Наше темное лето (ЛП)

— Можем мы просто пойти? — нетерпеливо пробурчал Томас, выхватив из рук Бракстона черную кепку с вышитой на передней части надписью «Колдуотер 1823» и устремившись вперед. — Думаю, это на втором этаже, — добавил он, не оборачиваясь, и Саманта кивнула.
— Мне тоже нравится, — согласилась Алия с Коннором, выхватив кепку из рук Бракстона и надев ее на свои заплетенные волосы.
  
Бракстон улыбнулся нам понимающе, когда мы все надели кепки. Остальные пошли вперед, но я оглянулась назад, к входу. Я надеялась, что с Корой все в порядке.
— Ты идешь? — услышала я голос Коннора и обернулась, увидев, как он спускается по лестнице.
— Да. — Он подождал меня, и мы поднялись на второй этаж. — Не волнуйся, я буду рядом с тобой. — Он подражал Бракстону, толкнув меня локтем в бок. Томас ждал нас на верху лестницы, и — черт, Бракстон был прав; темная кепка действительно скрывала его лицо... как и тени. Он выглядел устрашающе в хорошем смысле этого слова, и у меня сжалось сердце. Мы втроем догнали остальных, и Саманта повела нас в другой темный коридор, прежде чем внезапно остановиться.
— Вот оно. — Она указала на простую деревянную дверь, и Алия поспешила вперед, бряцая ключами в руке.
Мы все отошли в сторону, давая ей место, пока она пробовала каждый ключ с большого брелка, но ни один из них не подходил.
— Отлично, — вздохнул Коннор, оглядываясь по сторонам.
— Дайте я попробую. — Саманта подошла к двери и вытащила из волос булавку. Она наклонилась, и я услышала щелчок, прежде чем она повернула ручку и открыла дверь. Мы все посмотрели на нее с поднятыми бровями, но она только пожала плечами. — Что? — спросила она. — Мой брат все время запирал меня снаружи. — Она вошла в комнату и снова вставила булавку в свои каштановые волосы.
Алия и Бракстон последовали за ней сразу перед Коннором и Кевином, оставив меня и Томаса последними, кто переступил порог. Я взглянула на него из-под лобья, сжав губы в тонкую линию.
— Перестань смотреть. — Он взглянул на мои губы, прежде чем снова повернуть голову вперед. — В последнее время мне не хватает самоконтроля, — добавил он, и я скрыла улыбку, поправив черную кепку на голове.
— Кто-нибудь знает, как это работает? — спросил Кевин, вынимая кассету из коробки.
Я наконец оглядела маленькую комнату, в которой мы оказались. На полках лежали многочисленные кассеты, а повсюду стояли большие коробки с одной и той же надписью: «Кассеты». На каждой из них была написана дата.
— Нам нужен видеомагнитофон, — Бракстон оглядел комнату.
— Что? — Алия нахмурила брови.
— Видеомагнитофон, — пояснила Саманта, и Алия сделала гримасу.
— Понятно, — сказала она, но по ее лицу было видно, что она понятия не имеет, о чем они говорят.
— Вот. — Томас снял с одной из верхних полок большую пыльную коробку с изображением старого видеомагнитофона.
— Он работает? — спросил Бракстон, подойдя ближе, и Томас бросил на него скучающий взгляд, прежде чем поставить коробку рядом со старым компьютером.
— Я знаю ровно столько же, сколько и ты, — ответил он, и Бракстон закрыл рот.
— Верно. — Он поправил кепку, прежде чем открыть крышку коробки и вытащить видеомагнитофон. — Теперь пусть Би проявит свое волшебство, — пробормотал он про себя, и я усмехнулась, за что получила от него подмигивание, а Томас покачал головой.
Бракстон вытащил из коробки кучу старых кабелей и начал подключать их к компьютеру и видеомагнитофону.
— Кто-нибудь уже нашел кассету? — спросила Алия, и Кевин поднял свою татуированную руку.
— Вот, — сказал он, передавая ее Томасу.
— Понял. — Бракстон выпрямился через несколько минут и повернулся. — Эти руки, — он остановился между мной и Самантой и обнял нас за шею, — они... — Он хотел продолжить, но Томас прервал его гневным взглядом.
— Будут сломаны, если ты оставишь их там, где они сейчас, — тихо сказал он, прежде чем вставить кассету в видеомагнитофон, и я почувствовала теплое, приятное ощущение в животе.
Я обменялась взглядом с Бракстоном, пока Саманта выскользнула из-под его руки.
— Твой парень страшный, — прошептал он, опуская руки.
— Он не мой парень, — ответила я, и он поднял бровь.
— Я все равно рад, что он не дал мне закончить. Я собирался предложить секс втроем, — пошутил он, и Саманта отошла от него подальше.
— Не думаю, что так ты ее завоюешь.
Бракстон пожал плечами.
— Возможно, ты права. — Он щелкнул пальцами. — Но я все равно попробую, — добавил он, и я кивнула.
Бракстону стоит поделиться своей уверенностью в себе.
— И я просто шучу. — Он понизил голос, как будто делился большой тайной. — В каждой группе нужен комик. Веселый помощник. — Он толкнул меня локтем, и я усмехнулась, на что он отреагировал взглядом, который говорил: Видишь?
На компьютере внезапно появилось слово «загрузка», и мы подошли ближе к тем, кто стоял рядом. Экран изменился, и в поле зрения появился главный зал библиотеки. Томас что-то щелкнул, и фильм ускорился.
Мы были примерно на двух часах на пленке, когда Томас остановил клип, и мы все затаили дыхание, наблюдая, как женщина входит в дверь. Лиззи была узнаваема даже на старой черно-белой пленке, и мы наблюдали, как она спешит к небольшой комнате с компьютерами.
— Блядь, — пробормотал Томас. — Это будет на другой пленке.
Мы все двинулись одновременно. С таким количеством неорганизованных кассет это было похоже на поиск иголки в стоге сена. Я уже пересмотрела как минимум двадцать кассет, когда Алия вскрикнула.
— Нашла, — крикнула она, поднимаясь и поднимая кассету. — Нашла.
Мы все собрались вокруг монитора, и Томас поменял две кассеты, прежде чем найти момент, когда его мать вошла в другую комнату. Теперь мы видели ту же самую комнату, в которой читали интервью на днях. Дверь открылась, и вошла Лиззи. Она поспешила к одному из столов и села перед компьютером. Она сидела спиной к нам, но экран был все еще виден.
— Что она делает? — Коннор наклонился ближе.
— Не можешь увеличить изображение? — спросила Саманта.
Томас покачал головой.
— На этом старом дерьме? Нет, не могу.
Я взглянула на Бракстона.
— Я мог бы взять его домой и попробовать кое-что, — предложил он, и Томас вынул кассету из видеомагнитофона.
— Сколько времени это займет? — спросил он, передавая кассету Бракстону, который пожал плечами.
— Я подготовлю ее к завтрашнему дню. — Он улыбнулся с лукавством в глазах. — Специально для тебя. — Он подмигнул.
Томас поднял бровь.
— Спасибо, — ответил он, и это был четвертый раз, когда я слышала, как он произносит это слово.
  
