Адвокат Империи 18 (СИ)

— Тогда не надо мне врать, — парировал я. — Я ведь знаю, что тебя не было всю ночь тогда. А мне зачем-то сказала, что ушла раньше… И вообще, это так не работает.
— Не надо меня читать, — чеканя каждое слово, повторила сестра.
— Да я же сказал тебе, что это так не работает, Ксюш. Я не могу выбрать, кого мне и…
Резко замолчав, я повернулся в сторону «Ласточки». Ощущение страха, испуга настолько сильного, что от него хотелось сжаться в комок, навалилось на меня подобно лавине, погребая под собой с головой.
  
И в этот раз я чётко знал, кому именно принадлежали эти эмоции.
Забыв о нашей короткой перепалке с Ксюшей, я кинулся ко входу.
— Саша, стой! Что случ…
— С Марией что-то не так! — крикнул я и, подбежав к двери, рванул ручку на себя.
Заскочив внутрь, моментально сориентировался и побежал на пульсирующий страхом источник эмоций, исходящий прямо из кабинета Князя. Оказавшись у двери, потянул её на себя и едва не столкнулся с Князем, когда тот резко открыл её прямо перед самым моим носом.
— Саша?
— Князь, что с…
— Нормально со мной всё! — услышал я выкрик из глубины кабинета.
— У неё воды отошли, — пояснил Князь спокойным голосом, хотя я прекрасно ощущал, как внутри него всё кипит от сдерживаемых эмоций.
Только вот меня его слова сбили с толку.
— Погоди, она…
— Да, — быстро сказал Князь и, заметив кого-то позади меня, махнул рукой. — Ксюша, быстро найти Михалыча!
— Поняла, — раздалось у меня за спиной. — Сейчас!
О как…
  
