Ход, о котором не знал даже ты…
Врать в этот момент я не хотел. Да и не смог бы.
— Да. Я этого не планировал, — признался я. — Она сделала это сама.
— Это была хорошая партия, — вздохнув, прошептал он, и сверкнувшая над нами багряная молния отразилась в полированной стали револьвера.
— Да, — не стал я спорить. — Шах и мат.
Выстрел снёс ему голову.
* * *Где-то глубоко в недрах Слепого Дома, за толстыми стенами и тяжёлыми дверьми, что, как думали новые хозяева этого места, они заперли его, невысокий слепой мальчик поднял голову. Будто услышал что-то вдалеке.
Прервавшись, он отложил в сторону карандаш и неспешно поднялся на ноги. Его правая рука сама собой нашла чёрный маркер, один из множества, что россыпью лежали на его столе в беспорядке. Взяв его, он подошёл к одной из стен своей комнаты, в которой многие видели темницу.
Они ошибались. Там, где люди видели узилище, то, что скрывалось за личиной невысокого и щуплого слепого мальчика, видело целый и бескрайний мир. Мир бесконечный и изменчивый. И его это полностью устраивало.
Подойдя к стене, он снял колпачок с фломастера и, подняв руку, нашёл одну из точек, что сам же нарисовал полтора десятилетия назад.
Сделав это, он одним движением зачеркнул её небольшим крестиком, как и две другие когда-то.
Эпилог
Звон соборных колоколов разносился над площадью, оповещая всех о том, что церемония начинается.
Впрочем, вряд ли среди сотен собравшихся гостей кто-то мог бы запамятовать и пропустить главное событие, ради которого они все сегодня сюда пришли. Всё-таки мероприятие, несмотря на желания главных его виновников, всё равно вышло пышным и… нет, не пафосным. Это слово тут не подошло бы. Возможно, трогательным? Тоже не то.
Искренним.
Да. Пожалуй, слово «искренность» подходило тут столь хорошо, как никакое другое.
Сказать, что происходящее вызвало пересуды и споры в нашем прекрасном аристократическом… ладно уж, не буду называть его гадюшником. Зачем? Сам ведь в нём кручусь. И, надеюсь, что буду крутиться ещё долго, благо мотивация имелась. В общем, да. Слухов и разговоров оказалось на удивление много.