Дорогами Пустоши

— Черта с два ты мне нравишься. По-хорошему предупреждаю, Дениш. Возвращайся в Хаврию. Найди себе мужика, расти детишек, устраивай благотворительные вечера, или что там еще делают аристократы. Тебе здесь не место.
Ответить колкостью Бенита не успела — Нур отшатнулся от стола и вышел из архива.
— Вот же! Умеет испортить настроение, — пробормотала девушка, перекладывая принесенные лейтенантом бумаги. С удивлением уставилась на папку со знакомым почерком, затерявшуюся посередине — это были материалы их нынешнего дела, аккуратно написанные Квоном. Наверное, Нур по ошибке захватил их вместе с остальными документами.
Убирать материалы далеко Бенита не стала, вечером можно будет почитать, вдруг свежим взглядом общая картина увидится как-то иначе? А пока стоило отнести разобранное в кладовку.
Пошатываясь на верхней ступеньке шаткой лесенки, она закинула коробку с уликами на полку, но тут скрипнула и захлопнулась дверь и внезапно стало темно.
— Эй! — окликнула неизвестного доброхота Бенита. — Вообще-то тут люди. Откройте дверь!
Тишина.
— Ну, Ринкет, если это ты, я тебе уши надеру, — пробурчала девушка, спускаясь с лестницы и стараясь не споткнуться.
Из-за непроглядной темноты в груди возникла неприятная слабость. Пока тревога была незначительной и не разрослась, Бенита хотела открыть дверь и впустить солнечный свет: после аварии она заработала клаустрофобию, и маленькое тесное помещение нервировало.
На ощупь добравшись до двери — было бы что искать, шаг влево, шаг вправо, вот и вся кладовка — Бенита толкнула ее. Дверь не шелохнулась. Не поддалась она и когда девушка, всерьез обеспокоившись, навалилась всем телом. Затем услышала, как в архив кто-то зашел.
— Тьенна Дениш, вы тут? — Голос Ринкета Бенита узнала с огромным облегчением и ударила в дверь.
— Здесь! Кто-то захлопнул кладовку. Открой, пожалуйста, ключ-руна на столе.
Облегчение накатило волной, едва она услышала приближающиеся шаги. Сейчас она была готова расцеловать мальчишку! Вот он подошел, толкнул дверь…
— Заперто. Вышла куда-то, что ли? — в недоумении пробормотал Ринкет и отступил.
— Ринкет, я тут! Открой эту чертову дверь! Ринкет! — не на шутку перепугалась Бенита, но, кажется, мальчишка на самом деле ее не слышал.
Прошел по архиву, полистал какие-то бумаги. Затем раздался гонг — общий сбор для стажеров, скрипнула входная дверь. Ринкет ушел. Бенита снова осталась одна.
И тогда пришел страх. Подобрался из душащей темноты, неспешно опутал, заставляя судорожно глотать воздух. Девушка попыталась сосредоточиться на дыхании — все как учил Эл. Помогло ненадолго.
Думай, думай, думай. Кто-то запер кладовку и наложил заклятие, чтобы Бенита не выбралась раньше времени. Этот кто-то знал о ее проблемах с магией и почти наверняка не испытывал к ней добрых чувств. На ум приходил только Нур, и она не могла позволить ему увидеть себя слабой! Бенита цеплялась за свою гордость, чтобы окончательно не потерять рассудок от страха, а темные стены давили, напоминая, что ничего не изменилось — она все та же девочка, запертая без возможности выбраться. В этот раз у нее даже Пустоши не было.
Бенита не знала, сколько прошло времени. В какой-то момент попробовала считать и быстро сбилась. Продолжить же помешал приступ паники. Бенита сжалась в комок, глотая слезы бессилия, а из темноты проступали мертвые искореженные тела: няня, шофер. Острый запах крови повсюду…
Когда она уже была готова отчаянно закричать, дверь распахнулась и в кладовку ворвался яркий свет. Теплые и надежные объятия были как глоток воды. Бенита вцепилась в Квона, дрожа и ощущая, как рассасывается сдавливающий грудь ком. Сейчас ей было не важно, использует ли он свой дар или это его присутствие дарит ощущение спокойствия и надежности.
— Дыши медленно и глубоко.
Подчиниться оказалось неожиданно просто, и Бенита сосредоточилась на дыхании. Крепкая грудь, знакомый терпкий запах, руки, которые легко оглаживали плечи, горячее дыхание… Детектив что-то шептал, но она не вникала, достаточно было голоса и его присутствия.
 