Глава 14
 
Сложно будет вспомнить какой-либо другой момент, когда барон Алексей Данилович фон Берг испытывал большее раздражение за последние три или четыре года. Это подтверждалось даже самим фактом его позднего возвращения домой. Будучи примерным семьянином и хорошим мужем, он всегда старался приезжать пораньше, насколько это было возможно, чтобы провести немного больше времени с семьёй.
Но только не в этот вечер.
Сегодня он даже не поехал в собственное имение, хотя оно и располагалось всего в паре километров от Санкт-Петербурга и дорога не заняла бы и сорока минут. Вместо этого он выбрал одну из двух принадлежащих ему квартир, чтобы не вызывать беспокойства у своей супруги своим мрачным видом. Да и чего скрывать, его умная жена прекрасно и без слов поняла причину такого поведения после всего одного единственного разговора.
Так что этот вечер Алексей собирался провести в тишине, практически полном одиночестве и с бокалом коньяка… перед телевизором.
Мало кто знал об этой его слабости. Порой, после тяжёлого рабочего дня Алексей позволял себе забыться у экрана телевизора с одним или двумя бокалами чего-нибудь крепкого и каким-нибудь не особо напрягающим ум сериалом. Ничего чересчур заумного. Простые сюжеты. Плоские персонажи. Жвачка для мозгов с предсказуемыми сюжетными поворотами. Самое то, чтобы разгрузить голову.
Но в этот вечер ему этого сделать не позволили. Зазвонивший телефон отвлёк барона от происходящего на экране. Поставив видео на паузу, он взял смартфон и посмотрел на экран. Узнал номер начальника своей охраны.
— Что у тебя, Кирилл?
— Простите, что беспокою вас так поздно, ваше благородие, но к вам пришёл посетитель.
Услышав его, Алексей нахмурился. Гость? Так поздно, да ещё и без предупреждения? Впрочем, не важно. Сейчас барон никого видеть не хотел.
— Скажи ему, что я сейчас занят, Кирилл. Кстати, он представился или?
— Да, ваше благородие. Представился.
Услышав имя столь позднего визитера, Берг удивился. Кажется, в последний раз они общались… когда? Если Алексею не изменяла память, то это было почти год назад. Да! Точно! На Императорском новогоднем балу. Он тогда опоздал из-за каких-то чрезвычайной важных дел и приехал только под заключительную часть мероприятия.
Заинтригованный, Берг решил узнать немного больше.
— Он не назвал причину, по которой хочет поговорить?
— Нет, ваше благородие. Но он сказал, что это связано с вашим недавним судебным делом.
Вот здесь барон заинтересовался уже по-настоящему. Немного подумав, он всё-таки изменил своё решение.
— Знаешь, что, Кирилл? Я, пожалуй, передумал. Поговорю с ним. Пропустите его.
— Конечно, ваше благородие…
* * *
Едва только врач вышел из палаты, как Князь рывком встал на ноги. Я-то чувствовал, что в эмоциональном плане доктор спокоен, но вот дядя этой возможности был лишён. А потому сразу же выплеснул обуревающий его нервное напряжение в виде резкого и прямого вопроса.
— Что с ней?
— С ней всё в порядке, — непринужденно сообщил врач. — Не переживайте, всё хорошо. Сейчас она спокойна. Давление и пульс в норме. Вода отошла преждевременно на тридцать седьмой неделе, что не является чем-то страшным.
Едва только ему стоило произнести слово «преждевременно», как Князь ощутимо напрягся.
— Насколько это плохо?
— Это не экстренная ситуация, — спокойно произнёс врач. — Но и не полностью доношенный срок. По нашей классификации ребёнок считается поздно недоношенным, но, опять-таки, в этом нет чего-то особенно страшного. У него очень высокий шанс на благополучный исход — особенно учитывая, что ваша жена в отличной форме и без хронических болезней. Так что в этом отношении прогнозы более чем хорошие.
— А что с ребёнком?
— Мы уже провели КТГ — сердцебиение ровное, реактивное, без признаков гипоксии. Схваток пока нет, но мы их ждём — либо роды начнутся сами в ближайшие часы, либо, если же в течении ближайших суток, максимум тридцати шести часов не начнутся, будем стимулировать.
Заметив, что его слова мало чем успокоили Князя, врач продолжил, явно постаравшись придать своему голосу максимально доброжелательные ноты.
— Поймите, основные риски в такие сроки — это лёгочная незрелость у ребёнка и возможная инфекция, потому что при подтекании околоплодных вод барьер исчезает. Мои ассистенты уже сделали анализ на инфекции, ввели профилактически антибиотики. Если понадобится, дадим маме кортикостероиды — чтобы ускорить созревание лёгких у малыша.
Кажется, услышав это, Князь немного расслабился.
— То есть непосредственной угрозы сейчас нет? — на всякий случай уточнил он.
— Верно, — врач обнадеживающе улыбнулся. — Пока всё стабильно, так что поводов для переживаний нет. Мы держим её под постоянным наблюдением. Дополнительные проверки каждые два часа. Уверяю вас — она вне опасности. Ребёнок — тоже. Но мы не будем рисковать: если появится малейший признак ухудшения — сразу начнём готовить к кесареву. В остальном же, несмотря на то, что ваш сын явно торопиться появиться на свет, каких-то иных, хоть сколько-то серьёзных проблем я не вижу.
После его слов Князь буквально выдохнул с облегчением.
— Ясно, — произнёс он несколько секунд спустя, и даже голос его звучал уже куда более спокойно. — Спасибо вам.
— Да не за что, — пожал плечами врач. — Это моя работа. Единственный вопрос, если позволите.
— Какой?
— Мать ребёнка не назвала нам имя и фамилию отца для карты и…
— Оно вам не нужно, — перебил его Князь.
— Но…
— Оно вам не нужно, — повторил он, практически чеканя каждое слово. И сделал это с таким выражением на лице, что у врача точно не осталось какого-либо желания повторять свой вопрос. — К ней сейчас можно?
— Да. Можете побыть с ней. До момента родов она останется у нас под присмотром. Обычно мы позволяем это только супругу, но… — врач помялся, явно пытаясь найти выход из положения. — Но я думаю, что в вашем случае я могу сделать небольшое исключение.
— Благодарю, — кивнул Князь. — Я этого не забуду. Саша, Ксюша?
  
— Мы идём, — сказал я, вставая с кресла, где провёл последний час в ожидании.
Когда мы зашли в палату, Мария лежала в постели, переодетая в больничную пижаму. Сейчас она скрывалась под одеялом, а рядом с её постелью мерно пикал медицинский монитор.
— Ну и? — спросила она, когда мы зашли. — Что у вас с лицами? Живая я.