37
 
Кинсли
Я нахмурилась, глядя на экран монитора Бракстона. На улице уже стемнело, когда он написал в групповом чате, что ему удалось сделать более четким изображение с камеры, которое мы получили из библиотеки. Теперь, собравшись вокруг игрового компьютера Бракстона — или, скорее, хакерского уголка с разноцветными светодиодными лампочками — мы все могли увидеть то, на что смотрела Лиззи в тот день. Это была газета из Ньютона с датой 1997 года, написанной вверху.
Почему она смотрела на это?
— Это только первый кадр. — Бракстон набрал что-то на клавиатуре, и картинка изменилась, а Лиззи продолжала читать газету на мониторе.
— Прощай, Диана, — прочитала я, прежде чем кадр снова сменился.
— Теперь мы поговорим, — Бракстон щелкнул пальцами и встал, уступая место Томасу. — Это была последняя страница, которую она прочитала, и она специально увеличила эту статью. — Я нахмурилась и наклонилась ближе к экрану рядом с головой Томаса.
  
На странице была небольшая фотография. Это было одно из тех объявлений о рождении ребенка, когда родители присылают фотографию с короткой историей в газету, а та печатает ее на следующий день за хорошие деньги. Фотография была черно-белой, но я все же смогла разглядеть молодую улыбающуюся девушку с ребенком на руках и мужчину, который, как я предположила, был, вероятно, отцом ребенка, обнимающего их обоих сзади. Мое внимание привлекло то, что я не могла отделаться от ощущения, что уже видела эту фотографию где-то еще. Мужчина и женщина выглядели примерно нашего возраста, что было для меня немного пугающим, так как я не могла представить себя с детьми еще как минимум несколько лет.