Графиня по воле случая

По лицу Квентина пробежала тень тревоги, но затем он улыбнулся, решив поддразнить Стивена.
– Признаюсь, я тоже пару раз хотел убить тебя.
– Я серьезно.
– Я мог бы стать наследником всех отцовых богатств, – продолжал Квентин, царским жестом указывая на заставленный яствами стол.
– Да на здоровье! – Стивен прекрасно знал, что брат предпочитает свободу, которой может пользоваться как младший сын. Для него же эта независимость закончилась, когда он был в возрасте девяти лет. – Но есть еще кое-что. – Бросив взгляд на дверь, Стивен снял сюртук и расстегнул рубашку. – Не посмотришь? – Он оттянул галстук и указал на татуировку сзади у основания шеи.
  
При виде изображенного символа лицо Квентина приобрело озабоченное выражение.
– Что это?
– Не имею ни малейшего понятия.
Квентин рассмеялся, но как-то неуверенно:
– Может, ты проиграл пари?
Стивен привел в порядок одежду.
– Может быть. – Хотя сам так не думал.
– Похоже на какой-то восточный язык. Может быть, санскрит.
Он что, успел за это время съездить в Индию? Или это сделали те, кто напал на него? Понять, что это за символ, необходимо.
Стивен перевел разговор на более нейтральную тему, и брат рассказал об одном судовом фрахте.
– Весь доход от продажи груза был украден, – сообщил Квентин. – Мы потеряли на этом немалые деньги.
Стивен достал перо и бумагу и начал записывать.
– Как называлось судно?
– «Леди Вэлиент».
Он надеялся, что при упоминании названия в памяти что-нибудь мелькнет. Но нет. Он помнил, что вложил деньги в это предприятие, и только.
Он начал записывать имена инвесторов, которые могли пострадать в результате этой неудачи. Одним из них оказался виконт Карстерс.
И брат Эмили тоже вложил деньги в рейс «Леди Вэлиент». Он почему-то был в этом уверен.
– Стивен, сейчас не время бухгалтерии.
– Я предпочитаю все подробно записывать.
– И слава богу, что тебе, а не мне придется управлять поместьями!
– Ты предпочитаешь просто оплачивать счета, не заботясь о том, откуда берутся деньги, – заметил Стивен.
– Вот именно! До тех пор, пока вы с отцом меня содержите, все остальное не имеет значения.
Стивен нахмурился. На своем листочке он успел прикинуть потенциальную прибыль и убытки по каждому судну, цифры легко и свободно приходили на ум. Слава богу, хоть что-то знакомое!
Он помрачнел, вспомнив, что Эмили разнесла его прежнюю упорядоченную жизнь в клочья.
– А кто-нибудь еще знает о том, что я женился? – неожиданно спросил он.
– Вероятно, – ответил Квентин. – Слуги всегда сплетничают. Но отец хочет, чтобы все мол чали.
Если знают слуги, то знает половина Лондона. Стивен представил, какие о нем ходят сплетни, и поморщился.
– Мы приглашены на музыкальный вечер к лорду Яррингтону, – продолжал Квентин. – Там будет мисс Херефорд.
Стивен едва удержался от ругательства. Она почему-то считает, что небезразлична ему, хотя он не давал к этому повода. Скорее всего, родители ввели бедную девушку в заблуждение. Однако, если он появится там с Эмили, слухи поутихнут.
Он попытался представить жену в бальном платье, с жемчугом и бриллиантами в светлых волосах. Оказалось, что это нелегко. Гораздо проще было представить ее в кухонном переднике, с вымазанными мукой руками. Внутри поднялось напряженное желание. Неужели он все же познал ее, почувствовал под собой нежную упругость ее тела?
В данный момент получить ответ на эти вопросы было для него куда важнее, чем встретиться с отцом и выслушать очередную лекцию.
– Я пойду, если позволишь. – Стивен под нялся.
Но не успел он выйти из комнаты, как в столовой появился Джеймс Честерфилд. Маркиз поднял руку, удерживая Стивена:
– Куда ты идешь?
Стивен встретил обвиняющий взгляд отца столь же прямым и упрямым взглядом:
– Возвращаюсь домой, к жене.
– Она недолго будет твоей женой, – предупредил отец. – Эмили Бэрроу не годится в графини. У ее семьи не было ни пенни, а после того скандала…