Наконец девушка успокоилась и повернула голову, целуя его куда-то в районе подбородка. Квон увлекаться не стал, скользнул губами по губам, щеке, задержался у виска… Бенита вдруг с удивлением поняла, что он зол и с трудом сдерживается. На лице обычно невозмутимого напарника играли желваки.
— Знаешь, кто это сделал? — спросил мужчина напряженным голосом.
— Не уверена. Последним заходил Нур, — не стала скрывать Бенита.
Квон в любом случае почувствовал бы, что она недоговаривает. Менталисту проще задать вопрос и получить правдивый ответ.
Напарник помог ей подняться и, приобняв, довел до двери.
— Папка с делом! — вспомнила Бенита. Документы лежали на столе так же, как она их оставила. — Нур принес. Перепутал, наверное, — объяснила она в ответ на незаданный вопрос.
— Или понадеялся потерять в архиве, — добавил Квон. — В любом случае здесь оставлять не будем. Зря я, что ли, столько с ними возился?
Лейтенанта в здании они не встретили. В общежитии он тоже не появлялся, а его приятели с подозрением покосились на Квона (наверняка гадали, зачем он детективу на выходных) и объяснили, что Нур ушел развлечься в город. А развлекался он основательно. Театр, преферанс или бильярд, в котором лейтенант слыл большим мастером, — такие прогулки у него обычно затягивались на пару суток. Жаль. Бенита с удовольствием вмазала бы недругу безо всякой дуэли, но искать его по притонам не собиралась. Да и Квону пока лучше было лейтенанта не видеть, детектив был сейчас в состоянии наплевать на правила и разобраться по-мужски.
— Ну и черт с ним. Лучше давай готовиться к поездке, а то завтра вставать на рассвете. — Бенита постаралась непринужденно улыбнуться. Вышло криво. Испуг еще не прошел, пусть Квон и оказался прекрасным утешителем.
— А тебе долго собираться? — Напарник посмотрел на нее с каким-то задумчивым видом.
— Да нет, минут двадцать, — прикинула девушка.
— Тогда идем спать, утром возьмешь вещи. — Квон увлек ее в свою комнату.
От неожиданности Бенита так растерялась, что замерла на пороге, где он ее отпустил. Пришла в себя, когда напарник отстегнул перевязь и начал неспешно расстегивать рубашку. А не многовато для нее потрясений? Он ведь шутит?
Бенита судорожно вцепилась в папку с бумагами, которую все еще держала в руках, и покосилась на дверь. Часть ее сгорала от любопытства, другая, почему-то матушкиным голосом, требовала немедленно покинуть комнату мужчины, третья хотела спать после всех перипетий.
Квон по-доброму улыбнулся и подошел, всколыхнув еще больше эмоций.
— Не сомневаюсь, что это отличный способ отвлечься, но давай сегодня просто поспим рядом. Не хочу после происшествия оставлять тебя одну, — объяснил он.
Отпустить все-таки пришлось — в душ и за сменной одеждой. А после Квон, как и обещал, притянул ее, пахнущую душистым мылом, уложил на узкую постель и обнял, словно огораживая от всего мира. Браслеты Бенита оставила на столике, и без них она чувствовала себя такой слабой. Особенно слабой в его руках. Вот только впервые это было не плохо. Напарник лежал так близко, что девушка ощущала, как его дыхание щекочет влажные завитки волос у нее на затылке.
— Не возись, спи. — Голос его был совсем не сонный и будоражил еще сильнее.
Да как спать, если он рядом?! Неужели самого Квона нисколько не волнует их близость? Детектив не походил на того, кто укладывает в постель всех подряд.
Честно пролежав какое-то время неподвижно, прислушиваясь к его ровному дыханию, Бенита не выдержала, развернулась и столкнулась с внимательным взглядом карих глаз. Напарник не спал.
 
— Провокаторша, — одними губами произнес он.
— Кто бы говорил! — возмутилась девушка, не делая никаких попыток отодвинуться. И это несмотря на то, что при повороте его рука сместилась гораздо ниже талии. — Сначала делает непристойное предложение, разгуливает без рубашки, а в итоге…