– Хватит! – Стивен стиснул кулаки. – Это законный брак, и он ко многому обязывает. Вы не сможете аннулировать его.
Он сам не знал, с чего вдруг взялся защищать Эмили. Какая-то часть его по-прежнему сомневалась: а хочет ли он на самом деле, чтобы Эмили осталась рядом? Но он ни за что бы не дал отцу понять это.
Лицо маркиза покраснело от ярости.
– Если ты будешь настаивать на продолжении этого фарса, я урежу твое содержание!
– У меня есть собственные деньги и инвестиции, – возразил Стивен подчеркнуто спокойно.
– И не вздумай представлять ее в обществе как свою жену! Предупреждаю, что последствия тебе не понравятся.
– Доброго дня, отец.
Джеймс любил командовать окружающими и пользоваться своей властью. Он обожал спорить, и именно поэтому Стивен решительно отказался вступать с ним в дискуссию.
Да, пока он вернется домой, к Эмили. Теперь, когда некоторые факты прояснились, пора принимать решение. А именно: хочет он остаться женатым на ней или не хочет.
Эмили неторопливо шла по улице, наслаждаясь еще не слишком жарким солнцем. Вместо горничной она взяла с собой двух лакеев. Ей казалось, что так безопаснее. Стивен оставил ей достаточно денег для покупки всего, что может понадобиться, но с ними Эмили чувствовала себя непривычно и неловко.
Мысль о деньгах напомнила ей о том, что она сейчас полностью зависит от Стивена. Он и правда спас ее семью, взял на себя содержание Ройса и Виктории. К горлу Эмили подкатил комок.
После того дня она жила как будто в тумане, не понимая, что происходит, не зная, жив ли Стивен.
Я не позволю себе снова попасть под его обаяние!
Тогда она проявила слабость, позволила себе мечтать о нем. Но теперь-то она лучше знает, не так ли? Он никогда ее не любил.
Не плачь, не плачь, не плачь!
Она покрепче схватила сумочку и заставила себя вернуться к делу. Детям нужна новая одежда.
Остановившись перед магазином «Хардинг & Хоуэлл», Эмили решила купить здесь ткань для Виктории и Ройса.
Она оглянулась, пытаясь определить, не идет ли кто за ними, и тут же мысленно прикрикнула на себя. Не глупи! Тому, кто напал на нее в Фолкирке – кто бы он ни был, – нужны были вещи Дэниела. Он не поехал бы вслед за ними в Лондон.
Но Эмили все же не удавалось заглушить беспокойство. Надо купить все необходимое и побыстрее вернуться домой.
Она была все в том же линялом черном платье, которое так не нравилось Стивену.
Кондитерская лавка заставила ее остановиться, чтобы лишний раз вдохнуть крепкий аромат свежего шоколада, смешанный с ароматом свежей выпечки. Но еще большее искушение ей пришлось испытать возле фруктовой лавки. Позади большой стеклянной витрины с ананасами, инжиром и виноградом она заметила корзинки со свежей клубникой.
О небеса! Она представила себе слоеный торт с клубникой, пропитанный соком свежих ягод и украшенный кремом. Монеты как будто сами перекочевали из ее рук в руки продавца. Скорее всего, на рынке в Чипсайде можно было купить ягоды дешевле, особенно если как следует поторговаться. Но в Мэйфере – богатом районе – было определенно безопаснее, и Эмили не хотелось покидать его.
Она неторопливо шла по улице, как вдруг раздался громкий мужской крик. Лошади, запряженные в одну из колясок, встали на дыбы, и лакей еле успел выдернуть Эмили из-под колес.
Кучер с трудом вернул контроль над упряжкой и остановил экипаж. Кто-то толкнул лакея, и он невольно сшиб Эмили в лужу густой грязи.
– Простите, мэм. – Несчастный лакей залился краской и поспешил помочь хозяйке подняться. Второй слуга в это время собрал все ее покупки.
  
Из экипажа вышел хорошо одетый джентльмен.
– Боже, мисс Бэрроу! Что вы здесь делаете?
Эмили вспыхнула, узнав мистера Фредди Рейнолдса. Фредди был большим франтом, но сердце у него было доброе. Несколько лет назад Дэниел разрешил ей поехать на семейный праздник в загородное имение Рейнолдсов, после чего Фредди сделался воздыхателем Эмили. Он нередко оказывал ей знаки внимания, получать которые ей было приятно, хотя никаких чувств к Фредди она не испытывала.